— Отдай кольцо! — Длинный меч взлетел в руках моего врага и нацелился прямо на меня.

И вдруг, в последнюю секунду, появилось новое действующее лицо. На ложе из зеленых лиан, выращенных заклинанием, поднялась старая ведьма. Она уже сменила личину патрульного на свой привычный вид. Но сейчас этот вид был грозен, очень грозен. Ее седые волосы и длинное платье словно развевались на отсутствующем ветру, стояла она прямая, как палка, а в обеих руках светились яркие энергетические шары.

— Стой, негодяй! — закричала бабка, замахиваясь, и вдруг выронила оба шара (они с треском рухнули вниз, под туманный покров) и бросилась к старому королю с криком, полным отчаяния и надежды, безумия и веры, ненависти и любви:

— Гаенус!!!

Великий король встрепенулся, бросил меч и подхватил падающую в его объятия старуху:

— Ара!!!

* * *

Спустя полтора часа мы уже сидели все вместе в тронном зале дружной компанией и обсуждали случившееся.

Как же я раньше не догадалась, что Ара — это пропавшая давным-давно принцесса из Пракии! Но как я могла догадаться? Ведь ей в таком случае должно быть чуть ли не сто сорок лет! А кто бы мог подумать, что Великий король Центрального королевства — не кто иной, как один из близнецов-принцев из рода Тортильяков, сбежавший из Пракии в подземелье с группой последовавшей за ним молодежи, а затем таинственно пропавший. А сколько лет ему? Ведь он старше своей возлюбленной. Кто бы мог подумать, кем окажется наш страшный враг?

К счастью, узнав в изрезанной морщинами старухе (не знаю, как это возможно?) свою первую любовь, король тотчас прекратил всяческие покушения на мою жизнь. Да и не до того сразу стало. Энергетические шары, которыми бабка собиралась уничтожить злобного монстра, упали вниз и стали причиной пожара. Так что его ликвидация оказалась проблемой номер один, за решением которой я наблюдала все с той же платформы, кашляя в поднимающемся вверх дыму.

К счастью, огнетушители работали исправно, и источники пожара вскоре были залиты густой пеной. Все же права я была: магия Центрального королевства гораздо ближе к науке и технике нашего мира, чем к истинной магии — хотя кто знает, что это такое?

После этого, по требованию бабки, так внезапно вновь ставшей возлюбленной короля, были выпущены на свободу Жук и Тера. Еще до этого я спустилась на своей платформе вниз. Мои друзья оказались живы и здоровы, король и не думал их убивать, все это были хитро разработанные трюки, но для зрителей очень даже реалистичные. Мой проводник был грязным и растрепанным после пережитых приключений, ему дали возможность умыться и переодеться. А Тера надела какую-то левую личину серенькой девушки.

Только после этого Гаенус и Ара смогли расспросить друг друга о жизни, и мы тоже попробовали во всем наконец разобраться.

Сидя рядышком на мягких диванах в тронном зале, король и его возлюбленная не сводили друг с друга сияющих глаз и даже сдували друг с друга пылинки.

— Любимый, я даже не надеялась, что ты жив, что я снова смогу увидеть тебя. Как ты стал Великим королем Центрального королевства?

— Ты помнишь, дорогая моя, день твоей свадьбы с моим братом Аргимусом? Я презирал его за мягкотелость и слабый характер. Я был поражен, когда отец отдал ему, послушному и исполнительному, все, а мне, перспективному и умному, ничего. Аргимус даже к тебе не имел никаких чувств, он просто исполнял волю отца. А я, я любил тебя страстно и бесконечно, и сейчас моя любовь стала только сильнее, наполнилась новым пониманием и смыслом.

Он провел по седым волосам сидящей рядом старухи, и было понятно, что с силой их чувств, переживших почти полтора столетия, не сравнится даже вспыхнувший огонь первой любви.

— Ты помнишь, Ара, как я спросил, согласна ли ты бросить все и уйти вместе со мной? Ты ответила, что я пришел поздно.

— Мой отец знал, что я против брака с Аргимусом, но боялся, что ты можешь помешать свадьбе. Поэтому он привел меня к будущему супругу в ночь перед свадьбой, и я стала его женой еще до бракосочетания.

— О, любимая моя, — обнял Ару король, — это не было бы преградой для нашей любви! Тебе следовало рассказать мне все сразу! Тогда не прозвучали бы те ужасные слова проклятия, касавшиеся всего рода Тортильяков.

