От Марджи он поехал к себе домой, решив «побеседовать» тет-а-тет с бутылкой виски. Ему захотелось напиться, чтобы облегчить бремя душевных мук, которое неожиданно навалилось на него сразу, как только он покинул ее квартиру.

Ник цедил алкоголь уже пять или шесть часов и за это время успел тысячу раз признаться себе, что Марджи права. Дело действительно не в деньгах, а в доверии. Он же с давних пор никому не доверял, даже самым близким людям, и втайне страдал от этого. А теперь, когда их отношения с Марджи оказались из-за этого на грани разрыва, его тайные душевные страдания усилились еще более.

Поскольку в его тесную квартирку над гаражом никогда не попадали прямые солнечные лучи, в ней, казалось, постоянно висела легкая сумеречная дымка. Ника эта дымка не раздражала; наоборот, она успокаивала и как бы убаюкивала его. Плеснув в бокал чуточку виски, он поднялся из-за стола и подошел к окну. Во дворе было пустынно и тихо. Солнце уже садилось, и на небе высыпали звезды. Ник любил этот час уходящего дня.

Постояв у окна минут пятнадцать, он услышал знакомый шум подъезжавшего автомобиля и счастливый лай Боксера, бросившегося встречать Гая и Джин. Чтобы не маячить перед ними в окне, Ник вернулся к своему алкогольному собеседнику — «Белой лошади».

Ник испытывал горькое сожаление, боль и ярость. Никто еще не приводил его в такую ярость, в какую привела Марджи. Она может вычеркнуть его из своей личной жизни, но какое она имела право вмешиваться в его служебную деятельность? Отказавшись от его профессиональных услуг, она тем самым поставила под сомнение его качества как агента сыскной полиции, как детектива! А ведь различные подробности, связанные с кражей в ее магазине, были известны ему как никому другому.

Марджи из-за своей импульсивности сама себе подложила свинью. Если она окончательно решит отказаться от его услуг, то дело с кражей в ее «Кружевах» может осложниться. Она может столкнуться с новыми неприятностями, с новыми случаями ограбления магазина или причинения ей какого-то другого ущерба. И он не сможет предотвратить такое развитие событий. Ведь уже кто-то пытался проникнуть в ее помещение ночью.

Ночью! Под покровом темноты! И Ник вдруг вспомнил о том, что внизу, около лестницы, ведущей в ее квартиру, нет света. Ее домовладелец до сих пор не поменял там перегоревшую лампочку. Неожиданно для самого себя Ник принял молниеносное решение: надо ехать к Марджи немедленно. Беда может прийти в любой момент. Его воспаленный алкоголем мозг пронзило дурное предчувствие.

Вскочив со стула, он за две минуты собрал и забросил в сумку нужные инструменты и приспособления (запасную лампочку, отвертку, плоскогубцы, резиновые перчатки, фонарик и тому подобное), натянул на себя свитер, схватил ключи, запер дверь, выбежал во двор, сел за руль грузовичка и помчался в направлении «Кружев, кружащих голову».

Подъехав к магазину, он припарковал свой «сухопутный крейсер» у задней стены здания, взял сумку с лампочкой и инструментами и вышел из автомобиля на улицу. Как раз в этот момент мимо проезжал дежурный полицейский патруль. Когда машина притормозила, Ник увидел за рулем Джеймса Болдуина. Они поприветствовали друг друга, и Райлэнд сказал:

— В этот вечер я ничем не занят, поэтому решил подъехать сюда, чтобы наладить освещение в коридоре перед лестницей. Несколько дней назад я заметил, что там нет света. Вероятно, перегорела лампочка.

— Хорошее дело, — кивнул Болдуин. — А я здесь подежурю. Припаркуюсь возле двери. Кричи, если что надо будет.

Подойдя к наружной двери, через которую можно было попасть в квартиру Марджи, Ник убедился, что она заперта. У него полегчало на сердце. Он достал из кармана ключи и открыл ее. Дверь автоматически захлопнулась за ним, и его тотчас сжала плотным кольцом темнота коридора, хотя по технической инструкции это место в ночное время должно быть освещено. Вытащив из сумки фонарь, Райлэнд включил его и направился к основанию лестницы, чтобы проверить наличие лампочки под потолком. Луч фонаря скользнул по лестнице и высветил на ней… мужскую фигуру!

Незнакомец, освещенный светом фонаря, замер на месте. В одной руке он держал жестяную банку с бензином, в другой — ключи. Обернувшись и увидев Ника, он бросил в него банку и попал в правое плечо. Детектив охнул и выронил фонарь. Мужчина ринулся вниз по лестнице и, оттолкнув Ника, попытался прошмыгнуть мимо него.

Но Райлэнд сделал резкий рывок и успел схватить беглеца за шиворот. В следующую секунду он пнул его ногой в пах, а рукой нанес мощный удар в солнечное сплетение. Удар был настолько стремительным и сильным, что незваный гость тотчас рухнул навзничь. Ник грубо перевернул его на живот, коленом прижал к полу и заломил руки за спину. При полицейском не было наручников, и он, не разжимая железных тисков, прокричал:

— Джеймс! Вызови группу поддержки! — Ник прилагал максимум усилий, чтобы удерживать негодяя в неподвижном положении, и его дыхание становилось все более порывистым и тяжелым.

Наверху лестницы раздался шум, послышался скрип открывающейся двери. Ник, не отрывая колена от спины незнакомца, повернул голову и увидел Марджи. Она стояла на лестничной площадке.

— Вернись в квартиру, Марджи, и закройся на ключ, — приказал детектив Райлэнд и добавил: — И позвони в полицию.

В этот момент он услышал торопливые шаги патрульного офицера, приближавшегося к наружной двери, и крикнул:

— Это я, Райлэнд! Я поймал гада, давай сюда наручники!

