Восторг блаженства

Берк Синнамон

Тайнан Торн, наделенный редкой мужской красотой и острым умом, вел аскетический образ жизни и сторонился женщин. Однако, когда в его спальне неожиданно появилась восхитительная Амара, жизнь Торна изменилась самым непостижимым образом.

 

Глава 1

Корпорация Аладо, Космическая станция 3

Штаб Командования флотом, весна, 2257 год

Лейтенант Амара Грир открыла дверь в кабинет секретаря дипломатического корпуса Аладо и, грациозно пройдя по сверкающему черному полу, остановилась у стола из эбенового дерева. Она обольстительно улыбнулась начальнику и щегольски отсалютовала ему. Высокий блондин явно ждал более теплого приветствия. Он подошел к стройной женщине и обнял ее. Амара Грир была его личным пилотом.

– Я по тебе соскучился, – прошептал он.

– Похоже, перемирие не нарушено, – отозвалась Амара. – Я уже давно не видела тебя таким спокойным.

Он отступил назад, не отрывая рук от тонкой талии Амары. На обоих были сверкающие золотые мундиры дипломатического корпуса, но летный костюм Амары тесно облегал ее, на нем же куртка и брюки сидели свободнее. Хотя ростом и цветом волос они походили друг на друга, их нельзя было бы принять за брата и сестру.

– Не нарушено, – заверил он ее, – но только потому, что мне удалось уговорить Тайнана Торна, одного из самых глубоких мыслителей галактики, вести мирные переговоры. Если договор о мире будет подписан, честь этой инициативы будет принадлежать мне.

– Так и должно быть. – Амара запустила пальцы в его золотистые кудри. – Мне сказали, что для меня есть важное задание. Это что – предлог повидаться со мной?

– Нет, конечно. – Он снова притянул Амару к себе и долго не отпускал ее. Потом присел на свой стол, скрестил руки на груди и посмотрел на нее с озорной улыбкой. – Я поручаю тебе привезти Тайнана Торна. Хранители занимаются только историей, и у них нет собственных кораблей, так что тебе следует благополучно доставить Тайнана на переговоры.

Пораженная такой невероятной просьбой, Амара уставилась на секретаря. Она не сразу нашла слова, чтобы выразить свое недоумение.

– Я считала, что он уже летит! Неужели ты полагаешь, что я успею слетать на Землю и вернуться, не опоздав к началу переговоров? Это просто невозможно!

– На дипломатическом шаттле – невозможно, но я приготовил для тебя Звездный крейсер. Если ты отправишься немедленно, то успеешь доставить Тайнана Торна на базу Конфедерации по крайней мере за пятнадцать минут до начала церемонии открытия.

В глазах его сверкала такая явная насмешка, что Амара встревожилась.

– Ты дразнишь меня? Хранители – едва ли не единственное сообщество, куда принимают только мужчин. Как на это отреагирует Торн? Необходимость лететь с женщиной может глубоко оскорбить его. А что если со мной отправится помощник-мужчина?

Ее возражения нимало не повлияли на секретаря. Этот блестящий дипломат лишь небрежно пожал плечами.

– Я выбираю пилота независимо от предрассудков Хранителей. Твоя квалификация не вызывает сомнений, а для меня это главное. – Он встал и вытащил из верхнего ящика стола большой конверт. – На таком простом маршруте второй пилот не нужен. Здесь вся документация для полета. Корабль стоит на одиннадцатом причале. В библиотеке корабля есть книги Торна. Познакомься с ними. Ты должна представлять себе его взгляды, чтобы лучше понимать его, когда вы встретитесь. Нет нужды напоминать тебе, насколько важна твоя миссия. Без Торна четыре другие корпорации откажутся участвовать в переговорах. Тогда придется распроститься с надеждой на мирное освоение космоса, и ответственность за это падет на твои прелестные веснушчатые плечики.

Он помолчал, дав ей время осознать серьезность этих слов, потом сухо добавил:

– Твои вещи уже на борту нового корабля. Знаю, что ты не любишь долгих прощаний. Не смею тебя задерживать. Можешь идти.

Амара была личным пилотом секретаря уже три месяца, и почти столько же времени длилась их любовная связь. Поэтому она привыкла к быстрой смене его настроений. Он был на редкость опытным любовником, притом проявлял в постели ту же изобретательность, что и в решении прочих проблем. Однако сейчас Амару задело то, что он напомнил о разнице в их статусе. Поручив сложное, почти невыполнимое задание, он даже не пожелал ей удачи. А ведь при их отношениях можно было бы ожидать и более теплого прощания. Ну что ж, он переходит в разряд бывших возлюбленных, решила Амара.

Чувствуя себя преданной, Амара смотрела, как он поворачивает золотистую фигурку дракона, стоявшую на его столе, так, чтобы хрустальный шар, зажатый в лапах чудовища, поймал луч света, а потом отбросил сноп лучей на золотистые стены комнаты. Подняв глаза, секретарь словно удивился, что Амара все еще здесь – и она не сдержала негодования.

– Я совершила серьезную ошибку, сблизившись с тобой – и хочу исправить ее, – сказала она таким же холодным тоном, каким он только что говорил с ней. – После конференции я попрошу о переводе, и надеюсь получить безупречные рекомендации.

Секретарь так обезоруживающе улыбнулся, будто его позабавила эта дерзость.

– Может это и заманчиво, но сейчас у нас нет времени ссориться. Но независимо от наших отношений знай: если Тайнана Торна не будет на церемонии открытия, ты не получишь никаких рекомендаций, ни хороших, ни дурных.

Разгневанная Амара, даже не отдав ему чести, стремительно вышла из черно-золотистого кабинета. Она очень серьезно относилась к своей карьере, а потому редко сближалась с мужчинами так, как с секретарем. Но сейчас он совершенно недвусмысленно показал, что для него важнее всего успех переговоров. Любовь к ней секретаря, видимо, была не глубже, чем слой лака на полу его кабинета. Когда-то он называл ее чаровницей, но теперь Амаре казалось, что секретарь просто манипулировал ею. А этого она не выносила.

Ее покорила его улыбка и еще невероятная нежность его рук.

Раздраженная своей слабостью и фальшивой улыбкой бывшего возлюбленного, Амара постаралась отбросить неприятные мысли и поспешно направилась к скоростному шаттлу, который связывал внутренние помещения базы Командования флотом с причалами, расположенными на внешнем кольце станции. Вращение этого громадного колеса было рассчитано с учетом силы земного притяжения. Добравшись до одиннадцатого причала, Амара увидела готовый к отлету новейший Звездный крейсер, своими размерами превышавший вдвое обычный корабль дипломатического корпуса. На боках его был изображен символ Аладо – стилизованные крылья, прорезанные молнией.

Амару поразил не только размер ее нового корабля, но и то, что он оказался вооружен лазерными пушками.

Вскрыв конверт с заданием, она прочитала связанные с этим совершенно определенные указания. Ей следовало любыми средствами защищать Тайнана Торна. Амаре не просто разрешали, но даже предписывали стрелять по любому кораблю при первом намеке на агрессию. Да, ей предстоял явно не простой полет!

Встревоженная Амара рассеянно махнула рукой механикам и поспешно вошла в корабль. Усевшись в рубке, она перечитала приказ. Да, все обстояло именно так: ей поручали защищать Тайнана Торна даже ценой собственной жизни. Никто и ничто не может помешать ему попасть на мирные переговоры. Амара надеялась, что к столь решительным мерам прибегнуть не придется. Бои между корпорациями шли только в неосвоенных областях галактики – около Земли никаких сражений не велось. Тем не менее было приятно иметь хорошо вооруженный корабль. Понимая, как мало у нее времени, Амара начала предполетную подготовку.

Она по-прежнему считала, что ее не следовало посылать за мужчиной, который вел почти монашескую жизнь. Однако теперь, получив в свое распоряжение Звездный крейсер, Амара уже не так тяготилась своим заданием. Сосредоточившись на отлете, она лишь потом поняла истинные намерения секретаря. Только он один из известных ей дипломатов любил создавать сложные ситуации, чтобы показать, как блестяще преодолевает любые трудности.

Именно поэтому он и отправил ее за Тайнаном Торном, но, разгадав намерения секретаря, Амара выполнит его задание идеально. У философа не будет ни малейших причин жаловаться на нее. Более того, она доставит Торна не к началу переговоров, но даже на день раньше! Поставив себе такую цель, Амара провела необходимые расчеты с помощью бортового компьютера, задала двигателям нужную скорость и решила насладиться быстрым и благополучным перелетом. У нее хватит времени ознакомиться с работами Торна, но для начала она вздремнет.

Амара, единственный ребенок в семье, привыкла бывать одна, и ее характер идеально подходил для работы пилота: она наслаждалась одиночеством в космосе. Подлетая к Земле, она уже разбиралась в пилотировании Звездного крейсера не хуже, чем конструкторы, создавшие этот корабль. За это время Амара очень много узнала и о Тайнане Торне, который убедительно писал, что мир и любовь – естественное состояние человека. Однако его фотографий в книгах не было, равно как и информации о нем. Тем более ей хотелось поскорее встретиться с ним. Приближаясь к Замку Норхэм, Амара тщательно продумала, что скажет Тайнану. Она надеялась, что он окажется таким же обаятельным, каким представлялся в своих работах.

У Замка Норхэм не было площадок для космических кораблей, поэтому Амаре пришлось посадить Звездный крейсер на соседнем поле. Замок находился на вершине холма, возвышающегося над рекой Твид. В сгущающихся сумерках высокие стены и башни средневековой крепости казались довольно мрачными. Замок, восстановленный в начале двадцать первого века, когда-то был резиденцией короля Эдуарда I и на протяжении своей долгой и славной истории не раз переходил от англичан к шотландцам и обратно. Здесь уже много веков не было сражений, но, даже сейчас Амаре казалось, что на нее направлены заряженные катапульты.

Она открыла люк, ожидая увидеть встречающих, однако прошло пятнадцать минут, но никто так и не явился. Тогда Амара поставила корабль на охрану и пошла по изрытой глубокими бороздами земле. Ее сапожки из золотистой кожи доходили до середины икры и в них земля не попадала, но прогулка не доставила Амаре никакого удовольствия. Дойдя до вымощенной гравием дороги к замку, она снова посмотрела, не вышел ли кто-нибудь встретить ее. Звездный крейсер летел почти бесшумно, но она сомневалась в том, что его не заметили, ибо полагала, что Тайнан Торн осведомлен о прибытии корабля. Так почему же ее прилет игнорируют?

Желая поскорее отправиться в обратный путь, Амара быстро направилась к высоким деревянным воротам. Бронзовый дверной молоток изображал сокола, летящего за зайцем. Она ухватилась за вытянутое крыло, и когти птицы звякнули по спине зайца.

– Прелестная штучка! – ехидно пробормотала она. Медленно сосчитав до десяти, Амара ударила еще раз, посильнее. Теперь она услышала, как кто-то спешит к воротам. Когда открылось окошечко в створке ворот, Амара приветливо улыбнулась и назвала себя: – Я – лейтенант Грир, сопровождающая Тайнана Торна.

Однако ее не спешили впустить. Окошко быстро захлопнулось, а ворота никто не отпер.

В Звездном крейсере было, конечно, и альпинистское оборудование, но Амара не предполагала воспользоваться им, чтобы попасть за стены замка. Схватив причудливый дверной молоток, она начала выстукивать сигнал бедствия двадцатого века: три точки, три тире и опять три точки. Амара надеялась, что Хранители узнают его, но ей пришлось повторить его несколько раз, прежде чем окошко снова открылось.

– Добрый вечер, – заговорила она, – я не хотела вас тревожить. Пожалуйста, передайте Тайнану Торну, что прибыла его сопровождающая из Аладо и что нам надо немедленно вылетать.

– Кто вы?

Сумерки мешали Амаре разглядеть лицо говорившего, но в голосе его звучала неприятная подозрительность. Она старалась держаться корректно, повторяя свое звание и имя – но уже начинала злиться на Хранителей. Амара услышала поспешные шаги и, даже никого не видя, поняла, что несколько Хранителей рассматривают ее.

– Я знаю, что вы не принимаете женщин, – заверила она их, – мне и незачем здесь оставаться. Так где же Тайнан Торн?

Прежде чем ворота открылись, за ними послышались приглушенные голоса, затем человек в капюшоне пригласил ее войти. Четыре Хранителя с надвинутыми на лоб капюшонами, почти скрывавшими их лица, долго разглядывали ее. Повинуясь их жесту, она последовала за ними к массивной башне. Дорожка шла через внутренний дворик, и в сгущающейся темноте Амара заметила небольшие здания, примыкающие к стенам.

Наружная лестница вела на второй этаж цитадели. Введя Амару в небольшую прихожую, Хранители указали ей на деревянную скамью и удалились. Она решила, что они отправились за Тайнаном, но долго никто не появлялся, и Амара опять почувствовала раздражение. Наконец потеряв терпение, она встала и пошла к двери, через которую удалились Хранители. Обнаружив, что дверь заперта, Амара, тихо выругавшись, принялась расхаживать по прихожей. Считая прямоугольные каменные плиты, которыми был выложен пол, она ощущала, как уходят одна за другой бесценные минуты. Когда дверь открылась, Амара кинулась вперед, опасаясь, как бы она снова не захлопнулась перед ней.

Вошедший откинул капюшон своего длинного балахона и тепло улыбнулся Амаре. В отличие от молчаливых и угрюмых Хранителей, которые привели ее сюда, незнакомец держался спокойно и дружелюбно.

– Добрый вечер, лейтенант Грир. Я – Грегори Нэш, Главный Хранитель. Мне очень жаль, что вас заставили ждать, но у нас возникла проблема.

Это был привлекательный мужчина лет пятидесяти, с курчавыми седыми волосами и ярко-голубыми глазами, но его отеческий тон не успокоил Амару. Она насторожилась и гордо выпрямилась, ожидая услышать колкость по адресу пилотов-женщин.

– Аладо отбирает пилотов очень тщательно. Я – пилот высшей категории, работаю в дипломатическом корпусе, а значит, лучше меня трудно найти. А теперь я хочу забрать Тайнана Торна, и мы вылетим.

Озадаченный поначалу ее горячностью, Грегори быстро сообразил, что допустил ошибку.

– Пожалуйста, извините, если я вас обидел. Проблема не в вас, лейтенант, а в Тайнане. Он часто проводит целые дни в наших садах. Конечно, вы прилетели слишком поздно и не успели их рассмотреть – но они великолепны.