— Что было, то прошло. Но что случилось с тобой после свадьбы? Мне сказали, что ты ушел в подземелья, но больше я ничего о тебе не слышала.

— Все так и было. Я и мои приближенные поселились в пещерах, где вначале было довольно удобно жить, но климат и условия жизни все ухудшались. Я догадался, что виной всему ненависть, которую копили мои соратники. А моя ненависть испарилась довольно быстро, я жил только мыслью о тебе — о том, что ты живешь в подобающих условиях, что тебе хорошо. Я был рад, что ты отказалась идти со мной. Но и сам я не мог больше там оставаться. Я пытался объяснить все своему племени, но они меня не поняли. Тогда я ушел, оставив в тайнике кольцо, которое помогло бы выбрать нового вождя.

— Это Снежный Барс? — спросил Жук, выуживая из карманов своего одеяния серебряное колечко и протягивая мне.

— Он, — кивнул головой король. — Но почему он у вас?

— Он не нашел хозяина среди местных, — ответил за меня охотник на снупсов. — Потом Неневеста вам расскажет, как это произошло. Продолжайте свой рассказ.

— Раз Снежный Барс выбрал хозяйку, так тому и быть, эта вещь старинная, знает, что делает. Береги его, и он тебя сбережет.

Я кивнула.

— Покинув подземелье, я вышел далеко от Пракии и решил никогда не возвращаться туда, чтоб не нарушать покой моей любимой. Я направил свои стопы в Центральное королевство, где в свое время изучал основы и законы окружающего мира, то, что у нас называют магией. Король Лагут, который в те времена правил королевством, был уже стар. С радостью обучал он наукам меня, принца одной из Западных держав. У него не было наследников, поэтому, когда я вернулся во второй раз, он предложил стать его преемником. Я согласился. Так я стал Великим королем Центрального королевства, настоящее мое имя знал только Лагут. Возможно, я был чересчур категоричен и строг, но создал своей стране такую репутацию, которая отбила у стран Западного королевства охоту общаться с нами, я хотел только покоя.

— А как насчет Восточных земель? — влезла в разговор я. — С ними вы поддерживаете контакты?

— Восток — дело темное, Неневеста, — покачал головой Гаенус. — Туда лучше не соваться.

Как многообещающе звучит…

— А для чего ты охотился за Неневестой? — спросила бабушка Теры.

— Она меня не интересовала, мне нужно только кольцо, которое я увидел, используя телепатическое зрение, у нее на пальце.

— Урбонус? — переспросила я.

— Он самый. Древняя реликвия неизвестного происхождения, одно из серебряных колец силы, созданных, по предположению, одним из древних, уже канувших в вечность народов.

— Зачем? — почти хором воскликнули мы.

— Не очень хотелось вам об этом говорить, — замялся Гаенус.

— Говори! — твердо приказала Ара.

— Видите ли, некий придурок, даже не из нашего измерения, нарушил гармонию энергии, на которой основывается наш мир. Если ничего не предпринять, Карритум погибнет. А с помощью Урбонуса можно восстановить гармонию и предотвратить конец света.

— Значит, ты, дорогой, искал кольцо…

— …для того чтобы спасти этот мир, — продолжил мысль Великий король.

Мы дружно облегченно вздохнули.

— Я, когда случайно заметил у незнакомой девушки на пальце это колечко, чуть с ума не сошел от счастья. До этого я не видел ни единого шанса спасти Карритум. Розыск объявил по всему королевству, патрульные отряды разослал в немыслимом количестве, глаза-поисковики, все дороги свел к этому замку.

— А ты не мог подумать, что у этой девушки точно такая же цель, как и у тебя? — спокойно поинтересовалась Ара.

— Что? У нее?.. Так вы знали?!

— И не только знали. Неневеста идет, преодолевая на пути все преграды, чтобы выполнить одну-единственную миссию, спасти наш мир, а ты всеми возможными способами препятствуешь ей в этом!

— Я? Да я подумать даже не мог! Я препятствую! Когда я все делал… — Ошеломленный Гаенус запнулся, затем сполз с дивана и стал передо мной на колени:

— Неневеста! Простите меня, старого дурака…

— Ну что вы, ваше величество! — воскликнула я, поднимая старика.

— Дурак, он дурак и есть, — уверенно сказал о себе Гаенус. — Чем же мне загладить теперь вину перед Неневестой, перед всеми вами, перед миром?

