Мелани Уотерс никогда в жизни не пришло бы такое в голову, если бы она случайно не увидела его обнаженным. Он — это Бэйли Дженкинс, ее лучший друг и наперсник с детских лет.

Уже несколько недель они встречались после работы у его бассейна, чтобы поплавать. Сегодня Мелани приехала туда раньше обычного, потому что вместо школьных занятий было родительское собрание. К двум часам Мелани уже поговорила с родителями почти всех своих учеников. Она надела купальный костюм в школьном туалете и поехала прямо к Бэйли.

Знакомый красно-коричневый пикап Бэйли стоял перед его красивым белым сельским домом. Но Мелани прямиком направилась к амбару — он давно был полностью переделан и превратился в удобный офис, но все, кто бывал здесь, мысленно и вслух по-прежнему называли его амбаром. Бэйли, единственный ветеринар в их крохотном городке, Фокс-Сити, почти все свое время проводил там, либо с бумажной работой, либо за компьютером, либо осматривая животных.

Но сейчас его в амбаре не оказалось. Мелани пошла по лугу к бассейну, благодаря наличию которого они легче переносили необычную для начала лета жару. Через кусты ежевики блеснула вода, и на мостках она увидела Бэйли нагишом. Он стоял спиной к ней, солнце играло на его широких загорелых плечах, тонкой талии, подчеркивало мускулы ягодиц и ног. Где-то в глубине души Мелани всегда знала — Бэйли очень хорош собой, но, что он так прекрасен, она не осознавала. Девушка тихонько отступила за кусты, но ее сердце учащенно забилось. Она приказала себе прекратить эти глупости, ведь перед нею Бэйли. Лучший, верный друг Бэйли, который держал ее голову, когда в шестнадцать лет ее рвало от тернового джина; Бэйли, с которым она делилась своими страхами, когда год назад у ее матери обнаружили рак. Потом, к счастью, состояние матери перешло в устойчивую ремиссию.

Ладно, иногда не вредно вспомнить, что твой лучший друг — мужчина.

Она постояла несколько мгновений, ожидая, пока успокоится пульс, затем воскликнула:

— Бэйли, ты здесь?

— Ты, Мелани? Подожди минуту, у меня неприличный вид, — прозвучал голос Бэйли.

— У тебя всегда неприличный вид, — Мелани говорила в принятой между ними слегка ироничной манере. Она отчаянно старалась забыть то, что только что увидела.

— Иди сюда, я готов, — позвал он через минуту. — Ты рано сегодня, — сказал он, когда она уселась рядом с ним на деревянных мостках.

— Не было занятий, я с родителями встречалась.

— Ну, так ты рассказала родителям Джони Андерсена о его ужасном поведении?

— Мать не находит его поведение ужасным. Она считает, он смел и полон жизни.

Бэйли засмеялся:

— Ты не сказала ей, что у него все задатки настоящего преступника?

Мелани прижала к груди колени и обняла их руками, очень стараясь не смотреть на Бэйли.

— Ладно тебе, ему только семь. Я не пожалею времени и займусь им в следующем году, даже если он будет не в моем классе.

Бэйли потряс головой:

— У тебя намного больше терпения, чем у меня. Ты будешь потрясающей матерью.

Его слова отдались в сердце Мелани болью. Ей хотелось закричать — ну когда же? Ей уже двадцать девять, и она даже ни с кем не встречается.

Бэйли встал и протянул ей руку, помогая подняться.

— Пойдем купаться, смоем все огорчения дня.

Следующий час они плавали, дурачились и плескали водой друг в друга. Дневное купание помогало Мелани отдохнуть и расслабиться. Но сегодня все было не так, как обычно. И все оттого, что она увидела обнаженного Бэйли. В первый раз она заметила, как красиво переливаются на солнце его волосы, как появляются ямочки на щеках, какие у него чувственные губы...

Они были закадычными друзьями со второго класса. Все это время Мелани никогда не думала о Бэйли как о мужчине — может, только две недели в колледже. И вдруг она поняла, что он не просто мужчина, а замечательно сложенный и очень привлекательный мужчина. От этого у нее возникли какие-то странные мысли.