– Не сомневаюсь, но…

Грегори приподнял руку, останавливая Амару.

– Пожалуйста, лейтенант, позвольте мне договорить. Вчера Тайнан пошел в сад, чтобы предаться размышлениям, и, к сожалению, его ужалили пчелы. У многих это проходит быстро и бесследно, но у Торна сильнейшая аллергическая реакция, и сейчас он в постели. Боюсь, он сможет вылететь лишь через несколько дней.

Грегори явно не обманывал, но Амара не могла уступить:

– Мирные переговоры начинаются через десять дней. Может, вам неизвестно, сколько занимает перелет, но мы не попадем на церемонию открытия, если не вылетим в ближайший час.

– Но Тайнан болен!

– Я поняла. Однако ничто не мешает ему выздоравливать на борту Звездного крейсера.

Амара родилась на одном их кораблей Аладо и понимала, что на Земле ее могут презрительно называть звездным ребенком. С ее точки зрения, это было смешным предрассудком: ведь все подобные ей оставались людьми.

– Можно ли мне поговорить с ним? – спросила Амара. – Не думаю, чтобы он рискнул сорвать мирные переговоры из-за нескольких укусов.

Она старалась не выказывать беспокойства, но Грегори, заметив его, заговорил особенно осторожно:

– Вы – первая женщина, которая шагнула за эти стены. О том, чтобы впустить вас в Цитадель, не может быть и речи. Возвращайтесь к себе на корабль, свяжитесь с Аладо и попросите отложить начало переговоров на неделю. За это время Тайнан поправится и вы спокойно доставите его.

В ожидании появления космических странников, не связанных с Землей, все члены дипломатического корпуса были обучены телепатии, и Амару удивило, что Главный Хранитель столь откровенно пытается воздействовать на нее. Его мягкие приказы должны были внедриться в ее сознание так, чтобы казалось, будто она сама принимает решение.

Амара невольно улыбнулась:

– Вы очень тонко работаете. Не сомневаюсь, Хранители принимают ваши подсказки, но я приучена распознавать любое давление на мои мысли, и на меня оно не действует. Если одна из корпораций попросит об отсрочке, другие воспримут это как попытку обставить их еще до начала переговоров, и война начнется немедленно. Я не хотела бы рисковать – а вы?

Смущенный тем, что Амара так легко распознала его попытку воздействовать на нее, Грегори энергично покачал головой.

– Я думал только о здоровье Тайнана.

– На карту поставлена не только его жизнь.

– Понимаю.

– Мое появление здесь можно объяснить чрезвычайными обстоятельствами. У меня нет желания нарушать ваш распорядок жизни или интересоваться вашими историческими исследованиями, но мне обязательно надо видеть Тайнана. Вы должны поступиться любовью к традициям во имя сохранения мира во всей галактике.

Амара гневно посмотрела на него, и Грегори понял: эта решительная молодая женщина пойдет на что угодно ради выполнения своей миссии. Чем раньше она поговорит с Тайнаном, тем скорее уйдет. Осознав это, он направился к двери, ведущей в глубь Цитадели.

– Чтобы попасть в жилые помещения, нам придется пересечь главный холл. Не могу запретить вам наблюдать, но должен просить вас никогда не рассказывать о том, что вы увидите.

– Обещаю.

Заинтригованная Амара постаралась как можно лучше рассмотреть огромный зал, через который они шли.

Настенные бра давали очень слабый свет, но Амара увидела высокий свод потолка с огромными балками, стрельчатые окна и каменный пол, такой же, как в комнате, где она дожидалась Грегори Нэша. С потолка свисали яркие полотнища флагов, на которых золотой нитью были вышиты драконы. Но кроме них, ничто не оживляло это серое каменное помещение. Амару поразили размеры зала, но ничего особенного она там не заметила. Несомненно, зал реконструировали очень точно, как и весь Замок Норхэм, но если здесь и были какие-то тайны, их тщательно скрывали.

В дальнем конце зала трое Хранителей накрывали к ужину длинные столы. Они прервали свою работу и удивленно воззрились на Амару. Капюшоны скрывали их лица, но она не сомневалась, что на них написано глубочайшее удивление. Не удержавшись, Амара помахала им рукой. Они быстро отвернулись, смущенные тем, что от нее не ускользнуло их любопытство. Хранители славились своими глубокими исследованиями традиций и почитанием их, но отнюдь не гостеприимством. Амара почувствовала в них такую неприязнь к женщинам, от которой ее пронизала дрожь.

– Здесь всегда так прохладно? – шепотом спросила она у Грегори.

– Увы, да. Наши балахоны – не мода, а необходимость.

Привыкшая к условиям искусственного климата, Амара энергично потерла руки, но пока они шли до лестницы, ее сильно знобило. Узкие крутые ступени, извиваясь, вели вверх. Ей пришлось прибавить шагу, чтобы не отстать от Грегори, быстро шагавшего по длинному коридору. Комната Тайнана оказалась в самом конце. Войдя в нее, Амара поняла, что совершенно забыла все ранее приготовленные слова.

Лицо и руки Тайнана, лежавшего на кровати, были замотаны бинтами. В таком виде он мало походил на ученого философа. Бедняга наверняка был смущен, и Амаре хотелось смягчить неловкость ситуации. Она шагнула вперед, надеясь внушить ему доверие и убедить в необходимости немедленного вылета, но не успела заговорить, как Тайнан схватился за грудь и застонал, не успев даже поздороваться с ней.

 

Глава 2

Грегори бросился к Тайнану, пощупал его пульс и повернулся к Амаре:

– Ему хуже. Побудьте с ним – я позову врача.

Амара оглядела скромно обставленную комнату.

– В ваших помещениях нет средств связи?

– Конечно, нет! – воскликнул Грегори, спеша к двери. – Мы уважаем частную жизнь друг друга.

Амара подумала, что уважение к частной жизни – одно, а сигнализация для чрезвычайных обстоятельств – совсем другое. Усевшись на краешке узкой кровати Тайнана, она взяла обеими руками его перебинтованную кисть. В отличие от Главного Хранителя, Амара сомневалась в том, что участившееся дыхание Тайнана связано с укусами пчел. Она полагала, что причина тому тревога из-за предстоящих мирных переговоров. Судя по книгам Тайнана, он человек мягкий и будет сильно переживать, если его попытки установить согласие между враждующими корпорациями окажутся неудачными. Скорее всего, он опасается перспективы провала.

– Тайнан, – прошептала она, – не надо бояться. Вы прекрасно проведете переговоры. – Она помолчала, вспомнив, какие надежды возлагает на него корпорация Аладо. Ей не хотелось усугублять тяжкий груз возложенной на него ответственности. – Ваши убеждения несут свет истины. Мы действительно созданы для того, чтобы вести мирную и достойную жизнь. Разрушения и войны приносят лишь горе и смерть.

Амара продолжала успокаивать философа, произнося цитаты из его книг, и наконец заметила, что он начал дышать ровнее. Увидев, как из-под бинтов блеснули темные глаза, она чуть сжала его пальцы.

– Вам лучше? Извините, что я появилась так внезапно, но мне необходимо поговорить с вами по поводу немедленного вылета. На моем корабле вас ждет полный комфорт. Если захотите, можете спать хоть до прибытия на базу Конфедерации. Вы сможете спуститься по лестнице? Если нет, вам здесь наверняка помогут.

Мелодичный голос молодой женщины напомнил Тайнану печальные народные песни, которые он очень любил слушать. Ему польстило, что она знакома с его работами, но то, что за ним прислали пилота-женщину, раздосадовало. Если их и познакомили, он забыл ее имя. Хорошо еще, что бинты скрывали лицо – он не сомневался, что сейчас покраснел.

– Я не расслышал вашего имени, – неохотно признался Торн.

– Я – лейтенант Амара Грир. Не знаю, почему меня не отправили за вами гораздо раньше, но если все сложится удачно, мы успеем на переговоры вовремя. Вы уже сложили вещи? Если нет, я помогу вам собраться, но нам совершенно необходимо вылететь сегодня же.

Прежде чем Тайнан успел ответить, вернулся Грегори Нэш с врачом. Заметив, что Амара с Тайнаном мирно разговаривают, врач недовольно нахмурился. Не обращая внимания на Амару, он спросил Тайнана:

– Вам опять было трудно дышать?

Амара встала, уступив место врачу. Тот быстро осмотрел Тайнана и, явно решив, что пациент уже не нуждается в его услугах, повернулся к Амаре.

– Ему нужен отдых, а не посетители. Вы должны уйти.

Но Амара и слышать не хотела о том, чтобы покинуть Цитадель Хранителей без Тайнана Торна.

– Боюсь, что это невозможно, – твердо ответила она. – Я не отойду от него, пока не увижу его за столом переговоров.

Врач ткнул костлявым пальцем в Грегори.

– Вам не следовало впускать сюда женщину. Займитесь ею, – сурово сказал он и, взяв свой врачебный чемоданчик, поспешно вышел.

Грегори Нэш явно смутился. Амара опасалась, что поведение доктора сконфузило и Тайнана. Желая их успокоить, поспешно заметила:

– Он человек немолодой и его возраст заслуживает уважения. – Она снова уселась рядом с Тайнаном и взяла его руку. – Мой корабль гораздо уютнее этой комнаты, и я уверена, что вам будет там удобно. Пойдемте со мной.

Тайнана тревожило ее присутствие. Он возразил:

– Мы должны дождаться рассвета.

Амара удивленно посмотрела на Грегори:

– В этом нет никакой необходимости. Звездный крейсер может взлететь и в темноте.

– Вопрос не в корабле, – отозвался Грегори. – Хранители никогда ничего не начинают после заката. Вам может показаться странным этот обычай, но мы убедились, что рассвет – наилучшее время для того, чтобы приступить к любому делу.

Амара полагала, что понятно объяснила необходимость срочного вылета, поэтому теперь пыталась сдержать раздражение. Если бы Тайнан встретил ее у ворот, как она и надеялась, они вылетели бы задолго до заката, и не пришлось бы вести этот идиотский разговор. Она живо представила себе, как хохотал бы над этим босс, и поэтому разозлилась еще сильнее.

– Может, у вас и принято дожидаться рассвета, чтобы начать новое дело, но это не относится к данному случаю, – заметила она. – Я не могу допустить, чтобы ваши предрассудки поставили под угрозу успех мирных переговоров.

– Между предрассудком и традицией – огромная разница, – возразил Тайнан.

Голос его звучал глухо, но говорил он очень властно. Довольная тем, что он настолько оправился, что способен с ней спорить, Амара улыбнулась:

– Мы можем обсудить это по пути на базу, но вылететь нам надо сегодня.

Тайнан выдернул у нее свою руку и с трудом сел. У него немного закружилась голова, но переведя дух, он сказал:

– Нет. Мы подождем рассвета, Как бы ни поджимали сроки, вы наверняка предусмотрели какой-то запас времени на случай непредвиденных осложнений. Его хватит на такую отсрочку.

Когда Тайнан сел, Амара поняла, что он гораздо выше, чем казалось. Почему-то она представляла его невысоким изящным человеком. Гадая, что выражает сейчас его лицо, она пожалела, что оно забинтовано. Все восхищались правдивостью Тайнана, и Амаре даже в голову не пришло слукавить.

– Да, у меня есть определенный запас времени, но, растратив его до начала полета, мы можем горько пожалеть об этом. Нам лучше не рисковать.

Тайнан пристально всматривался в Амару, обдумывая сказанные слова. Кожа ее была покрыта чудесным золотистым загаром, из-под длинных темных ресниц на него смотрели блестящие бирюзовые глаза. Изогнутые брови, правильный нос, соблазнительно пухлые губы, светлые волосы, собранные на макушке в пучок, выбивающиеся из-под него волнистые пряди… Да, если в ее внешности и были изъяны, то Тайнан их не заметил, однако упорство Амары ему решительно не нравилось.

– Мы вылетим на рассвете, – категорически заявил он.

Амара не захватила с собой лазерный пистолет, но если бы при ней и было оружие, понимала, что силой принудить Тайнана лететь с нею нельзя. В таком случае он никогда не поддержит Аладо на мирных переговорах.

– Хорошо, – неохотно согласилась она. – Мы дождемся рассвета и будем надеяться, что во время полета ничего плохого не случится.

Радуясь, что этот вопрос наконец решен, Грегори махнул рукой в сторону двери:

– Спасибо, что проявили понимание, лейтенант. Вы можете вернуться на корабль. Даю вам слово, что Тайнан придет туда на рассвете.

Но Амара не шелохнулась:

– Видимо, вы неправильно меня поняли. Я очень серьезно отношусь к своим обязанностям сопровождающей Тайнана, и если мы сейчас не вылетаем, мне следует остаться с ним на эту ночь.

Казалось, Грегори это привело в ужас.

– Но у нас нет условий для приема дам!

– А я не дама. Я – сопровождающая Тайнана, и останусь здесь, с ним. Когда мы поднимались сюда, я видела, как накрывают столы к ужину. Попросите, пожалуйста, прислать мне что-нибудь поесть. – Она повернулась к Тайнану. – Думаю, вам еще трудно спуститься вниз к ужину. Но если вы предпочтете пойти туда, я последую за вами.

Тайнан понял, что лейтенант Грир не просто упорна, но чрезвычайно настойчива, упряма и не слишком вежлива. Чувствуя себя плохо, он все же не хотел оставаться с ней вдвоем целый вечер. Да, на нее приятно смотреть, но едва ли приятно разговаривать.

– Если вы мне поможете, Грегори, я спущусь вниз.

– По-моему, вам не следует переутомляться, – возразил тот.

Амара поднялась, чтобы не мешать ему. Хотя сначала Тайнану было трудно двигаться, вскоре он смог идти без посторонней помощи.

Амара смотрела на него снизу вверх: он был явно сантиметров на двадцать выше ее метра восьмидесяти. Жалея, что Тайнан не оказался тем мягким человеком, какого она себе представляла, Амара пошла впереди него по коридору. Она не надеялась, что ей придется по вкусу жидкая каша или другое столь же неинтересное блюдо, приготовленное Хранителями.

Заметив, что Амару знобит, Тайнан прикоснулся к ее плечу.

– Подождите, вы же замерзли. Возьмите один из моих балахонов.

Амара хотела было отказаться, но передумала. Ей и правда было холодно, а балахон Хранителей не только согреет, но и укроет от любопытных взглядов.

– Спасибо. Кажется, он висит на вашей двери.