— Примерным поведением, — многозначительно склонила голову Ара.

— Согласен, на все согласен! Только, любимая, расскажи теперь о себе, я использовал для поддержки здоровья специальные напитки из трав. А как удалось тебе так хорошо сохраниться, ведь столько лет прошло? Как ты жила все эти годы?

— Я вышла замуж за нелюбимого мною Аргимуса, но думала только о тебе.

Боги дали мне сына, я очень его любила, но твое проклятие начало действовать, и члены семейства Тортильяков стали уходить из жизни один за другим. Мне стало жутко. Я понимала, что не смогу уберечь сына, если проклятие не будет снято. И в один прекрасный день я попрощалась с ним и ушла, ушла ради будущего всего нашего рода. Я прихватила с собой книги, которые были заперты в твоей лаборатории, — думала, смогу их использовать, но не все, далеко не все было мне понятно. Я уединилась в лесу у границ Центрального королевства и изучала древнюю магию по всем источникам, каким только можно было ее найти. Я мало что почерпнула из твоих книг, но неподалеку жила настоящая ведьма, которая передала мне накопленные за долгие годы жизни знания. Но все мои попытки были пустыми, я не могла снять проклятие. Издалека наблюдала я, как уходят один за другим потомки славного рода, и ничего не могла сделать. Поколения менялись. Когда из Тортильяков остались только король Генрих и принцесса Маргарет, я поняла, что род королей угасает на моих глазах. И тогда я решила похитить свою дальнюю наследницу и воспитать самой вдали от королевских интриг. Я думала, что покинув королевский двор, она сможет избежать и опасности. В этом мне помогла сестра королевы, Клементина. У нее были свои планы насчет престола. А я всего лишь хотела спасти последнюю из моего рода. Маленькая принцесса оказалась прелестным ребенком. Я не смогла сама воспитывать своего сына, поэтому всю нерастраченную любовь, всю нежность отдала моей дорогой наследнице. Я начала учить девочку магии, чтобы она могла менять личину, и ее никогда бы не отыскали. Но кто видел более своенравное дитя? Ей не хочется жить в уютном домике, ей хочется бродить по свету и попадать в переделки…

— Значит, я — королевского рода? — изумилась Гера. — Почему мне никто до сих пор об этом не сказал?

Значит, моя новая подружка и есть пропавшая принцесса Маргарет, за которую приняли меня? Вот это да! Как же я сразу не догадалась? Ведь если ее имя прочесть задом наперед, то как раз и получится Тера Грам. А еще предсказание цыганки из Лакуты, что принцесса найдется, как только с неба исчезнет луна! Как только первый естественный спутник Дакота пропал, тут Тера от бабки сбежала и отправилась куда? Правильно, в Западные королевства. И она бы до Пракии дошла, если б меня не встретила и не повернула в противоположную сторону. Короче, это я помешала сбыться предсказанию. Точнее, не полностью помешала, я не нарочно выдала себя за принцессу, а настоящей не дала дойти до родных королевских покоев. Ой, как все запутано…

— Так, значит, ты — прапраправнучка Ары? — повернулся к девушке Великий король.

Та настороженно отодвинулась, пытаясь переварить новую информацию. Не просто осознать, что ты последняя наследница древнего королевского рода.

— И не только моя, — задумчиво протянула бабка.

— Ну да, да, еще моего негодяя-брата Аргимуса…

— Ммм… Не совсем…

— То есть? — сделал Гаенус круглые глаза, обернувшись к своей престарелой любимой.

Бабка отвела глаза в сторону и вздохнула.

— Это то, что я подумал, Ара? — спросил тихо Великий король.

Бабка снова вздохнула и кивнула утвердительно.

— Внученька, родная, — потянулся вдруг к Тере с умильной улыбкой Гаенус.

— Я не поняла, — отодвинулась девушка, настороженно бросая косые взгляды на окружающих.

— Так получилось, что отцом моего сына успел стать Гаенус до того, как мой покойный папаша отдал меня в жены его брату.

У меня самой глаза на лоб полезли. Эти старики еще те были в молодости!

— Но почему ты не сказала мне этого раньше? — воскликнул король.

— Когда я сама узнала об этом, меня уже готовили к браку с Аргимусом и никуда не выпускали.

— Но ты видела меня на свадьбе! Я звал тебя с собой, но ты ответила: «Поздно!»