— Здорово, — сказал Бэйли, вылезая на доски.

— Отлично, — согласилась Мелани, натягивая футболку. — А как твой день?

— Ужас! — ответил он без малейших колебаний. — Моя жизнь превратилась в сплошной кошмар позавчера вечером. Меня выбрали главным судьей конкурса «Мисс Фокс-Сити».

«Мисс Фокс-Сити» — ежегодный городской конкурс красоты с карнавальным шествием — проводился в Фокс-Сити четвертого июля как часть пышного празднования Дня независимости. Конкурс носил название «Мисс Лучшая Молочница», он посвящался коровам — что вполне естественно для животноводческого района. Участницы конкурса редко имели непосредственное отношение к коровам, совсем редко были лучшими молочницами — на конкурсе рассматривались совсем другие качества, но против названия никто не возражал.

— И что?

Он улегся на бок, опершись на локоть:

— Слушай, ты не представляешь, сколько девушек и их матерей в нашем городе помешаны на том, чтобы выиграть конкурс и водрузить на голову диадему победительницы. У меня холодильник забит всякими сомнительными запеканками, которые прислали и притащили за эти два дня.

Мелани рассмеялась:

— Это не так уж и плохо. Сомнительные запеканки лучше того, что ты иногда готовишь.

— Зря смеешься, — сухо ответил он. — Не знаю, как быть. Синди Канфилд принесла лечить кота и долго рассказывала, что ее малышка Буфи в депрессии, плохо спит и почему именно ее Буфи должна получить диадему. Бланш Уитнес устроила вчера вечером драматическую декламацию посреди бакалейного магазина...

Мелани хихикнула.

— Конечно, диадема... Присутствовать в качестве королевы на всех публичных мероприятиях тоже чудесно, но ведь победитель получает и автомобиль.

— Ну да, и чек на тысячу долларов. Поэтому даже вполне уважаемые женщины начинают сходить с ума.

— Помню, кому-то эта победа помогла прорваться в Голливуд, рассказывали, кто-то попал в рекламу, а прошлогодняя победительница работает в модельном агентстве в Калифорнии.

— Ну да, все это усиливает безумную тягу к диадеме, — мрачно произнес Бэйли.

— И ведь еще целый месяц до конкурса.

— Не напоминай. Кто-нибудь из претенденток вполне может лежать сейчас в моей постели и ждать меня, желая там доказать мне, что диадема по праву принадлежит ей. Какой же негодяй Танер Ротман.

Мелани знала, что именно Танер Ротман был выбран судьей конкурса в этом году, но недели две назад он женился и отказался судить конкурс, сославшись на занятость.

— Я видела его молодую жену, очень хорошенькая. Она собирается открыть детский магазин в помещении старого продуктового на Мэйн-стрит.

— Не могу поверить, что Танер Ротман изменил нашему холостяцкому братству, — Бэйли потряс головой.

В голове Мелани окончательно оформилась мысль, которая мелькала с того момента, когда она увидела раздетого Бэйли:

— Ужасно, что ты не женат. Ты теперь не просто вполне респектабельный холостяк, а респектабельный холостяк, облеченный властью. Жуткая комбинация.

— А я о чем? Но надо идти. Меня ждут четвероногие пациенты.

Они двинулись к дому, но Мелани не могла избавиться от своих странных, просто безумных мыслей. Ей не удавалось сконцентрироваться на чем-нибудь другом. Наконец она сказала:

— Я знаю, как решить твою проблему.

— Ну и как?

— Женись на мне.

— Портить жизнь из-за одного паршивого конкурса красоты? — фыркнул он.

— Спасибо, — ей не удалось скрыть боль, вызванную его словами.

Бэйли остановился, взял ее руки в свои. Он делал так тысячи раз, но на этот раз Мелани как-то иначе восприняла привычный жест — ее сердце бешено заколотилось.

— Прозвучало ужасно, я вовсе не это имел в виду. Но ведь ты знаешь, как я отношусь к браку. С меня хватит! — он выпустил ее руки и пошел вперед.

— Тут все будет по-другому, — она старалась поспевать за ним, — это будет временный брак.