– Да. Вернитесь и возьмите его. Мы подождем вас здесь.

Тайнан прислонился к стене, чтобы передохнуть, провожая взглядом стройную фигуру девушки. Он понял, что сзади она смотрится не хуже, чем спереди.

– Красивые женщины всегда такие своевольные? – спросил он у Грегори.

Главный Хранитель тоже с удовольствием наблюдал за Амарой. Опомнившись, он ответил:

– Характеры у женщин такие же разные, как и у мужчин. Ее манеры несколько напористы, но многие мужчины страдают тем же недостатком.

– Да, это верно. – Тайнана и без того пугал предстоящий полет, а теперь еще оказалось, что с пилотом трудно иметь дело. Он надеялся, что будет читать, понемногу писать и слушать музыку. Ему вовсе не улыбалась перспектива ссориться всю дорогу. – Хорошо, если пилотирование корабля займет все ее время, – пробормотал он.

– Мы дали вам превосходное классическое образование, Тайнан, но в одном отношении оно осталось неполным. Вам следует поближе познакомиться с лейтенантом, а не сторониться ее.

Амара вышла из комнаты, подвязывая шнуром длинный балахон, так что Тайнан не успел сказать своему другу, как мало ценит этот абсурдный совет. Его всегда привлекали теории и идеи, но мало интересовали люди, а в особенности женщины. Когда Амара улыбнулась ему, он с изумлением почувствовал, что снова покраснел.

В мирных переговорах будут участвовать женщины, и ему очень не хотелось бы чувствовать себя с ними так же неловко, как рядом с Амарой. Тайнан твердо пообещал себе, что больше не будет так смущаться из-за ее внешности. Жестом предложил ей пройти вперед, но на четвертой ступеньке девушка споткнулась, запутавшись в длинном балахоне, и он поспешил подхватить ее. От резкого движения у Тайнана потемнело в глазах, и они оба упали бы, если бы расторопный Грегори вовремя не помог.

– Это безумие, – укоризненно сказал Грегори. – Лучше уж я помогу вам вернуться в вашу комнату.

Теперь Тайнан опирался на руку Амары и держался за дубовые перила. Колени подгибались, он чувствовал себя отвратительно, но знал, что в общем зале будет спокойнее, чем в комнате.

– Спасибо, ничего страшного. Осторожнее, лейтенант, если вы упадете, я последую за вами и тогда мы не попадем вовремя на переговоры.

Амара никогда не падала с лестницы и не сомневалась, что виною всему этот огромный балахон. Хоть Тайнан не упрекнул ее в неуклюжести, это явно раздосадовало его, и Амара поспешила высвободить свою руку.

– Ну что ж, постараемся избежать этой опасности, – спокойно сказала она, пропуская Торна вперед.

Тайнан не хотел, чтобы Амара заметила, как медленно он двигается. Он молча кивнул и, тяжело опираясь на перила, пошел вниз. Дойдя до конца лестницы, он уже задыхался от усталости и вынужден был передохнуть, прежде чем войти в зал. Смущенный своей слабостью, он обратился к Грегори:

– Попросите, чтобы рядом с моим местом поставили прибор для лейтенанта Грир.

С недовольным видом Главный Хранитель пошел отдать распоряжение. Некоторые Хранители уже стояли возле своих стульев и не заметили Амары, но те, кто заметил, замолчали и изумленно уставились на нее. Пытаясь смягчить неловкость, она улыбнулась, сделав вид, что пришла ужинать по приглашению Тайнана, но удивленные взгляды сменились общей настороженностью.

– Кажется, мне здесь не слишком рады, – прошептала она. – Впрочем, еще не поздно уйти.

Тайнан растерялся, ощутив, что поступился преданностью Хранителям и их традициям, предложив Амаре свой балахон. Впервые он испытал такое же чувство, когда его попросили представлять Аладо на мирных переговорах. У него не было ни малейшего желания принять эту честь, хотя понимал, что в интересах всего человечества не имеет права отказаться.

Рассматривая присутствие Амары как следствие принятого им решения, Тайнан видел в ее визите испытание, которое скоро закончится.

– Мы уже все решили, – напомнил он девушке. – Несколько самых консервативных Хранителей, возможно, уйдут, но не думаю, что вы рассчитывали на любезную встречу, предложив присоединиться к нам.

Амара не ответила на этот упрек, а только выпрямилась и заставила себя так безмятежно улыбаться, словно ей было действительно приятно сидеть за столом с этими людьми. Быстро оглядев присутствующих, она решила, что их около двухсот. Зная, что утром ее здесь уже не будет, постаралась не обращать внимания на их враждебность.

Заметив решимость в глазах Амары, Тайнан восхитился ее мужеством. Значит, Лейтенант Грир не только упряма, но и не отступает от намеченной цели. Ему так понравилась эта черта, что помимо воли он начал испытывать к ней уважение.

– Общество одной женщины не принесет нам вреда. Пойдемте, покажу вам, где мы живем.

Они двинулись через зал, и Хранители слишком поспешно расступались, давая дорогу. Амара не без труда сохраняла гордую осанку и полное спокойствие. Когда они подошли к столу, то спросила:

– Вы всегда сидите на одних и тех же местах?

– Неизменно, – ответил Тайнан. – Традиции мы чтим превыше всего.

– И как это я могла забыть об этом?

За другими столами сидело по десять человек, но у стола Тайнана теперь стояло одиннадцать стульев. Амара обрадовалась, что никому из Хранителей не пришлось менять место – это наверняка вызвало бы у бедняги острый приступ несварения желудка. Как было принято, во время еды Хранители сняли капюшоны, и когда Тайнан откинул свой, Амара увидела, что голова его не полностью забинтована. Девушке было очень интересно взглянуть на его лицо. Вьющиеся черные волосы, спускавшиеся до самого воротника, только разожгли ее любопытство.

Тайнан представил Амару сотрапезникам, но они лишь молча кивнули и быстро отвернулись. Казалось, у них не вызывает любопытства даже предстоящее Тайнану путешествие. Как представителя дипломатического корпуса корпорации Аладо, Амару оскорбило, что Главный Хранитель не счел нужным официально представить ее всем присутствующим: она не сомневалась, что такое правило соблюдают по отношению к важным персонам мужского пола. Однако даже это пренебрежение к ней было мелочью по сравнению с необоснованной отсрочкой их вылета. Решив, что протестовать бесполезно, Амара оперлась руками на спинку своего стула и с нетерпением ждала, когда начнется ужин, поскольку сильно проголодалась. Пока никто из Хранителей не садился. Она хотела уже спросить у Тайнана о причине задержки, когда вдруг все запели молитву.

Амара узнала латынь. В исполнении двухсот мужских голосов молитва глубоко трогала сердце. На мгновение средневековый замок и монашеские одеяния Хранителей перенесли ее в далекое прошлое, когда в монастырях звучало пение, вероятно, похожее на хор ангелов. Когда молитва закончилась и Тайнан протянул руку, чтобы выдвинуть для нее стул, Амара вздрогнула от неожиданности.

– Я не хотел испугать вас. Когда Тайнан сел, Амара сказала:

– Пение было таким прекрасным, что я на минуту забылась.

– В обеденных залах Аладо не поют?

– Иногда поют, но не молитвы.

Вечернюю трапезу ввезли на больших сервировочных столах. Вегетарианка-Амара отказалась от ростбифа, который предложил ей Тайнан и дождалась кукурузы и зеленой фасоли. Хлеб с добавлением овсянки был необыкновенно вкусный, но Амаре не хотелось брать больше своей порции.

– Вы всегда так мало едите? – спросил Тайнан.

– Нет, но на сегодня мне хватит.

Поверив ей, Тайнан снова занялся своим ужином. Ему удалось переложить еду с блюд себе на тарелку, но руки у него так распухли, что он не мог удержать нож и вилку, чтобы нарезать ростбиф. Не желая просить о помощи сидящего рядом с ним Хранителя, Тайнан обратился к Амаре:

– Вам, как вегетарианке, не будет неприятно нарезать мясо на кусочки?

Когда он приподнял свои перебинтованные руки, Амара огорчилась, что сама не сообразила помочь ему.

– Конечно, нет, – ответила она. – Мне поручено о вас заботиться, а если вы не сможете есть, то прибудете на переговоры таким слабым, что не сможете говорить.

Тайнана раздосадовало, что она помогает ему по обязанности, а не из любезности.

– Вы ко всему относитесь как пилот? – спросил он. Амара придвинула к себе его тарелку, чтобы нарезать мясо. Вычурные украшения на серебряном приборе напомнили ей расшитые придворные наряды средневековых кавалеров и дам – они казались весьма уместными в этом суровом замке. Разрезая ростбиф, Амара пыталась сообразить, как ответить Тайнану. Нарезав мясо на маленькие кусочки, она поставила перед ним тарелку.

– А как пилот должен ко всему относиться?

– Ну, как человек, как женщина.

Несмотря на бинты, Тайнан жевал легко, но Амара снова подумала, что лучше поняла бы смысл его слов, если бы видела выражение лица. До встречи с секретарем девушка всегда старалась, чтобы ее карьера и личная жизнь не пересекались. Все еще разочарованная охлаждением их отношений, она дала себе слово никогда больше не совершать подобной ошибки.

– Сопровождать вас на переговоры – для меня и честь, и ответственное задание, – объяснила лейтенант Грир. – Хотя мне всегда приятно оставаться женщиной, сейчас я сосредоточена только на своих обязанностях. Я ответила на ваш вопрос?

Тайнан сомневался в том, что это исчерпывающий ответ, но поскольку и для него дело было прежде всего, он понял Амару.

Тайнан молчал, пока на десерт не подали фрукты. Не сомневаясь, что Амара осталась голодной, он уговорил ее съесть несколько плодов.

Наблюдая, как она чистит апельсин, Тайнан обратил внимание на ее руки, которые показались ему очень красивыми. Ногти у нее были покрыты розовато-серебристым лаком. Поймав себя на том, что не сводит с нее глаз, Тайнан отвернулся, но тут же заметил, что остальные тоже пристально смотрят на Амару. Когда она взяла салфетку и вытерла губы, Торн был почти уверен, что расслышал подавленный стон желания, вырвавшийся у нескольких Хранителей.

Сам Тайнан с детства воспитывался в Цитадели, но почти все Хранители росли в семьях и имели братьев и сестер. Большинство из них закончили университеты, многие сделали хорошую карьеру, были женаты, вырастили детей, и только потом, оставив мир, поселились в Цитадели. Разведенные, вдовцы, холостяки – все они имели возможность насладиться женским обществом, прежде чем отвергнуть суетную жизнь и посвятить себя сохранению истории Земли.

Почему-то Тайнан испугался, не заметит ли кто-нибудь, что только он впервые сидит за одним столом с женщиной. Его, конечно, начнут нещадно дразнить, но хуже того, напомнят, что он никогда не знал материнской любви. Над этим не хотелось задумываться, и, как только обед закончился, он встал из-за стола:

– Возьмите с собой фруктов, я хочу вернуться к себе.

Не имея желания оставаться в зале без Тайнана, Амара быстро встала и поспешила за ним. Обернувшись, она увидела, что Хранители наблюдают за ней. Амара улыбнулась, помахала им рукой и пошла дальше, опасаясь, что ответные жесты могут быть не дружескими, а непристойными.

– Вам не надо помочь? – спросила она у Тайнана. Тот тяжело оперся на перила.

– Надеюсь, что нет.

Он старался идти медленно и добрался до своего этажа, почти не устав. Немного помедлив, прошел по коридору и остановился у двери.

– Вы видели достаточно и, полагаю, убедились, что мне здесь не грозит никакая опасность, лейтенант. Почему бы вам не вернуться к себе на корабль? Не думаю, что сегодня спокойно засну, поэтому я проснусь рано, и мы сможем улететь на рассвете.

Хотя Тайнан вел себя более деликатно, чем Главный Хранитель, некоторые слова все же звучали как приказы. Амара не сомневалась, что он ждет от нее повиновения. Протянув руку, она открыла дверь его комнаты:

– Если бы вам с таким трудом удалось прорваться сюда, вы бы тоже не ушли. Еще довольно рано. Как Хранители проводят вечера?

Досадуя, что Амара не отказалась уйти, Тайнан вошел следом за ней в комнату и направился к кровати. Усевшись, он начал перечислять:

– Некоторые играют в карты или в шахматы. Другие обсуждают свои исследования. У нас богатейшая фильмотека картин двадцатого века, и почти никому они никогда не надоедают. Есть еще, конечно, живопись, музыка и множество прекрасных книг. В специальном зале можно заниматься спортом. Занятий сколько угодно. А как пилоты Аладо проводят свободное время?

– Друг с другом, – ответила Амара, не упоминая об интимности этих встреч. Разглядывая спартанскую обстановку комнаты Тайнана, подумала, что ей предстоит тяжелая ночь. Эта мысль заставила девушку вздохнуть.

– Я читала ваши труды, – призналась она, – но по-прежнему не могу понять, почему Хранителей не интересует то, что происходило после двадцатого века. Почему вы избрали такое узкое поле исследований, когда перед вами вся Вселенная?

– Хотя этот выбор был сделан задолго до моего рождения, я всегда разделял интерес Хранителей к древней истории Земли. Вероятно, все дело в склонностях: так, ботаник любит изучать растения, а лингвист – языки. Общество Хранителей возникло в результате движения, сформировавшегося в последнем десятилетии двадцатого века. Мы всегда специализировались на истории Земли, предшествовавшей освоению космоса. Это не узкое поле, лейтенант, а огромнейший массив знаний. Никому не под силу освоить его целиком.

Амара начала расхаживать по комнате.

– В материале, который я получила, не было ваших биографических данных. Надеюсь, вы извините мое любопытство: давно ли вы стали Хранителем?

Тайнан приподнял подушку и поудобнее устроился на кровати. Все здесь знали его историю, поэтому он не привык ее рассказывать и поначалу медлил.

– В младенчестве я остался сиротой. Хранители взяли меня к себе, и я никогда не испытывал желания покинуть Цитадель.

Амару поразило, что мрачные мужчины, которых она видела за трапезой, сумели вырастить ребенка. Однако Тайнан не только вырос, но и стал известным ученым, значит, им это удалось.

– Но ведь вы покидали Цитадель, не так ли? Наверное, ходили в школу, посещали исторические места… Просто путешествовали?

Тайнан опустил глаза.