— Конечно, было поздно! Я увидела тебя после венчания и уже произнесла все обеты. Я уже принадлежала Аргимусу!

— Я бы забрал тебя, несмотря ни на какие обеты!

— Куда? В изгнание? В подземелья? Я хотела, чтобы мой сын — наш сын — жил в нормальном мире, под солнцем, и в свое время занял трон Пракии, которого лишили тебя, его отца!

— И я проклял собственного сына!

— Ты проклял весь род Тортильяков, и это коснулось не только его, но и всех наших с тобой потомков.

— Если бы ты знала, сколько раз я раскаивался, что эти слова в гневе сорвались с моих уст… Но я даже не думал, что проклятие начнет сбываться…

— Мы часто говорим, не думая, а после жалеем об этом.

— Теперь, когда я узнал, что мое зло уничтожало моих же потомков, я понял, что не заслуживаю даже прощения, мне незачем дальше жить… — опустил голову Великий король, закрыв руками лицо. Он сорвал с головы обруч-корону и отшвырнул в дальний угол.

Из его горла вырвались приглушенные рыдания, и он показался вдруг таким маленьким и несчастным, что мне стало его жаль.

Ара склонилась над стариком и начала гладить его по седой лысеющей голове, словно маленького ребенка:

— Ну вот, ты снова пытаешься выбрать самый легкий путь. Тебе с самой юности недоставало твердости в характере. Проще всего сейчас уйти из жизни, как однажды ты Ушел из Пракии, оставить все как есть и даже не попытаться исправить собственные ошибки. Будь мужественным, Гаенус! Будь наконец-то настоящим мужчиной!

— Но разве могу я что-то исправить теперь?

— Еще как можешь. Перед тобой твоя наследница, твоя Маргарет, ты можешь вернуть ей трон Пракии, если только снимешь свое проклятие. Это так просто!

— Но я не могу! — поднял полные отчаяния глаза король. — Я уже пытался сделать это и думал, что у меня получилось, но теперь понимаю, что нет. А может, и получилось? Может, уже и нет никакого проклятия? — вдруг встрепенулся он с надеждой в голосе.

— Есть, — хмуро ответила старуха.

— Откуда такая уверенность? Да оно за давностью лет должно было уже самоуничтожиться!

— Нет.

— Откуда ты знаешь?

— У меня нет рецепта вечной жизни, но я нашла заклинание, способное привязать жизнь к какому-то значительному событию в будущем.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Только то, что раз я еще жива, проклятие действует, и род Тортильяков в опасности. Я должна жить, пока угроза висит над моей любимой Маргарет.

— Значит, — Гаенус схватился руками за голову, — если удастся снять проклятие с Маргарет и ее будущих детей, в тот же момент я потеряю навеки тебя?!

Ара склонила голову. В зале повисла тяжелая пауза.

— Гаенус, — потрогала я за плечо окаменевшего от горя короля, — ведь вы великий маг, кто мешает вам оживить бабушку Ару после ее кончины?

— Моя магия — это наука! Я использую законы и свойства мира, в котором мы живем. Я знаю травы, которые могли бы поднять человека даже со смертного одра, но я не умею оживлять мертвых!

— Так пусть Маргарет никогда не возвращается в Пракию. Тем более что там ее, действительно, поджидает опасность в лице Клементины и ее сыночка, претендующего на престол. Насколько я понимаю, у вас нет ни жены, ни детей, вы можете завещать все Центральное королевство своей единственной наследнице, — предложила я.

— Это не выход, — отрезала бабка, — проклятие не привязано к трону Пракии, следовательно, здесь ей все равно не будет безопасно. Значит, проклятие необходимо снять.

— Хорошо, — кивнул Гаенус, — я подумаю над этим. Но сначала следует помочь Неневесте спасти Карритум, в противном случае все разговоры о проклятии бессмысленны. Все и так погибнут.

Маргарет кивнула:

— Действительно, об этом мы подумаем позже.

— В вашем распоряжении весь замок, можете отдыхать, развлекаться, — развел руками Великий король.

— Развлекаться некогда, — сделала предупредительный знак рукой Ара. — Лучше походите по городу, порасспрашивайте о Восточных землях, возможно, что-то и разузнаете.

— Конечно, — согласился Гаенус, — только я вначале велю передать по всем каналам, что Маргарет — моя единственная наследница, а Ара — моя супруга…

— О! — воскликнула бабка.