— Ты о чем? — он остановился и смущенно смотрел на нее.

— Временный взаимовыгодный брак, — Мелани стало интересно, понимает ли он сам, насколько обаятелен, и знает ли, что на него ужасно приятно смотреть?

Он уставился на нее так, словно она полностью потеряла рассудок:

— Я не собираюсь обсуждать этот бред, но ты намекни, какая тут может быть взаимная выгода?

— Ты освободишься от посягательств перевозбужденных конкурсанток. Кто это полезет так запросто в постель женатого мужчины?

— А ты?

— Наш брак будет продолжаться до конца конкурса... и до того момента, как ты подаришь мне ребенка.

— Господи, ты совсем спятила! — Бэйли повернулся и зашагал прочь.

Мелани заспешила за ним.

— Мы поженимся как друзья и разведемся как друзья. Ты избавишься от помешанных на диадеме девиц, а я забеременею.

— Не о чем говорить. Полный бред!

Они подошли к ее автомобилю, он облокотился о капот.

— Мелли, я не гожусь для подобного.

— Ты единственный мужчина в моей жизни.

Он смотрел на нее с нежностью и симпатией.

— Родная моя, ты выйдешь замуж и заведешь полный дом детишек. Не торопись. Всему свое время.

— У меня нет времени. И нет никого на примете.

— Причина в том, что у тебя слишком высокие стандарты.

— Бэйли, ты подумай, как все здорово может получиться! И я хочу, чтобы у мамы появился внук, пока не поздно, — ей идея казалась изумительной.

Бэйли забеспокоился:

— Кончилась ремиссия, вернулся рак?

— Нет, но ведь может, я всегда об этом помню. Ты знаешь, насколько я хочу ребенка. И ты мой самый лучший друг в целом мире. Сделай для меня эту единственную вещь.

Бэйли выглядел потрясенным. Он смотрел в веснушчатое лицо женщины, которая была его другом столько, сколько он себя помнил, а ему казалось, что он смотрит в лицо незнакомки.

— Мелли, после всего этого кошмара со Стефани я поклялся больше никогда не жениться.

— Стефани волновало лишь ее положение в обществе. Она тебе совершенно не подходила.

— Не спорю, — он усмехнулся, но Мелани не улыбнулась в ответ.

Она продолжала повторять:

— Это только временный брак. Я никогда больше ни о чем тебя не попрошу. Только ребенок — и я уйду счастливая.

Мужчина погладил ее по щеке:

— Мелли, я что угодно для тебя сделаю, ты же знаешь. Помнишь, в пятом классе я ударил Харли Раймонда, когда он тебя обозвал?

Мелани улыбнулась:

— Помнится, он тебя тогда здорово отлупил.

Бэйли рассмеялся:

— Наверное, ты права, но я дрался с ним в твою честь. А в колледже я терпеливо и беспрекословно напяливал эти обезьяньи костюмы, чтобы сопровождать тебя на студенческие балы. Все для тебя сделаю, только не это.

Она сказала со знакомым ему смешком:

— Да ладно. Но вроде я так все хорошо придумала.

Напряжение Бэйли сразу ушло, он вновь стоял обеими ногами на земле.

— У тебя есть планы на вечер? — спросил он.

— Надо заехать в школу. У меня встреча с родителями еще нескольких моих учеников. А у тебя?

— Съем одну из сомнительных запеканок и залягу пораньше спать, завтра в семь мне надо будет оперировать.

— Может, завтра в кино сходим? — предложила она. Вечер пятницы они обычно проводили вместе — ужинали в ресторанчике или ходили в городской кинотеатр.

— Давай лучше возьмем напрокат фильм. Я куплю попкорн.

— Идет. Примерно в семь? — она села в машину, завела мотор. Автомобиль тронулся с места, а Бэйли некоторое время смотрел ей вслед, любуясь тем, как сверкают на солнце ее рыжие кудри, потом побрел к амбару.