– Нет, – неохотно признался он. – Но я читал книги и видел фильмы, рассказывающие о том, что происходит за пределами Цитадели. Кроме того, я беседовал с людьми, которые приезжают сюда из самых разных мест. Но из Цитадели выходил лишь для того, чтобы работать на наших полях.

Амара быстро повернулась к нему.

– Неужели вы провели здесь, с одними только Хранителями, всю свою жизнь? – изумленно спросила она.

– В этом нет ничего постыдного, – заметил Тайнан. Амара пожалела, что расстроила его.

– Как я понимаю, Хранители – это замкнутая автономная община, устроенная наподобие древних монастырей, но без религиозных обрядов, не так ли?

Тайнан понял, к чему она клонит, и очень смутился, однако не знал, как перевести разговор в другое русло.

– Да, это так.

– И здесь никогда не бывает женщин, да? Тайнан покачал головой.

Амара откинулась на спинку стула.

– Я предполагала, что в полете будет неловко с вами, – созналась она, – но не думала, что до нашей встречи вы вообще не видели женщин.

– Я видел много женщин, – возразил Тайнан, – в фильмах и книгах.

– Женщин, которые жили, любили, танцевали и пели в двадцатом веке?

– Ну… да.

– За последние двести пятьдесят семь лет многое изменилось.

– Мы в курсе происходящего, лейтенант, но предпочитаем изучать прошлое.

– И жить в нем, – пробормотала Амара. Она не стала смущать его прямым вопросом, но Тайнан Торн, несомненно, был девственником. Однако тесный контакт во время космического полета, по ее мнению, оставлял мало шансов на то, что тот сохранит невинность. Подумав об этом, Амара рассмеялась и долго не могла успокоиться.

– Вы смеетесь надо мной? – спросил Тайнан.

– Ах нет, ради Бога, не думайте так, – попыталась успокоить его Амара. – Я смеюсь над тем, какую шутку сыграл со мной мой начальник. Не беспокойтесь. Полет у нас пройдет великолепно.

Однако Тайнан решил, что она видит в нем что-то такое, чего он не способен понять из-за своей неискушенности. Он не сомневался, что полет с ней будет в высшей степени неприятным.

 

Глава 3

Наконец успокоившись и увидев, как опечалился и поник Тайнан, Амара устыдилась и поспешно сказала:

– Я, правда, смеялась не над вами. Я личный пилот секретаря, вернее, до сих пор была им, у меня не вызывало сомнений, что вы предпочли бы пилота-мужчину, но секретарь не согласился, поставив нас обоих в неловкое положение. Нам придется с этим смириться.

Поставив рядом с собой второй стул, Амара положила на него ноги и попробовала устроиться поудобнее. Балахон Тайнана был очень мягким и теплым, закутавшись, она перестала мерзнуть. Как и Тайнан, она полагала, что задремать не удастся, так что отсутствие удобного ложа ее не слишком беспокоило.

Смысл слов Амары не сразу дошел до Тайнана, но, осознав их, он спросил:

– Разве вы не будете моим пилотом на обратном пути?

Амара поняла, что Тайнана тревожит возвращение домой, а вовсе не то, кто доставит его обратно.

– Право, не знаю, – ответила она. – Мы с секретарем расстались не слишком дружески, поэтому вполне вероятно, что меня заменят. Но вам не стоит волноваться. Вас не задержат на базе Конфедерации, чем бы ни кончились переговоры. Аладо никогда не нарушает своих обещаний. Вас благополучно доставят в Цитадель.

Не зная, сколько продлятся переговоры и когда сможет вернуться домой, Тайнан встревожился и снова почувствовал удушье. Он сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь справиться с новым приступом.

Видя, что он страдает, Амара поднялась со своих сдвинутых стульев и быстро подошла к нему. Взяв его за руку, она тихо и ласково сказала:

– Понимаю, что этот полет будет труден для вас, но возвращение не должно вас беспокоить. Любой пилот позаботится о вашей безопасности так же усердно, как и я. – Она положила руку ему на плечо. – Забудьте тревоги и дышите ровно.

Тайнан не знал, что хуже – аллергия на пчелиные укусы или полет с этой невероятно услужливой женщиной.

– Это все проклятые пчелы! – воскликнул он. – Пожалуйста, уйдите.

– Нет, я не оставлю вас здесь – и на базе Конфедерации тоже, – твердо сказала Амара. Она видела, что Торн задыхается, но не могла бросить его одного и отправиться разыскивать врача. Поэтому добавила лишь то, что, по ее мнению, могло успокоить его: – Послушайте, Тайнан. Независимо от того, как сложатся мои отношения с секретарем, постараюсь доставить вас домой.

– Дело в пчелиных укусах, а не в полете, – раздраженно заметил он. – Я просто еще не до конца оправился.

Недоумевая, чем она могла обидеть его, Амара промолчала, но продолжала сидеть с Тайнаном, пока не прошел приступ удушья.

Вернувшись за балахоном Тайнана, она обнаружила при его комнате ванную и теперь пошла туда. Все было очень старомодное, но работало, как положено, а большего и не требовалось. Ополоснув лицо холодной водой, она подумала: неужели такого умного человека, как Тайнан, удовлетворяет жизнь в Цитадели Хранителей? Здесь так холодно, да и отношения между людьми явно не слишком теплые. Ей хотелось поскорее покинуть этот мрачный замок.

Не успела Амара снова устроиться на сдвинутых стульях, как какой-то Хранитель принес раскладушку. Когда она попыталась поблагодарить его за доброту, тот поспешно удалился, ничего не ответив. Она сочла это новым подтверждением той антипатии к себе, которую ощущала весь вечер. Втащив раскладушку в комнату, разложила ее по другую сторону стола, чтобы не стеснять Тайнана.

– Нам придется рано встать, – напомнила она. – Надеюсь, вы не будете возражать, если я сейчас лягу?

Тайнан обрадовался, что лейтенант Грир оставит его в покое, и заверил ее, что тоже хочет заснуть. Он потушил свет, с трудом снял сапоги, скинул балахон и забрался под одеяло. Закрыв глаза, попытался сосредоточиться на предстоящих переговорах, но очень скоро обнаружил, что образ Амары упорно встает перед ним, вытесняя все серьезные мысли. Решив, что она еще не заснула, Тайнан спросил:

– Лейтенант, вы ведь, кажется, звездное дитя?

Удивившись этому неожиданному вопросу, Амара приподнялась на локте:

– Да. Мои родители – геологи, они изучают строение каждого нового приобретения Аладо. Я родилась, когда они перелетали из одной колонии в другую, так что термин «звездное дитя» в моем случае особенно уместен.

– А что же вы называете домом?

– Сейчас – мою квартирку в штабе флота, но, наверное, я скоро получу новое назначение.

– Нет, я имею в виду настоящий дом, – пояснил Тайнан.

Тронутая его привязанностью к Цитадели, Амара ответила так, чтобы не задеть его:

– Вы прожили всю жизнь в одном месте, а поэтому вам кажется, что я скитаюсь, гонимая солнечным ветром, но дом необязательно должен быть каким-то одним местом. Он там, где те, кого вы любите.

– У меня все они здесь, – неохотно признался Тайнан.

– Да, я знаю.

Амара подождала, не скажет ли он чего-то еще, но Тайнан молчал, и она снова легла и закрыла глаза. В комнате было очень тихо. Без постоянного, чуть слышного гула Звездного крейсера, ей не удавалось заснуть. Чтобы не тратить попусту время, Амара мысленно наметила новый маршрут полета, тем самым выгадав еще два часа.

Тайнану тоже не спалось – не выходил из головы совет Грегори. Тайнан готов был признать, что мало знает о женщинах, но перспектива близко познакомиться во время полета с лейтенантом Амарой Грир не вдохновляла его. Какая-нибудь древняя реликвия, подумал он, намного интереснее. Амара ведь тоже человек – и скорее всего, не слишком отличается от него самого.

– Лейтенант? – прошептал он.

Амару позабавило, что он разговорился после того, как они пожелали друг другу спокойной ночи:

– Да?

– Мне следует поблагодарить вас за снисходительность. Я знаю, как вам хотелось поскорее вылететь.

– Не стоит благодарности, – решительно ответила она. – Я действительно восхищаюсь вашими работами, Тайнан, и приложу все усилия, чтобы полет прошел по возможности легко. Я не догадалась захватить с собой отзывов о моей работе, но на меня еще никто не жаловался.

Она рассмеялась, и теперь этот смех не обидел, а очаровал Тайнана. Он хотел пошутить, что тоже не станет жаловаться, если они благополучно прибудут на переговоры, а потом вернутся назад, но тут раздался стук в дверь.

– Я сам открою, – быстро сказал он. Увидев, что с ним хочет поговорить Главный Хранитель, Тайнан смутился, поскольку не успел накинуть балахон.

Амара узнала голос Грегори и, решив, что может понадобиться, спустила ноги. Фигура Тайнана, стройная, но мускулистая, пленила ее. В трикотажной рубашке, облегающей фигуру, и длинных брюках он больше походил на атлета, чем на философа, но это ее ничуть не разочаровало. Девушка попыталась представить себе его лицо, надеясь, что оно скоро избавится от бинтов.

Грегори удивило, что Тайнан уже разделся и приготовился спать, а заглянув в комнату, был окончательно шокирован видом Амары, вольготно раскинувшейся на раскладушке. Посоветовав Тайнану извлечь удовольствие из общения с красивой женщиной, он не предупредил, что следует уважать принципы Хранителей и не сближаться с ней, пока они не покинут Цитадель.

– Извините, что побеспокоил вас, – несколько натянуто начал он, – но я хотел убедиться, что у лейтенанта есть все необходимое.

Амара вылезла из постели и, поднырнув под руку Тайнана, с любезной улыбкой поблагодарила Главного Хранителя:

– Спасибо, как видите, обо мне прекрасно позаботились.

К счастью, на ней был балахон Тайнана, хотя Грегори не сомневался, что она может моментально скинуть его.

– Вы отвергли мой совет вернуться на корабль, но хотел бы надеяться, что вы не злоупотребите нашим гостеприимством, – сказал он.

Двусмысленность его слов так оскорбила Амару, что она резко ответила:

– Мне бы это и в голову не пришло. – Но тут же миролюбиво предложила: – Почему бы вам не присоединиться к нам на рассвете? Я буду счастлива устроить вам короткую экскурсию по Звездному крейсеру.

Грегори передернуло:

– Спасибо, не надо. Космические полеты меня не интересуют. Доброй ночи.

Амара закрыла за ним дверь:

– Большинство мужчин пришли бы в восторг, если бы их пригласили на борт Звездного крейсера.

– Большинство мужчин – не Хранители, – заметил Тайнан.

Амара снова легла, натянув одеяло до самого подбородка:

– Не могу вам сказать, как меня это радует. Доброй ночи.

До прихода Грегори она смеялась, и Тайнана огорчила перемена в ее настроении. Правда, ему показалось, что Грегори говорил с ней резковато, но, разделяя взгляды Главного Хранителя, Тайнан не счел нужным извиняться. Он лег в постель и, усталый после трудного дня, крепко заснул.

* * *

Пока Тайнан спал, Амара приняла душ и надела свой мундир. Она сложила раскладушку, выкатила ее в коридор и лишь после этого разбудила философа. Тот мгновенно проснулся, и поскольку самочувствие его улучшилось, причин откладывать вылет не было. Вынув из чуланчика небольшую холщевую сумку, он обвел комнату прощальным взглядом и объявил, что готов.

– Но мне хотелось бы сначала выпить горячего шоколада, – добавил он.

Это показалось Амаре таким странным, что она испугалась, не лукавит ли он, желая задержаться.

– Если на его приготовление уйдет больше минуты, боюсь, вам придется обойтись без него.

– Я не пытаюсь оттянуть вылет.

– Прекрасно. – Все еще не избавившись от подозрений, Амара открыла дверь, но вдруг остановилась. – Мне следовало еще вчера спросить вас, нет ли у вас другой одежды. Боюсь, в вашем балахоне на борту корабля будет неудобно.

– Больше у меня ничего нет.

Он произнес это с гордостью, и Амара поняла, что философ не желает носить иную одежду. Ну, хоть теперь она знает, что под балахоном у него что-то надето.

– Тогда, значит, все в порядке.

Лейтенант потянулась за его сумкой, но Торн отстранил ее руку.

– Я чувствую себя сегодня гораздо лучше. Мне не нужна помощь.

– Прекрасно, рада это слышать.

Амаре так не терпелось уехать, что она почти побежала по коридору. Сегодня, без широкого и длинного балахона, легко было спускаться по лестнице. А потом ей пришлось ждать, пока спустится Тайнан. Амара считала, что в такую рань Хранители еще спят, но они все собрались в большом зале попрощаться с Тайнаном. Первым к нему подошел Главный Хранитель и, боясь дотронуться до распухших рук Тайнана, похлопал по плечу и пожелал ему всего доброго. Поскольку Грегори даже не взглянул на Амару, она поняла, что другие Хранители тоже ничего ей не скажут, а потому поспешила вниз и стала дожидаться Тайнана у выхода. Когда он наконец появился, у него в руках были две глиняные кружки с горячим шоколадом.

– Я подумал, что вам тоже захочется, – сказал он, протягивая ей кружку.

Амара уже много лет не пила горячего шоколада, но взяла кружку так, словно только об этом и мечтала. Хотя Тайнан не извинился за своих друзей, она была благодарна ему за дружеский жест.

– Спасибо, вы очень добры. Как мило, что ваши друзья вас проводили. Я этого не ожидала.

– Правда? А я ожидал. – Тайнан открыл дверь. Рассвет только начался, окрасив небо в золотистый цвет. Тайнан обернулся и взглянул на Цитадель. – Видите – это лучшее время дня, идеальный момент для отъезда.

В плохо освещенных помещениях Цитадели балахоны Хранителей казались Амаре черными, но теперь, когда взошло солнце, она увидела, что одежда Тайнана темно-лиловая. Таинственный и прекрасный цвет. Теперь ей показалось, что Тайнан похож не на монаха, а на древнего волшебника. Вообразив, как столь ученый человек произносит заклинания, она невольно рассмеялась.

– Вы не согласны?

– Согласна, – только и ответила она, конечно же, не сказав, о чем думает. Подойдя к воротам, заметила: – Надо оставить кружки здесь. На борту Звездного крейсера все предусмотрено. Нам некуда будет их деть.

– Понимаю. – Тайнан сделал последний глоток, поставил кружки возле окошка в воротах и попытался повернуть ключ забинтованной рукой.

– Позвольте мне. – Он отодвинулся, и Амара легко отперла дверь. – У вас нет привратника? – спросила она.