Джеймс Болдуин открыл дверь и сразу направил мощный фонарь на Ника и его добычу. Затем он быстрым шагом подошел к коллеге, тот чуточку отодвинулся, и Джеймс надел на незваного гостя наручники. Когда полицейские перевернули его на спину, а затем не слишком вежливо помогли подняться, Ник узнал в нем домовладельца Марджи.

— Бивербрук, — с отвращением произнес детектив. — Как вы проникли сюда?

— Через служебный вход магазина.

— Значит, у вас есть ключи от магазина, и вы знаете пароль системы его охраны. Это так? — спросил Ник.

Чарльз Бивербрук кивнул в знак согласия и как бы в оправдание своих действий пробормотал:

— Я хотел наладить здесь освещение, заменить перегоревшую лампочку…

Райлэнд взглянул на банку с бензином, валявшуюся на полу, и сказал:

— Придумайте что-нибудь еще, Бивербрук. Не думаю, что эта банка относится к стандартному набору технических средств, используемых при проведении электроремонтных работ. Что вы задумали сотворить на самом деле? Поджог квартиры, всего здания?

Бивербрук опустил голову. Прядь седых волос ниспадала на его аристократическое, довольно приятное лицо. Джеймс посмотрел на Ника, потом задержал взгляд на Бивербруке и произнес обязательную при аресте фразу:

— Надеюсь, вы понимаете, что каждое ваше слово может быть использовано против вас в суде?

Бивербрук тяжело вздохнул и закивал в знак согласия.

— С помощью поджога вы хотели добыть страховые деньги, а потом использовать их для покрытия ваших инвестиций, которые вылетели в трубу, не так ли? — спросил Ник.

Но подонок в наручниках сделал вид, будто не понимает, о чем говорит агент сыскной полиции.

— О ваших прогоревших инвестициях, о финансовых и нефинансовых аферах и о многом другом, что характеризует вас как негодяя и мошенника, нам поведали ваши юные «партнерши по гольфу». — Ник бросил на Бивербрука испепеляющий, презрительный взгляд. — Вы были больше озабочены деньгами, на которые можно было бы покупать молоденьких глупышек, чем реальной опасностью для жизни Марджи Мерано. Этой жестянкой с бензином ты мог убить ее, ублюдок несчастный!

Ник больше не мог сдерживать себя. Он отвел назад руку и уже готов был проверить челюсть Бивербрука на прочность, когда раздался резкий выкрик Джеймса:

— Райлэнд!

— Ник! — вскрикнула Марджи с лестничной площадки.

— Тебе было сказано запереться в квартире и позвонить в полицию. — Детектив Райлэнд бросил на нее раздраженный взгляд.

Как раз в этот момент на автостоянке завыли сирены. Включив свет перед дверью, Марджи гордо подняла голову и ответила:

— А разве трудно догадаться по сиренам, что я так и поступила?

Бивербрук взглянул на лестничную площадку, где стояла Марджи, и наконец нарушил молчание:

— Простите меня, Марджи. Это я пытался напугать вас той ночью… И устроил разгром в квартире… Я надеялся, что от страха вы выселитесь отсюда. В мои планы не входило навредить вам, причинить зло. Простите.

— Вы правильно рассчитали, — откликнулась Марджи. — У меня было желание покинуть этот дом. Но я решила довести дело до конца. Хотелось знать наверняка, кто пытается причинить мне вред. — Она с презрением посмотрела на Бивербрука.

Вид у Марджи был усталый и изможденный. Она зябко куталась в белый махровый халат, глядя сверху на суету вокруг арестованного. Потом взялась за дверную ручку и уже собралась было вернуться в квартиру, но приостановилась и, взглянув на Ника, сердито бросила:

— Детектив Райлэнд, разрешаю вам хорошенько стукнуть по башке этого идиота.

И захлопнула за собой дверь.

Марджи так и не смогла уснуть. Едва забрезжил рассвет, она подошла к окну и стала смотреть на все, что двигалось на улице: случайные машины и пешеходы; грузовик, развозящий свежие газеты; мужчина средних лет, совершающий утреннюю пробежку… Да, солнце уже вставало, и его первые лучи весело скользнули по крышам домов. Внизу, под лестницей, все еще слышались голоса полицейских. Наконец детектив Райлэнд распорядился доставить Бивербрука в полицейский участок, и его увезли. Вскоре голоса стихли. Через минуту после того, как все разошлись и коридор опустел, она услышала стук.

— Марджи, это я. Открой, пожалуйста, — попросил Ник.

Она медленно подошла к двери, медленно повернула в замке ключ и медленно открыла ее. Увидев на лестничной площадке Ника, спросила:

— Все закончилось?

— Да, все закончилось, — ответил он. — Бивербрук был у нас под подозрением с тех пор, как вокруг твоего магазина и твоей квартиры стало твориться что-то неладное. У него были ключи от некоторых наружных дверей здания.

— И ты ничего не сказал мне об этом!

— Просто не хотел, чтобы ты волновалась.

— Хочу поблагодарить тебя, Ник, за все, что ты сделал в эту ночь. Ты предотвратил, может быть, самое неблагоприятное развитие событий. Только пожара мне не хватало…

— Не стоит благодарности, Марджи.

На лестнице послышались шаги. Обернувшись, они увидели Джеймса. Подойдя, он озабоченно спросил:

— С вами всё в порядке, мисс Мерано?

— Все в порядке.

— Прекрасно. — Джеймс повернулся к Нику. — Ник, начальство хочет, чтобы ты подъехал сейчас в участок и составил отчет по делу Бивербрука.

Марджи шагнула в квартиру и закрыла за собой дверь, за которой остался Ник и связанная с ним часть ее жизни.