Бэйли недоумевал, что за бред втемяшился в голову Мелани. Им обоим не слишком везло в любви, но они так замечательно дружили — он ни за что на свете не стал бы рисковать этой дружбой. А женитьба, как ничто другое, способна разрушить даже самые хорошие отношения. Еще двадцать минут назад он считал, что Мелани самая разумная из женщин, которых он когда-либо знал. Она умница, очень логична, она реалистка и совсем не склонна к романтическому бреду. Но он так думал до того, как услышал эти ее глупости насчет женитьбы и беременности. Может, то, что ей скоро исполнится тридцать, сводит ее с ума?

Закончив дела в амбаре, Бэйли направился в дом, на кухню. Пора поесть. Как большинство холостяков, он либо разогревал какие-нибудь полуфабрикаты в микроволновке, либо обедал в ближайшем ресторане. Поесть вкусненькое удавалось, когда его мать или Мелани, сжалившись, готовили для него что-нибудь.

Сегодня ему есть не очень хотелось. У него действительно был жуткий день, он не шутил, когда говорил это Мелани. Беседы с мамашами будущих конкурсанток — еще полбеды, но ему пришлось усыпить любимого пса своих друзей — вот что действительно было ужасно.

Мужчине хотелось скорей принять теплый душ. По дороге в ванную он стащил с себя футболку, джинсы, носки, швырнув все это на пол, рванул дверь душа... и завопил от неожиданности — темноволосая, совершенно нагая женщина стояла в его душевой, улыбаясь ему.

— Эй, Бэйли, потереть тебе спинку?

— Черт побери! Сью-Эллен, что ты здесь делаешь? — Бэйли схватил полотенце, ухитрился обернуть его вокруг бедер и, выхватив с полки второе, бросил его Сью-Эллен Трекслор.

— Я думала показать тебе кое-какие мои таланты еще до конкурса, — сказала Сью-Эллен, отодвигая ногой полотенце.

Бэйли отвернулся, застонав:

— Убирайся из моего душа... и оденься. Что твоя мама скажет?

— Мама хочет, чтобы я стала «Мисс Лучшая Молочница».

Бэйли со стоном выскочил из душа, быстро натянул на себя все, что было разбросано на полу. Моментом позже из ванной появилась Сью-Эллен, на этот раз в легком платье, правда, далеко не все пуговицы ей удалось застегнуть.

— Ты мне всегда нравился, Бэйли, — сексуально мурлыча, она приближалась к нему.

Женщины Фокс-Сити абсолютно помешались. То ли в воздухе что-то непонятное, то ли какое-то странное положение луны, думал Бэйли, пятясь от Сью-Эллен.

— Я польщен, но ты ступай домой. Нехорошо так.

— Да что же тут нехорошего? Я взрослая, и ты взрослый, мы оба свободны.

— Я не свободен, — запротестовал Бэйли.

Сью-Эллен приостановила преследование.

— Как?!

Разговор с Мелани еще звучал в его ушах, и он неосознанно ухватился за эту тему:

— Понимаешь, я только что сделал предложение Мелани Уотерс.

Сью-Эллен озабоченно нахмурилась и начала застегивать пуговицы.

— Почему же ты мне сразу не сказал? Я не хочу ни у кого отбивать жениха. У меня принципы.

Она пошла к выходу и уже у двери обернулась и, хитро улыбаясь, спросила:

— Это не настроит тебя против меня на конкурсе? Ну, я же сказала, что ты мне всегда нравился? — ее улыбка стала шире. — Теперь я точно знаю, насколько ты привлекателен.

Бэйли сильно покраснел, но, к счастью, она ушла, не дожидаясь его ответа. Он рухнул на диван, стараясь успокоиться. Говоря Мелани, что кто-нибудь из претенденток вполне может лежать в его постели, он шутил! Ему в голову не могло прийти, что такая привлекательная и сексуальная Сью-Эллен может ждать его обнаженной в душе.

Да, в душе... Душ принять, тем не менее, надо.

И лишь стоя под горячей струей, Бэйли понял, какую глупость сделал. Сью-Эллен и ее мать были известными активными сплетницами Фокс-Сити, и теперь они узнали, что он обручен с Мелли. Мужчина закрутил кран и быстро оделся.

Быстрее к Мелли — рассказать ей обо всем.