– У нас нет врагов, поэтому привратник не нужен нам.

– Будем надеяться, что и вы их не приобретете. – Испугавшись, как бы напоминание о переговорах не взволновало Тайнана, она быстро заговорила о другом. – Боюсь, до корабля придется долго идти. Мне не хотелось садиться слишком близко от Цитадели.

Тайнан посмотрел на великолепный серебристый корабль, который стоял за полем. Даже сейчас, когда он был неподвижен, в нем чувствовалась затаенная мощь. Он был почти треугольный, а точное соответствие фюзеляжа и крыльев их функциональному назначению просто изумляло. Тайнан пытался подавить охвативший его благоговейный восторг.

– Я не думал, что ваш корабль столь совершенен, – признался он.

Амара ровным шагом двигалась по свежевспаханному полю, стараясь не утомить Тайнана.

– Я рада, что вам так кажется. Прекрасное – нечто большее, чем форма, и это отличает все корабли Аладо.

– А много ли видов кораблей?

Радуясь его интересу, Амара надеялась, что он не заметит лазерных пушек и не догадается об их назначении. Они были почти у цели, и она боялась, что философ вновь заупрямится, поняв, что корабль вооружен.

– О да! – воскликнула она, желая отвлечь его внимание. – И у каждого свое назначение – исследование, колонизация, перевозка людей или груза. Если захотите, покажу вам описание всего флота.

– Да, будьте так добры!

– Хорошо. – Когда они подошли к Звездному крейсеру, Амара набрала шифр, и люк, зашипев, открылся» – Осторожнее, нагните голову, – предупредила она философа. – Я должна доставить вас в целости и сохранности, а вы и так пострадали.

Амара взяла у него сумку, оказавшуюся неожиданно тяжелой. Судя по весу, на дне было несколько книг. Забросив сумку внутрь, девушка жестом пригласила Тайнана пройти вперед. Он поднял полы балахона и вошел в крейсер. Она залезла следом и быстро закрыла люк. Положив сумку в грузовое отделение, Амара взяла Тайнана за руку и провела в рубку.

– Хранители пользуются пишущими машинками и компьютерами, или вы поклялись не изменять гусиным перьям?

Накануне этот вопрос разозлил бы Тайнана, но теперь, уже привыкнув к насмешкам Амары, он не обиделся.

– Мы ограничили наши исследования историей Земли, но не чуждаемся современной технологии.

Амара обрадовалась, что хоть в чем-то уклад Хранителей оказался не архаичным. Устроившись в кресле пилота, она жестом пригласила Тайнана занять место справа от нее. Быстро проведя предполетную подготовку, включила навигационный компьютер:

– Командование флота программирует моего электронного помощника на всех кораблях, которые я пилотирую. Привет, Стив.

– Доброе утро, лейтенант Грир, – ответил жестковатый мужской голос.

– Это Тайнан Торн. Выполняй все его приказы, как мои.

– Доброе утро, Тайнан Торн, – отозвался Стив.

Хотя в Цитадели и были компьютеры, подчинявшиеся командам, ни один из них не мог бы управлять космическим кораблем. Тайнан не знал, хочется ли ему, чтобы Стив выполнял его команды.

– Погодите минутку, – взмолился он. – Я понятия не имею, что ему говорить.

Протянув руку, Амара прикоснулась к рукаву Тайнана.

– У Стива есть программа нашего полета. Он учитывает положение звезд, маяки навигационных спутников и космические бакены. Если со мной что-то случится, вам надо только сообщить об этом, и он благополучно посадит корабль на базе Конфедерации.

– Что может с вами случиться? – спросил Тайнан. Услышав в его голосе тревогу, Амара приподняла руку, призывая к терпению, и закончила приготовления к старту.

– Мы сможем поговорить об этом, когда взлетим. А сейчас пристегнитесь – взлет всегда проходит немного резко.

Досадуя, что лейтенант Грир не ответила на вопрос, Тайнан окончательно вышел из себя, не сумев застегнуть пряжку своими забинтованными пальцами. Амара наклонилась и помогла ему. Когда ее пальцы скользнули по его колену, Торн вздрогнул.

– Извините. Вы быстро привыкнете к тому, что нам придется часто натыкаться друг на друга. Здесь так тесно, что ничего не поделаешь. Сразу же после взлета я отведу вас в пассажирскую каюту. На Звездном крейсере есть собственное гравитационное устройство, так что вам нетрудно будет двигаться.

У Тайнана так пересохло во рту, что он не смог ответить. Он вцепился в мягкие подлокотники кресла и зажмурился. Стив вслух отсчитывал последние секунды перед стартом. Не зная, чего ожидать, Тайнан опасался самого худшего. Когда Звездный крейсер легко взмыл в воздух, Тайнан немного расслабился, решив, что космический полет, пожалуй, не так уж и страшен. В следующую секунду заработали двигатели, и корабль взмыл в облака с такой скоростью, что голова Тайнана откинулась назад, а тело вжалось в сиденье. Тайнану показалось, что его вот-вот расплющит. От страха внутри что-то оборвалось, и Тайнан попытался закричать, но не издал ни звука.

Когда Звездный крейсер наконец вырвался из зоны земного притяжения, и это неприятное ощущение прошло, Тайнан открыл глаза, но увидел только беспросветную тьму. В этот момент он даже подумал, не смерть ли это. Хотя Тайнан был не слишком религиозен, он все же надеялся, что не проведет вечность в аду. Между тем то, что было за бортом крейсера, весьма напоминало ад. Когда Амара заговорила и Тайнан понял, что оба они все еще живы, его испуг сменился гневом.

– Старты с Земли проходят весьма неплохо, – заметила Амара. – Гравитационное притяжение базы Конфедерации гораздо слабее, так что в первые секунды полета вы испытали самое неприятное.

Несмотря на всю свою неопытность, Тайнан счел ее замечание бессовестно неточным.

– Вы называете это минутным неудобством? Да у меня было такое ощущение, будто меня заталкивают в утробу матери!

– Ого, вот это образ! – Даже не видя выражения лица Тайнана, Амара поняла, что он возмущен. Как член дипломатического корпуса Амара постаралась проявить деликатность. – Мне жаль, что взлет оказался для вас так труден, но я не хотела вводить вас в заблуждение. У людей неодинаковые реакции и нет ничего удивительного, что мы испытали при взлете разные ощущения.

Амара ожидала, что Тайнан миролюбиво ответит, но он промолчал. Она поняла, что у него вспыльчивый характер, но сейчас не время было обсуждать это. Поэтому Амара попросила Стива проверить новые расчеты, которые она сделала, чтобы сократить время полета, и компьютер их тотчас подтвердил. Удовлетворенная этим, она снова повернулась к Тайнану:

– Возможности Стива позволяют вести Звездный крейсер в автоматическом режиме. Уверена, что вы скоро привыкнете полагаться на него. Рубка рассчитана на одного или двух пилотов в зависимости от ситуации, и я буду рада вашему обществу, если вам захочется присоединиться ко мне. Надеюсь, что в этом полете не возникнет проблем, но неожиданности возможны. Конечно, едва ли я буду опасно ранена или серьезно заболею, но если это произойдет, скажите Стиву. Он сообщит об этом на базу Конфедерации и возьмет на себя пилотирование. Вы будете с ним в такой же безопасности, как и со мной.

Тайнан, охваченный тревогой, возразил:

– Я не чувствую себя в безопасности.

Амара совсем не хотела начинать с ним спор, который мог бы затянуться до прибытия на базу. Чуть наклонившись вперед, она спросила:

– Стив, когда Звездный крейсер в последний раз разбился или потерялся?

– Ни один Звездный крейсер не терялся и не разбивался, лейтенант. У этого корабля ничем не запятнанная репутация.

Похоже, на Тайнана это не произвело особого впечатления, поэтому Амара снова спросила:

– А сколько дипломатических шаттлов потерялось или разбилось?

– У дипломатических шаттлов тоже незапятнанная репутация, – ответил Стив.

– А сколько межзвездных пассажирских кораблей потеряно Аладо?

– Ни одного, лейтенант.

Амара взглянула на Тайнана:

– Мне продолжить?

Тайнан уже понял, что Амара умна, и, ничего не зная о флоте Аладо, подозревал, что она задает вопросы лишь о таких кораблях, с которыми не случалось ничего плохого.

– А сколько кораблей во флоте Аладо, Стив? – спросил он.

– Сейчас в нем шестьсот семьдесят шесть кораблей.

– Сколько всего кораблей потеряно Аладо?

– За какие сроки? – осведомился Стив.

– За последние десять лет.

Стив ответил и тут же вывел информацию на экран:

– Восемь экспериментальных кораблей было потеряно во время беспилотных испытаний. Семнадцать транспортных кораблей угнано пиратами. Четыре разведчика класса «Банши» утрачены во время исследовательских экспедиций и два уничтожены вследствие инцидента, который сейчас расследуется.

– Этот «инцидент» и стал поводом для мирных переговоров. Эти данные вас успокоили?

Тайнан понимал, что экспериментальные модели взрываются, а пилоты исчезают во время исследовательских полетов… Но пираты? Он даже не подозревал об их существовании.

– Почему вы не упомянули о пиратах? Ведь они очень опасны и для нас, если захватили семнадцать кораблей, не так ли?

Амара отстегнула свои ремни и постучала пальцем по экрану:

– Их интересуют грузовые перевозки, а не пассажирские корабли.

Подростком Тайнан немало читал о пиратах шестнадцатого и семнадцатого веков, которые захватывали испанские галлеоны, плывшие с сокровищами из Нового Света. Из-за этих безжалостных мерзавцев воды Карибского моря не раз окрашивались кровью несчастных жертв. Жутко было думать, что подобными делами люди занимаются и в космосе.

– Но чтобы нападать на грузовые корабли, пираты должны развивать огромную скорость, не так ли?

– Да, – подтвердила Амара, не желая объяснять Тайнану, что их крейсер хорошо вооружен.

– Вам следовало предупредить меня о пиратах.

Его тревога по этому поводу показалась Амаре абсурдной.

– Тогда вы отказались бы лететь? Если существует малейшая возможность попасть в руки пиратов, вы не отправились бы на переговоры? Если корпорации не смогут уладить свои территориальные споры и начнется ядерная война, смерть найдет вас даже в Цитадели Хранителей, Тайнан, разве вы этого не понимаете? Пираты! Поверьте мне, нас меньше всего должны волновать пираты.

Окончательно разочаровавшись в Тайнане, Амара встала с кресла и направилась в пассажирскую каюту, надеясь, что Тайнан сообразит провести там весь полет. Однако он не пришел туда следом за ней, и Амара начала злиться, не сразу поняв, что философ не смог расстегнуть пряжку ремней безопасности. Тогда она вернулась в рубку, чтобы помочь ему. Оказалось, что Тайнан, уже сорвав бинты с рук, расстегнул пряжку и поднялся.

Амара сразу же заметила, что отеков на его руках нет. Пальцы были длинные и изящные. Руки поэта, подумала она про себя, или философа.

– Похоже, отеки прошли. Прекрасно. Без бинтов вам будет гораздо проще.

Тайнан сжимал и разжимал затекшие пальцы. Руки двигались не так плохо, чтобы он не мог ее придушить, но мгновенно отбросил эту мысль, как чересчур жестокую. Откинув капюшон, Торн начал снимать повязку с головы.

– Вы выдаете мне информацию крошечными порциями, лейтенант. Остается только гадать, какие еще сюрпризы вы мне преподнесете.

Раздраженную Амару совершенно не интересовала внешность Тайнана, но когда тот сорвал с себя последний бинт, она поразилась. Густые кудри упали ему на лоб и щеки, давно небритые и заросшие щетиной, но даже сейчас он казался необычайно привлекательным. Мужественные черты лица несомненно свидетельствовали о чуткости и нежности – о том, что она и ожидала в нем увидеть. Амара уже знала, что глаза у него карие, но взгляд их оказался загадочным, а рот заставил подумать о том, как приятно с ним целоваться. Смущенная своими эротическими мыслями, Амара заставила себя ответить ему.

– Никаких сюрпризов не будет. А теперь пойдемте, – отрывисто проговорила она. – Я обещала показать вам пассажирскую каюту.

Когда девушка повернулась, Тайнан дотронулся до ее плеча.

– Я очень плохо выгляжу? – спросил он.

– Конечно, нет, – успокоила его Амара. – Но когда мы прилетим на базу, вы будете выглядеть еще лучше.

Амара, как и обещала, показала Тайнану внутреннее устройство корабля, неотступно думая о том, как мал Звездный крейсер и как очарователен ее спутник. Но если она соблазнит посланника мира, рискуя сорвать переговоры, ее карьере придет конец. Поэтому Амара постоянно напоминала себе, что это недопустимо. Вчера такая мысль позабавила бы, но теперь она знала: Тайнан не тот человек, с которым заводят легкие интрижки. Он может завладеть ее сердцем и душой. Быстро показав Тайнану самое интересное, Амара поспешила извиниться и вернулась в рубку, где попыталась забыть о своем привлекательном пассажире, призывая проклятия на голову своего босса, поручившего ей такое задание.

– Я отплачу тебе за это, Орион. Клянусь! – мрачно проговорила она, хотя не знала, как это сделает.

 

Глава 4

Оставшись один в пассажирской каюте, Тайнан бросился в мягкое кресло, вытянул ноги и принялся разминать онемевшие пальцы. Но это не помогло, и он откинулся на спинку кресла, закрыв глаза. Сиденье мгновенно изменило наклон, чтобы спине и ногам было удобнее. Амара предупредила его, что наклон кресла регулируется автоматически, но Тайнан все же вздрогнул от неожиданности и ухватился за подлокотники. От этого кисти снова пронзила острая боль, и, подавив мучительный стон, он решил не делать больше резких движений.

Конечно, сказывалась привычка к Цитадели, где можно было прислониться к каменным стенам и постоянно передвигать тяжелые деревянные стулья. Если он будет применять здесь такую же энергию, то просто сорвет всю мебель с мест, но не достигнет комфорта. Придется привыкнуть не только к мысли о космическом полете, но и ко всему, что с ним связано.

Однако сейчас Тайнану было вполне удобно сидеть, поэтому он мог сосредоточиться на своем душевном состоянии. Еще в детстве обученный медитации, он регулярно ею занимался, но сейчас ни глубокое дыхание, ни мягкое кресло не помогли ему обрести желанный покой. Хотя Звездный крейсер оказался очень красивым, все здесь было чуждо Тайнану, и он чувствовал себя совершенно потерянным.