— Супруга, и никак не менее! Если все окончится благополучно, мы скрепим наши отношения венчанием, но и без него наши общие потомки свидетельствуют о нашем браке, ведь настоящие браки заключаются не на земле, а на небесах. А Неневесту и этого смелого юношу провозглашаю лучшими друзьями моей наследницы.

Великий король хлопнул в ладоши, и в зал вплыли несколько камер-глаз, закружили перед нами, замигали огоньками.

Короче, из государственной преступницы в розыске я тут же превратилась в персону номер… ну, пусть не один, но, после короля, Ары и Маргарет… номер четыре в Центральном королевстве. Здорово!

Мы оставили Гаенуса и бабку наедине, им есть о чем поговорить, а сами последовали совету Ары и разбрелись по столице. Наверное, устали мы быть вместе, поэтому договорившись встретиться к вечеру в замке, каждый пошел своей дорогой по Думраду, который теперь стал для нас самым безопасным местом.

Я люблю гулять в незнакомом городе, и одиночество мне в этом не помеха. Старые города — как люди, с ними можно общаться, их можно слушать, их можно расспрашивать, они любят поговорить с тобой. Я слышу их разговор в городском шуме, в дыхании ветра, в шелесте катящихся по мостовой бумажек; я читаю их сообщения в квадратах окон, в игре теней на старинной стене, в чумазых детях, бегающих около домов. Я чувствую, что город живой, я ощущаю жизнь в растрескавшейся кладке храма, в шершавой коре выросшего посреди площади дуба, в нагревшейся на солнце скамье…

Так, не спеша прогуливаясь, я совершенно забыла о цели своего путешествия и забрела куда-то на окраину. Ничего о Восточных землях не узнала, зато отдохнула душой. Хорошо-то как! Только уже пора возвращаться и по пути постараться раздобыть хоть какие-нибудь сведения. Я повернулась и пошла, поглядывая по сторонам. У кого же спросить? А?

Район, в который я забрела, был какой-то грязный и не очень симпатичный, здесь пахло сыростью, лучи солнца словно обходили это серое сумрачное место. Мне и самой захотелось побыстрее выйти на открытое пространство, и я ускорила шаг. И вдруг увидела вывеску «Обмен валют» над дверями ободранного грязно-белого здания. Вот это удача! Я даже не думала искать специально такое заведение, а где еще более реально разузнать что-нибудь о чужой стране? К тому же здесь, скорее всего, можно будет обменять пфинги на деньги, которые ходят в Восточных землях. Я направилась к зданию, но тут же зацепилась за валяющийся прямо на дороге ящик и порвала свои любимые джинсы гвоздем. Чертыхнулась, разглядывая дырку, и пошла дальше. Неожиданный порыв ветра бросил мне в глаза подхваченный на улице мусор, я заморгала, начала протирать их кулаками. Наконец выступившие слезы выбыли попавший в глаза песок, и я продолжила путь. Около самого здания серая птичка, промелькнув прямо передо мной, ударилась в грязное окно, едва вырулила в падении и понеслась дальше. И вы скажете, что город не предупреждал меня? Но я послушалась не своего сердца, торопящего меня к замку, и не примет, посланных мне, а голоса разума, который заставлял зайти в поисках информации в это неприятное место, и переступила порог.

В полумраке большой, почти пустой комнаты я разглядела стол, за которым сидел, обложившись бумагами, маленький человечек мышиной внешности и что-то сосредоточенно писал. Ну вот, совсем не страшно.

Дверь за моей спиной захлопнулась, я оглянулась. У входа, опираясь на огромный кривой меч, стоял лысый верзила, смахивающий на гориллу. Я вздрогнула. Хотя все правильно, в заведении, где работают с деньгами, и должна быть охрана.

— Проходите, дорогая!

Я обернулась на голос. Мышеподобный человечек с неприятной улыбкой, обнажающей два крупных гнилых зуба, указывал мне на сиденье рядом с ним. Я прошла в глубь комнаты и села на краешек стула.

— Что меняем? — писклявым голоском спросил хозяин заведения.

— Меня интересуют деньги, которые ходят в Восточных землях.

Мой взгляд упал на табличку над головой человечка.

Крупными кривыми буквами было написано:

«КЛИЕНТ ВСЕГДА ПРАВ»,

а внизу гораздо более мелкими продолжено:

«пока жив».

И мне это очень не понравилось.