– Дьявольщина! – чуть слышно воскликнул он.

– Вам что-то нужно? – откликнулся Стив. Застигнутый врасплох, Тайнан резко сел, подался вперед и чуть не шлепнулся на пол: кресло повторило его движения и тоже выпрямилось. Он с трудом удержался в кресле и сердито спросил:

– Вы постоянно за всеми подслушиваете?

– Я не подслушиваю, – возразил Стив. – Я запрограммирован так, чтобы учитывать все пожеланиям и выполнять их. У меня нет дурных намерений. Кажется, вы встревожены. Может, хотите послушать тихую музыку, что-нибудь выпить или съесть?

Выбитый из колеи, Тайнан не мог даже думать о музыке или пище. Он покачал головой, но тут же понял, что Стиву необходимо ответить.

– Нет, спасибо.

– Не хотите ли во что-нибудь сыграть? – осведомился Стив.

– Во что?

– Во что угодно. Я умею играть во все.

Тайнану было не по себе от того, что беседует с бестелесным голосом, и он быстро огляделся, желая узнать, откуда доносится голос Стива. Репродукторы установлены на обеих переборках, поэтому создавался стереофонический эффект. Тайнан понял, что слушать музыку здесь так же приятно, как в наушниках или в концертном зале, но при его теперешней взвинченности ему едва ли удалось бы улечься и наслаждаться даже своей любимой симфонией.

– Вы знаете «Любовницу капитана»? – спросил Тайнан, назвав игру, посвященную мореплавателю восемнадцатого века капитану Куку. Ему хотелось проверить, знаком ли с ней Стив.

– Конечно. Вы выбираете белый или черный?

Тайнан с изумлением воззрился на спустившийся с потолка экран, где возникло изображение деревянной коробки, похожей на ту, что была у него в Цитадели. Коробка открылась. В крышке было семь углублений, в которых в ходе игры должны собираться темные и светлые деревянные шарики.

– Белый… Нет, постойте: мне следует не развлекаться играми, а готовиться к переговорам. Хранители никогда не играют днем.

– Как угодно.

Экран столь же стремительно исчез.

– Вы не оставляете времени, чтобы передумать, а?

– Вы можете передумывать сколько вам вздумается. Я выполняю пожелания, а не выношу суждения.

Теперь Тайнан выпрямился в кресле осторожно, и оно плавно переменило положение.

Когда Стив замолчал, Тайнан почувствовал облегчение. Он порой бормотал что-то себе под нос, и ему вовсе не хотелось, чтобы услужливый компьютер нарушал ход его мыслей.

– Стив?

– Да, Тайнан?

– Если я не обращаюсь к вам по имени, значит, не нужно мне отвечать. Понятно?

– Да, сэр.

– Хорошо.

Успокоившись, что Стив больше не станет его отвлекать, Тайнан закрыл глаза и попытался представить себе ход мирных переговоров. Участники усядутся за стол в окружении своих помощников, а оставшиеся места, вероятно, займут зрители: каждый соответственно своему рангу. Корпорация Аладо предложила Тайнану помощников, но он отказался, не имея привычки кем-то руководить. В Цитадели это не было принято, и Тайнан решил, что сейчас не время приобретать новые навыки.

Нет, на переговорах Тайнан будет один, как и сейчас. И, кажется, никогда еще он не ощущал такого внутреннего дискомфорта. Впрочем, нет, удовлетворение от жизни он испытывал не всегда. Философ обрел настоящий душевный покой лишь после того, как Цитадель покинул Орион Шоде. Сейчас Тайнана поразило, как быстро он позабыл того задиру-юнца. Интересно, помнит ли его Орион? Скорее всего, нет: должно быть, за это время у Ориона появилось столько врагов, что пытки, которым он подвергал двенадцатилетнего Тайнана, наверняка забылись.

Еще минут десять Тайнан пытался сосредоточиться на мыслях о мире, но это так и не удалось. Чтобы избежать новых осложнений со своим креслом, он медленно встал, обрадовавшись, что освоил хоть малую часть премудростей космического корабля. Немного приободрившись, вернулся в рубку.

Размышления Амары были такими же бесплодными, как и у Тайнана. Когда он уселся в кресло рядом с девушкой, она напряженно улыбнулась. Прежде ее всегда привлекали мужчины с такими же светлыми волосами, как у нее самой, но смуглый Тайнан казался необычайно притягательным. Закутанный в свой темно-лиловый балахон, Торн непостижимым образом привлекал ее. «Запретный плод сладок», – подумала она и, почему-то чувствуя себя уязвленной, небрежно спросила:

– Уже все надоело?

– Нет, просто я слишком взвинчен, чтобы наслаждаться одиночеством. Вы сказали, что рады будете видеть меня здесь.

– Да, это правда. – Отчаянно пытаясь установить официальные отношения со своим пассажиром, Амара выбрала безошибочную тему для разговора. – Я изучала ваши произведения и убеждена, что именно вы должны представлять на переговорах Аладо, но меня беспокоят другие делегаты.

– Но почему? Мир – это единственно возможный курс. Все должны стремиться его обеспечить. Думаю, у нас с ними не возникнет проблем.

Амара перехватила умный и внимательный взгляд Тайнана, но вместе с тем его явная наивность ее встревожила.

– Что вам известно о других участниках переговоров?

Тайнан чуть пожал плечами:

– Я получил подробные биографии каждого, постарался запомнить их имена и внешность, поэтому мне не придется тратить усилия на знакомство с ними. Полагаю, они все знают друг друга – или, по крайней мере, друг о друге. На переговорах я буду единственным посторонним.

Получив подготовку не только пилота, но и дипломата, Амара тревожилась все сильнее.

– А в этих биографиях упоминалось о позиции каждой корпорации?

– Да. Но мелочные споры не должны помешать нам обеспечить мир. Это – слишком важная цель.

– Не возражаю, но поскольку вы согласились представлять Аладо на переговорах, я обязана предупредить вас, что никто из делегатов не считает мелочами требования своих корпораций. Каждый готов обеспечить мир, но только на выгодных условиях.

– Но они не могут на это рассчитывать! Придется достигнуть компромисса.

– Конечно, но каждый постарается заставить другие корпорации сделать как можно больше уступок.

Ошеломленный ее словами, Тайнан нахмурился:

– Кажется, вы считаете меня весьма наивным, лейтенант, но мне прекрасно известно, в чем заключаются обязанности делегата переговоров. Мы все должны пойти на уступки, но наша общая цель – мирное исследование космоса, а значит, придется достигнуть справедливого соглашения.

Амара прекрасно поняла, почему Тайнан боится показаться наивным, но ее мнение о нем не имело никакого отношения к отсутствию у него сексуального опыта.

– Пожалуйста, поймите меня правильно. Я знаю, что вы так же искренне преданы делу мира, как и Аладо, но полагать, что все делегаты разделят ваше стремление к миру, не просто наивно, но и опасно.

С самыми благими намерениями Амара зашла слишком далеко. Кинув на нее холодный и негодующий взгляд, Тайнан возразил:

– Если бы вы были таким талантливым дипломатом, каким себя считаете, то, вероятно, вас, а не меня, пригласили бы представлять Аладо. Поскольку такую честь предложили мне, с вашим мнением, похоже, не слишком считаются.

Раздраженный Тайнан поднялся и так поспешно направился в пассажирскую каюту, что пояс его балахона зацепился за ручку входного люка. Резко отброшенный назад, он споткнулся и упал, сильно ударившись головой о переборку. Он лежал неподвижно, не сразу сообразив, что произошло, и чувствуя себя ужасно глупо.

Испугавшись за Тайнана, Амара бросилась ему на помощь. Опустившись рядом с ним на колени, девушка отвела кудри с его лба. Этот жест был вполне невинным, но, ощутив тепло его кожи, Амара поспешно отдернула руку.

– Подождите минуту, – попросила она. – Не пытайтесь сразу встать.

Оказавшись в столь неловкой позе, Тайнан не стал бы мешкать, не будь рядом с ним Амары. Она заботилась о нем, как любящая мать, и это было так неожиданно, что Тайнан не знал, как вести себя. Он не привык к такому нежному вниманию, и ему вдруг мучительно захотелось чего-то большего. Смущенный своей неловкостью и этой недостойной и жалкой вспышкой желания, он отказался повиноваться ей.

– Обычно я не так уж неловок, – решительно сказал Тайнан, пытаясь встать. Ноги запутались в подоле балахона, близость Амары волновала Тайнана, и ему пришлось изо всех сил уцепиться за люк – иначе бы не удержался на ногах. Потом он протянул руку, чтобы помочь встать Амаре. Теперь к недомоганиям прибавилась и отчаянная головная боль, но он постарался улыбнуться.

Это получилось у него до того мило, что Амара с трудом подавила желание притянуть Тайнана к себе.

– Это случайность, – поспешила она успокоить его. – Ваш пояс зацепился за люк. Жаль, что вы не захватили с собой другой одежды. Боюсь, что балахон будет вам здесь мешать. Может, на время полета вы все же наденете летный костюм Аладо?

Тайнан не пожелал расстаться с привычным облачением.

– Спасибо. Просто здесь все мне незнакомо, и я должен быть внимательнее.

Амара заметила, как осторожно садится Тайнан, и поняла, насколько трудно ему это путешествие:

– В летном костюме вы почувствуете себя комфортнее и избежите неприятных случайностей. Разве вам не жарко в шерстяном балахоне?

Тайнану и в самом деле было жарковато, но он покачал головой:

– Нет, все в порядке.

Очевидно, балахон Хранителей значил для Тайнана больше, чем обычная одежда, но даже поняв это, Амара не отступилась.

– Давайте проведем эксперимент. Я дам вам летный костюм, и вы побудете в нем. Если он покажется вам неудобным, то снимете его. Может, попробуете походить в нем час-другой?

Ее просьба казалась разумной и была высказана таким милым тоном, что Тайнан неожиданно для себя согласился. Амара ненадолго оставила его, а вернувшись, положила на колени блестящий костюм. Тайнан боялся, что будет ощущать себя голым, поскольку привык к свободному покрою балахона. Все здесь давалось Торну так трудно, что он уже не мог скрыть раздражения:

– Не помогайте мне. Я умею одеваться.

Амара, обиженная его тоном, молча повернулась и пошла в рубку. Похоже, лейтенант Грир оказалась плохим спутником для Тайнана – тем более что ей плохо удавалось справляться со своими чувствами.

Высокий и хорошо сложенный, Тайнан возбуждал в ней не материнский инстинкт, а желание. Поняв, что ей не следует так много думать о Тайнане, Амара оперлась на подлокотники и спрятала лицо в ладони, упрекая себя за неосторожность. Девушка не станет к нему прикасаться, если только случайно не столкнется с ним, но, надо надеяться, этого не произойдет.

Заставив себя сосредоточиться на переговорах, Амара сожалела, что влечение к Тайнану – пустяк по сравнению с дипломатическими проблемами, которые им предстоит решить. Конечно, она не слишком хорошо знала своего ученого пассажира, но если ему так неуютно в Звездном крейсере, можно предположить, что и мирные переговоры окажутся для него очень сложными. Его избрали делегатом от Аладо, поскольку Тайнан всегда убежденно ратовал за мирное освоение космоса. Однако никто не знал его характера, и Амара опасалась, что это не было учтено.

Если во время переговоров философ будет так же выходить из себя, как при общении с ней, Аладо проиграет. Раздражительный Тайнан станет легкой добычей для делегатов других корпораций, которые решительно преследуют свои цели. Амаре очень не хотелось бы видеть Тайнана униженным, но еще сильнее ее тревожило будущее Аладо.

Орион не дал никаких указаний по поводу пассажира: ей следовало лишь доставить его без опоздания на открытие конференции. Теперь она поняла, что это явное упущение со стороны Ориона. Тайнана необходимо было научить вести переговоры, и она могла бы помочь ему. Им придется провести вместе много времени, и Амара уже убедилась, что для нее это весьма нелегко, но на карту поставлено будущее Аладо, а это означало, что у нее нет выбора.

Выполняя просьбу Амары, Тайнан снял сапоги и балахон и облачился в летный костюм. Борта костюма тотчас же соединились, и Тайнан оказался одетым, хотя и чувствовал себя голым. Костюм не облегал его так, как Амару, но Тайнану казалось, будто он стал меньше.

Пройдясь по каюте, чтобы освоиться с новой одеждой, Тайнан снова надел сапоги. Голова гудела, но он не хотел просить лекарств. Снова усевшись в кресло, ощутил, как боль распространилась по всему телу. Однако постепенно Тайнан расслабился и, измученный тревогой, быстро заснул.

Беспокоясь, что Тайнан долго не возвращается в рубку, Амара пошла в каюту проверить, что с ним. Увидев, что он спит, обрадовалась, но уходить ей не хотелось. Ее рука невольно потянулась к Тайнану, и Амара с трудом удержалась, чтобы не погладить его черные кудри. Ей всегда нравилось общество мужчин, но до сих пор никто еще так не волновал ее. Теперь Амара почти жалела, что Тайнан снял свои бинты.

Проснувшись через два часа, Тайнан не сразу понял, где находится. Голова не болела, но очень хотелось есть. Вообще-то Амара показала ему камбуз, но раз уж они летели вдвоем, он решил, что следует проявить вежливость и пригласить ее присоединиться. Тайнан все еще обижался, что лейтенант усомнилась в его способности вести переговоры, но вскоре понял: она неуверенна в нем, поскольку он совершенно посторонний для Аладо человек.

Потом он уже не раз проявлял вспыльчивость, и это, несомненно, настораживало Амару. Войдя в рубку, Тайнан улыбнулся:

– Я должен извиниться перед вами. Вы дали мне добрый совет, а я разозлился вместо того, чтобы поблагодарить вас.

Амара быстро приподняла голову, но тут же сделала вид, что занята изучением навигационной карты. Его слова давали повод продолжить разговор, но ей не хотелось навязчиво предлагать свои услуги.

– Мне тоже очень жаль.

Тайнан подождал, не скажет ли Амара чего-нибудь еще, и был явно разочарован ее молчанием. Он не знал, как к ней подступиться.

– Вы сказали, что здесь можно есть в любое время, но если не возражаете, я предпочел бы сесть за стол вместе с вами.

Амара с трудом сдержала улыбку: непринужденный разговор за столом позволит обсудить переговоры. Вспомнив о том, что должна постоянно проявлять к Тайнану внимание, она быстро поднялась:

– Многие пилоты предпочитают строго придерживаться режима: при этом время тянется не так долго. Мы пропустили завтрак, но если у вас есть какие-то любимые блюда, их можно приготовить.

До этого Амара вела себя очень дружелюбно, и Тайнан сразу заметил, что тон ее стал официальным. Не сомневаясь, что сам виноват в этом, Тайнан взял Амару за руку.

Даже сквозь ткань летного костюма Амара ощутила жар от его прикосновения. Она не ожидала, что новая одежда так изменит его облик: теперь Тайнан казался не только на редкость привлекательным, но и очень доступным. Впрочем, решив не поддаваться его обаянию, она лишь дружески похлопала его по руке и пошла в камбуз.

– Я предупреждала вас, что мы будем постоянно натыкаться друг на друга, но мне следовало сказать и о том, что во время полета ссоры вспыхивают очень легко. А теперь давайте забудем о сегодняшнем утре и что-нибудь поедим.

Тайнана не удовлетворил ответ Амары, но, совсем не понимая женщин, он пошел за ней на камбуз, решив, что надо постараться понять хотя бы ее. Он держался на расстоянии, пока она перечисляла, какие продукты есть на борту. Поскольку Амара была вегетарианкой, то выбор состоял в основном из различных хлопьев, орехов, макаронных изделий, овощей и фруктов.

– Наверное, бекона с яичницей здесь нельзя съесть? – спросил он.

– К сожалению, нет. Если хотите, я приготовлю вам сандвич. Здесь есть мясо промышленно выращиваемой птицы, вкус которого напоминает курицу. Его готовят с очень острым или, напротив, с нежным винным соусом. Это вам наверняка понравится. А еще здесь есть большой выбор соков.

Амара начала перебирать упаковки с сублимированными продуктами.

– А что вы будете есть?

– Я во время полета всегда ем мало, в основном йогурт с фруктами – очень сытный.

Тайнана йогурт ничуть не привлекал, зато сандвич, предложенный Амарой, оказался очень вкусным, а апельсиновый сок не отличался от натурального. Они устроились за столом в пассажирской каюте. Проголодавшийся Тайнан мгновенно расправился со своим сандвичем и вдруг заметил, что Амара за это время проглотила всего пару ложек своего йогурта.

– Хотите чего-нибудь еще? – спросила она. – Не стесняйтесь.

Хранители, как правило, любили поесть, и Тайнану прежде не приходилось стесняться своего аппетита.

Глядя, с каким изяществом ест Амара, Тайнан подумал, что сам очень неловок. После сна руки стали двигаться лучше, но он знал, что так ловко управляться с ложкой не умеет.

– Похоже, запасы тут немалые, но мне не хотелось бы переедать.

Амара старалась сосредоточиться на еде, чтобы не думать о привлекательном спутнике, но, услышав эти слова, взглянула на него. Он говорил очень искренно. Лейтенант привыкла общаться с пилотами, уверенными в себе и несколько надменными, поэтому простодушие Тайнана уже не раз удивляло ее.

– Полет до базы Конфедерации займет десять дней, – сказала она. – На кораблях Аладо всегда большой запас пищи, так что можете не беспокоиться. Съешьте еще сандвич, а то и два.

Убедившись, что еды действительно достаточно, Тайнан вернулся на камбуз. Инструкции на упаковках были такими понятными, что вкусно приготовить еду смог бы любой. И все же Тайнан гордился, что у него все получилось. Он принес второй сандвич в каюту и на этот раз постарался есть медленнее.

Амара дождалась окончания трапезы и, надеясь, что Тайнан успокоился, попыталась незаметно подвести беседу к теме переговоров. Сначала она убрала раскладной стол, чтобы их ничто не разделяло, а потом уселась поудобнее, закинув ногу на ногу:

– В некоторых отношениях база Конфедерации похожа на Цитадель Хранителей. Каждый день вам придется иметь дело с одними и теми же людьми, и распорядок дня там неизменен. Это одна из крупнейших космических станций, но границы у нее очень четкие, как и у Цитадели. Надеюсь, вас там хорошо устроят.

– Я не надеялся увидеть что-то, похожее на дом. Спасибо, что предупредили.

Довольная тем, что обрадовала его, Амара заговорила мягче, но все так же убежденно:

– Очевидно, мир Хранителей не только защищал вас, но давал вам и пищу для ума. Однако в определенном смысле эти обычаи связывали вас. Отсутствие разнообразия всегда ограничивает.

Тайнан полагал, что она имеет в виду их изоляцию от женщин, но это правило было неотъемлемой частью уклада жизни Хранителей, и он лишь кивнул, не желая это обсуждать.

Надеясь, что Тайнан следит за ходом ее мыслей, Амара продолжала:

– Существуют также огромные различия, касающиеся не только взглядов и обычаев. В своей повседневной жизни Хранители со многим не сталкиваются.

– Конечно, но мы избрали гармонию, пожертвовав ей разнообразием.

Амара чуть подалась вперед:

– Да, но то, как Хранители достигают гармонии, неправильно. Они создали такую замкнутую среду, которая порождает в людях серьезные недостатки.

Большинству Хранителей как раз нравилось то, что они избавлены от женского общества. Что до самого Тайнана, он тоже не испытывал в нем потребности.

– На мой взгляд, вы все это несколько преувеличиваете.

– Ничуть, Тайнан. Это серьезная проблема, которой необходимо заняться безотлагательно.

Хотя Тайнан понимал, почему ей не нравятся традиции, запрещающие общение с женщинами, он все же не ожидал, что она прямо предложит ему вступить в интимные отношения. Однако так оно и было! Конечно, мысль о том, что он почерпнет первый сексуальный опыт на космическом корабле, немного пугала, но Тайнан не возражал бы попробовать.

– Распустите волосы, – попросил он, когда Амара умолкла.

– Извините?

Тайнан придвинулся к ней и нащупал шпильки, которыми были заколоты волосы спутницы. Когда он их вынул, локоны упали ей на плечи.

– У вас такие красивые волосы! Вам надо всегда так ходить.

Амара густо покраснела:

– Тайнан, пожалуйста! Я пытаюсь говорить с вами серьезно!

Тайнан отодвинулся и широко улыбнулся:

– Если вы сначала хотите поговорить серьезно, я готов. Как вы только что заметили, я очень многого не знаю. Так что, пожалуйста, научите меня.

Амара почувствовала, как краска залила даже ее грудь, а по ногам разлилось волнующее тепло. Она поставила ноги на пол, потом снова закинула ногу на ногу, но все равно ей не удалось избавиться от желания. И не прикасаясь, Тайнан вызвал в ней необычайное возбуждение. Амара не могла понять, почему так внезапно изменилась тема беседы, на которую она настроилась.

Девушка опустила голову. На лицо ей упали пряди волос, и Амара, откинув их, снова взглянула на Тайнана. Теперь он улыбался и кивал, явно ожидая, что она заговорит. Ей стало ясно, что они говорили о разных вещах – иначе он не наблюдал бы за ней с таким искренним удовольствием.

– Что же, по-вашему, мы обсуждали? – спросила она.

Тайнан подался вперед и взял ее за руку:

– Вам незачем кокетничать. Я уже сознался, что у меня нет опыта с женщинами, а поскольку этот недостаток вас явно тревожит, нам надо постараться его исправить.

Амара молча уставилась на него, лишившись от изумления дара речи. Между тем Тайнан продолжал:

– Послушайте, я не жду обещаний вечной любви. Если наши отношения продлятся до прилета на базу Конфедерации, цель будет достигнута.

Амару очень задело то, что он предложил ей отношения, лишенные тепла. Она вырвала у него руку.

– Вы неправильно меня поняли, – сказала она. – Я пыталась говорить с вами о том, как лучше вести дела с людьми, которых вы встретите во время переговоров, а не о любовных отношениях. Не знаю, что вы вообразили, но женщины не лишены чувств, Тайнан. Я никогда не заводила мимолетных интрижек и не сделаю исключения для вас, чтобы пополнить ваше образование.

Тайнан, сбитый с толку, снова отодвинулся от нее. Сначала он даже не поверил, что мог так ошибиться. Потом вдруг его осенило:

– Несколько раз, – вспомнил он, – вы прикасались ко мне и говорили так, словно я вам небезразличен. Тогда вы были очень нежны. И сейчас тоже. Это показалось мне неслучайным, но, может быть, только показалось.

У Амары перехватило дыхание. Побывав в Цитадели, девушка поняла, что он вырос в эмоциональном вакууме. Но не значит же это, что она должна пожертвовать своим покоем, если Тайнан ничего не обещает взамен. Теперь он напомнил ей Ориона: и у того за внешней нежностью была лишь пустота. С Орионом она поняла это слишком поздно, но предложение Тайнана ее возмутило.

– Любовь – это очень серьезно, – прошептала она. – По крайней мере, для меня это так. Если вам нужно приобрести опыт, поищите кого-нибудь другого.

Казалось, то, что она возбуждает в нем желание, причиняло Амаре боль… Тайнан же считал, что его страсть должна польстить ей.

– Я сознаю, что у Хранителя и пилота нет общего будущего, но разве мы не можем насладиться настоящим?

Амара так часто слышала этот довод, что слова Тайнана не казались оригинальными.

– К такой ловушке я даже близко не подойду, так что давайте оставим эту тему.

Тайнан покачал головой и, запустив пальцы в русые волосы девушки, притянул к себе ее голову. Он видел страстные поцелуи только в кино, но не сомневался, что сумеет воспроизвести это в жизни. Ощутив невероятно нежные губы Амары, он почти потерял сознание. Сейчас Тайнан ощущал одно – неодолимую потребность обладать ею.

Амару ничуть не удивило, что поцелуй Тайнана оказался не только уверенным, но и сладким. Она твердо решилась не позволять ему больше ничего… Но едва он посадил девушку к себе на колени, как ее охватила такая страсть, что Амара забыла обо всем на свете. Если даже для Тайнана их отношения только эксперимент, для нее близость с ним очень важна. Но испытывая восторг, она уже ощущала неизбежную боль разлуки.

Тайнан, обычно внимательный к окружающим и осторожный, никак не ожидал, что чувства так внезапно захватят его. Влечение к Амаре всецело овладело им. Его рука скользнула по ее стройной фигуре. Тесно прижимая ее к себе и задыхаясь, Тайнан недоумевал, как это люди занимаются любовью, не теряя при этом рассудка. Держать ее в объятиях и ощущать, как ее язык прикасается к его губам, было так сладостно, что хотелось никогда не отпускать ее от себя. Если бы Стив в это мгновение не окликнул Амару, Тайнан не разжал бы объятий.

– Лейтенант, я получаю от навигационного маяка какой-то странный сигнал, – сообщил компьютер. – Пожалуйста, проверьте мои данные.

Тайнан быстро посмотрел Амаре в лицо, пытаясь понять, серьезно ли то, о чем доложил компьютер.

– У нас неприятности? – спросил он.

Амара тихо застонала, а потом с облегчением вздохнула. Ее обрадовало, что они с Тайнаном не успели зайти слишком далеко. Выскользнув из объятий философа, она поднялась:

– Это незначительная навигационная проблема. Ничего серьезного.

– Как это – ничего серьезного! Мы заблудились?

Амара молча ушла в рубку, не сомневаясь, что корабль находится на правильном курсе. Однако лейтенант Грир сама явно сбилась с курса из-за этого красивого философа.

 

Глава 5

Тайнан занял место второго пилота, но длинные ряды приборов и мигающие огоньки, которые давали Амаре важнейшую информацию, ничего ему не говорили. Он так и не понял, что за проблема потребовала ее немедленного присутствия. Амара нетерпеливо отмахнулась от расспросов, и, опасаясь, что решается вопрос об их жизни и смерти, Тайнан послушно замолчал. Но он желал знать все и к тому же немедленно.

Философ сидел молча, но почему-то гораздо легче представлял себе выпуск новостей с сообщением о его гибели, чем благополучное прибытие на переговоры. Тайнан сделал немалый вклад в развитие философии, но поцелуи Амары убедили его в том, что еще слишком рано прощаться с жизнью. Он бросил на Амару быстрый взгляд. Ее лицо выражало интерес, а не ужас, и Тайнан постарался проникнуться ее уверенностью. В конце концов, ведь Амара пилот-профессионал, и если она спокойна, может, им и не грозит опасность.

Тайнану хотелось бы узнать, в чем проблема, у Стива, но, не желая отвлекать Амару, не стал разговаривать с компьютером. Однако сидеть и ждать было настоящей пыткой. Видя, как спокойно Амара занимается своим делом, Тайнан постыдился проявить испуг. Когда она наконец с улыбкой отодвинулась от пульта, у Тайнана уже болела от напряжения голова.

Покончив с навигационной проблемой, Амара должна была заняться другой, связанной с Тайнаном. Поскольку тот был явно встревожен, ей хотелось успокоить его, но опасалась, что он это неправильно истолкует. Что бы он ни говорил, Амара знала, что не соблазняла его. Значит, теперь ей не следует проявлять вообще никакой заботливости. Непростая задача, если учесть, что вид Тайнана вызывал у нее столь живой отклик.

– В самом начале полета я объяснила, что навигация учитывает положение звезд, а также полагается на спутники или космические маяки. Иногда маяки отказывают, но поскольку Аладо не полагается только на них, то серьезных проблем это не вызывает. Пилоты небольших частных кораблей, рассчитывая лишь на сигналы маяков, могут попасть в трудное положение, если эти сигналы неточны, поэтому я уведомила Командование флота, и маяк должны перепрограммировать. До той поры пилотам сообщат, что он дает неверные сигналы.

– Значит, нам не грозит опасность?

– Абсолютно никакой.

– Я считал, что спутники работают чуть ли не столетиями. Что же могло случиться?

Амара забарабанила пальцами по подлокотнику:

– Какой ответ вы предпочитаете – научное объяснение или наиболее вероятную причину?

– Правду.

– Ее невозможно узнать, не проверив маяк.

Тайнану показалось, что она хитрит, и это ему крайне не понравилось:

– Тогда скажите, что вы думаете об этом.

– Хорошо. Я могу предположить, что кто-то специально повредил маяк.

– Пираты?

Выразительное лицо Тайнана выказывало тревогу, и Амара опять подумала, что эта открытость помешает ему во время переговоров.

– Нет, это, несомненно, шайка хулиганов, которых все называют «Штопорами». Вы о них не слыхали?

Тайнан покачал головой:

– До начала нашего полета я понятия не имел, что так невежествен.

– Дело не в этом. Просто эти вопросы вне сферы ваших интересов. «Штопорами» их прозвали из-за странных ключей, которыми они украшают свои пояса. Это хулиганы, а не пираты. Иногда они портят навигационные маяки, а потом захватывают сошедшие с курса корабли, чтобы прокатиться. Неприятная, конечно, компания, но они никогда еще не повреждали кораблей и не причиняли никому серьезного ущерба.

– Насколько вам известно.

– Ну… да, насколько мне известно. Это не опасность, а, скорее, досадная помеха.

Заметив, что Тайнан снова раздражается, Амара сказала:

– Мне бы хотелось, чтобы вы успокоились и поверили, что я благополучно доставлю вас на переговоры. Меня не назначили бы сопровождать вас, если бы сомневались в моей способности преодолевать препятствия. Мой полет на Землю прошел без происшествий. Нет оснований опасаться, что они возникнут сейчас.

Тайнан, конечно, доверял ей, но все было для него чертовски непривычно. Поэтому испуг, вызванный незначительным происшествием, спровоцировал вспышку гнева".

– В Цитадели мало опасностей, и их легко предвидеть. Я не знаю, чего можно ожидать здесь. Вы с запозданием предупредили меня насчет пиратов и не считаете серьезной угрозу, исходящую от «Штопоров». Однако я предчувствую, что нас подстерегают опасности. Что еще вы от меня утаили? Что еще может помешать нам попасть на переговоры вовремя?

Амара склонила голову, не подозревая о том, что при этом движении блики света заплясали в ее волосах. Это бессознательное движение не вязалось с переменой в настроении. Амара сделала все, чтобы наладить контакт с Тайнаном, но его враждебно нахмуренное лицо показывало, что это не удалось. Считая, что он обманул ее ожидания, она сказала:

– Очень жаль, что проблема своевременного прилета не волновала вас в Цитадели. Дожидаясь по вашей милости рассвета, мы потеряли двенадцать часов, которые не могу наверстать. Вот это я, кстати, и называю «ограниченностью». Цитадель Хранителей пестует традиции, которые просто смешны за ее пределами. И если теперь вы хотите, чтобы мы прилетели вовремя, то прошу вас не отвлекать меня.

Амара повернулась к экрану компьютера, на котором появилось изображение навигационной карты их сектора. Карта была не нужна пилоту, но она сделала вид, будто внимательно изучает ее.

Тайнану хотелось сказать Амаре что-нибудь резкое, но, так ничего не придумав, он встал и ушел. Оказавшись в пассажирской каюте, философ вызвал Стива.

– Да, Тайнан?

– Расскажите мне о «Штопорах».

– «Штопоры» – это слэнговое название компаний молодых людей, мужчин и женщин, которые не уважают законы космических сообщений. Они затрудняют навигацию и досаждают частным лицам, находя в этом развлечение.

– А корабли Аладо?

– Нет, сэр. «Штопоры» никогда не попадали ни на один корабль Аладо.

– Всегда можно оказаться первыми.

Стив не отозвался на эту саркастическую фразу, оставив Тайнана во власти мрачных мыслей. Очень скоро Тайнан понял, что не задал компьютеру самых необходимых вопросов.

– Стив, кроме Аладо существует еще четыре корпорации. На их корабли садились «Штопоры»?

– В моих файлах есть только статистика корпорации Аладо, Тайнан.

Снова зайдя в тупик, Тайнан пожалел, что не подумал в Цитадели об этих вопросах. Там он мог бы получить ответы на все, но сейчас это было уже невозможно. Просторная пассажирская каюта показалась ему вдруг ловушкой.

– Стив?

– Да, Тайнан?

– А как вы не сходите с ума, сидя здесь?

– Мне не с чего сходить, сэр. Но если вам скучно, могу предложить немало развлечений.

– К черту, мне не скучно!

– Если вас раздражают тесные помещения корабля, могу показать вам пейзажи любой планеты по вашему выбору.

– Я предпочел бы Землю.

– Пожалуйста.

На передней стене кабины появился экран, свет померк и вскоре Тайнан увидел берег моря. Небольшие волны обдавали его пенными брызгами. Слышны были таинственные крики птиц и ровный шум прибоя. Тайнан решил, что лучше уж смотреть на экран, чем общаться с лейтенантом Грир, которая то целует его, то оскорбляет Хранителей, называя их традиции смешными.

Тайнан, конечно, не подозревал, что в фильме есть эффекты, действующие на подсознание и успокаивающие пассажиров космического перелета. Он чувствовал только, что его охватывает тепло – такое же ласковое, как волны на экране. Подумав, что никогда еще не видел такого приятного фильма, Тайнан откинулся в кресле, наслаждаясь каждым кадром.

Амара избегала бы Тайнана в течение всего полета, если бы не приходилось проходить через пассажирскую каюту, чтобы попасть на камбуз или в туалет. Поскольку Тайнан расхаживал по проходу, пришлось дожидаться, пока он повернется и даст ей пройти.

Тайнан сразу заметил, что Амара снова стянула волосы в узел. Он ошибся, приняв ее за женщину, которая может внушать желание. На самом деле она только пилот-профессионал, хотя несомненно превосходный, лучший не только в корпорации Аладо, но и во всей галактике.

– Стив подтвердил то, что вы сказали о «Штопорах».

Амара огорчилась, что Тайнан не положился на ее слова.

– Пока вы не подружились со Стивом, предупреждаю: его можно запрограммировать так, что он повторит любую информацию, сообщенную мною.

Амара заметила смущение Тайнана, но победа над ним не доставила ей удовольствия.

– Извините. Мне не следовало этого говорить. Стива программируют в штабе Командования флота, а не на борту корабля. У меня и без того достаточно дел.

Тайнан медленно подошел к ней:

– Так он просто повторяет ту информацию, что в него закладывают?

– Да. Его подготовили к тому, чтобы управлять кораблем и заботиться об удобстве пассажиров, вот и все. Стив?

– Да, лейтенант?

– Мужчины и женщины не всегда ладят друг с другом. Вы не можете дать совет по этому вопросу?

– Нет, лейтенант. У меня нет файлов по личным отношениям.

Тайнан остановился возле Амары.

– Похоже, от него нам помощи не будет, лейтенант. Давайте заключим перемирие и перестанем оскорблять друг друга.

Амара знала, что намеренно задела его. Однако если они не заключат перемирия, десять дней полета будут ужасными. Она протянула ему руку:

– Договорились. Давайте соблюдать вежливость и постараемся не обсуждать ничего серьезного.

Тайнан пожал руку Амары и задержал в своей:

– Готов поклясться, что у меня на коленях вам было вполне удобно. А что, если бы вас не отвлек Стив?

Смутившись при воспоминании о том, как она потеряла голову, Амара отвернулась:

– Я сама остановила бы вас. Я говорила серьезно, Тайнан. Я не даю уроков любви; к тому же ясно, что они вам не нужны. А теперь, пожалуйста, дайте мне пройти.

Тайнан отпустил ее руку и отступил в сторону. Слова ее звучали вполне искренне, но, говоря о правилах поведения, Амара старалась не смотреть на него, что Тайнан счел добрым знаком.

– Вы верите в предзнаменования? – спросил он. Обернувшись, Амара ответила:

– Нет, суеверия оставляю вам.

Это было очередным оскорблением, но она произнесла эти слова так весело, что Тайнан улыбнулся. Он думал, что Амара согласится сблизиться с ним, но девушка отклонила его предложение, вероятно, предпочитая романтическую прелюдию.

– Стив? – прошептал он.

– Да, Тайнан?

– Вы уверены, что в ваших файлах нет ничего о личных отношениях?

– Уверен, но могу передать ваш запрос командованию флотом.

Тайнан представил себе, как будут хохотать клерки Аладо, получив подобный запрос от Хранителя.

– Нет, в этом нет необходимости.

– Как прикажете.

– Подождите минуту. У вас есть информация о лейтенанте Грир?

– Вы хотите получить данные из ее личного дела?

Тайнан поспешно оглянулся, надеясь, что Амара не появится, пока он будет расспрашивать Стива о ее жизни.

– Да, пожалуйста.

– Амаре Грир двадцать семь. Во время обучения показывала выдающиеся успехи и была первой в своем выпуске Летной академии Аладо. Она служит пилотом дипломатического корпуса уже пять лет и неизменно получает самые лучшие отзывы. Она – единственная дочь известных геологов Джулиана и Лины Грир. Замужем не была и детей не имеет.

– Это очень интересно, Стив, но несколько суховато. Знаете ли вы что-нибудь об ее отношениях с мужчинами?

– Аладо не следит за личной жизнью своих служащих, Тайнан.

Тайнан чуть слышно чертыхнулся:

– Но ведь во время полетов она находится при исполнении служебных обязанностей, а значит, у вас должна была накопиться какая-то информация о ней. Какие из ваших фильмов и игр она любит?

– Когда на борту нет других членов экипажа, она не смотрит фильмы и ни во что не играет.

– Но должна же она чем-то занимать свое время!

– Она изучает навигационные карты и намечает будущие маршруты.

– Прекрасно! – Его подозрение, что Амара – только пилот, подтвердилось. Поблагодарив Стива, Тайнан отправился на камбуз и дождался Амару. – Вы сказали, что твердый распорядок дня помогает скоротать время. Не хотите ли пообедать?

– С удовольствием.

Тайнан оперся о кухонный стол:

– Я понял ваши условия. Мы можем говорить о конференции, но не о личном. Сандвичи были необыкновенно вкусные. Что еще вы можете порекомендовать?

Обрадовавшись, что Тайнан изменил поведение, Амара немного оттаяла:

– Тушеные овощи с рисом и макаронные изделия.

Открывая коробки и бросая упаковки на стол, она по-прежнему избегала смотреть на Тайнана. Взглянув на себя в зеркало, Тайнан убедился, что ничего отталкивающего в нем нет, а потому решил, что дело вовсе не в его внешности.

Пока грелась еда, Тайнан достал столовые приборы и накрыл на стол. Он никогда не любил овощей, особенно неизвестных, однако залитые густой подливкой из сыра, они казались довольно аппетитными.

Поскольку Амара за столом молчала, Тайнан не стал разговаривать с ней, но постарался есть медленнее и закончил обед одновременно с девушкой.

– Я думал над тем, о чем вы говорили, – сказал он, когда они поели.

– О чем?

– О других участниках переговоров. Корпорация Омега выбрала Лишу Драче. Она молода и у нее нет большого опыта. Какую опасность она для нас представляет?

– «Для нас»?

– Ну, пусть для Аладо.

– А, да, для Аладо. – Амара сдвинула тарелки в сторону и поставила локти на стол. – Лиша очень предана Омеге. Это самая маленькая корпорация, и ей отчаянно нужны новые колонии. Она не сможет конкурировать с другими корпорациями, если не получит уступок, которые наверняка потребует. Полагаю, она будет оттягивать решение всех вопросов, добиваясь собственных целей, а не общего согласия.

Тайнан кивнул.

– А что вы думаете о представителе Европы, Гэлладжере Макграте?

– О нем трудно что-либо сказать. Он самый старший из делегатов, и любит играть роль политика, но знаменит не мудростью, а подлостью и упрямством. Можете не сомневаться, что он будет противиться любому вашему конструктивному предложению.

– Предвкушаю встречу с ним. Корпорация Серема посылает Таву Майсенко. Она разумный человек?

Амара слегка нахмурилась.

– Она очень красивая, но опасная женщина. Легко со всеми соглашается и так же легко всех предает.

Тайнан подумал, не относится ли это и к самой Амаре, но не сказал об этом.

– Весьма приятное свойство. Остается делегат корпорации Перегрин, Деррел Симмонс. Каков он?

– Перегрин никогда не отличался этичностью. Некоторые даже утверждают, что это настоящие пираты. Деррел ни к чему не относится серьезно. Скорее всего, он будет увиливать от прямых разговоров и добиваться свободных исследований без каких бы то ни было ограничений.

– Тогда мы скоро окажемся в том же положении, что и сейчас: на грани войны из-за притязаний корпораций на территории.

Амара ответила, тщательно подбирая слова:

– Вот насчет этого я и хотела предостеречь вас сегодня утром, Тайнан. Представители Перегрина не избегают войны, мне даже кажется, что они хотят ее. Их интересы противоположны интересам Аладо, а Омега, Серема и Европа занимают промежуточную позицию.

Роль Тайнана представилась ему в совершенно ином свете. Он печально покачал головой.

– Кажется, я начинаю понимать, почему в Аладо попросили стать их представителем именно меня, а не поручили вести переговоры кому-то из собственных дипломатов.

– Правда? Почему?

– Чтобы обвинить меня, а не корпорацию, если я не добьюсь успеха.

– Вы ошибаетесь. Все очень горячо поддержали ваше назначение. Все уверены, что вы не только преданы делу мира, но и достаточно мудры, чтобы воплотить свою программу в жизнь.

– Допускаю, что они так считают, но что думаете вы теперь, когда узнали меня?

– Вы хотите услышать правду?

– Конечно.

– Я думаю, что нас ждут немалые трудности.

– Почему?

– Потому что выражать свои мысли в книгах и аргументировать их в жарких дебатах – совершенно разные вещи. Часто ли вам приходилось отстаивать свои взгляды в Цитадели?

Тайнан беспомощно развел руками:

– Никогда. Мы все – сторонники мира.

– Это вполне естественно. Но Хранители плохо подготовили вас к тому, чтобы добиваться мира на условиях Аладо. У нас осталось девять дней, чтобы исправить положение. Или все это время нам придется молиться, чтобы другие делегаты изменили свои взгляды.

Решив, что они близки к соглашению, Тайнан улыбнулся:

– Похоже, вы глубоко преданы Аладо.

– Это вполне естественно. Аладо – прекрасная корпорация, которая внимательнее всех относится к благополучию своих служащих. Любой из наших конкурентов с готовностью пожертвует пилотом и даже целым экипажем, чтобы приобрести хоть дюйм новой территории. Я не стала бы работать ни на одну из них.

В обмен на работу, которую Амара явно намеревалась проводить с ним во время полета, Тайнану хотелось бы заполучить эту красавицу. Однако он уже понял, что нажимать на нее нельзя, а значит, следует ждать, пока и девушка захочет близости с ним. Пусть пройдет день-другой, тогда он возобновит разговор об этом, и если она любит дискуссии так же, как и полеты, возможно, он поймет, как победить ее.

– Давайте займемся этим завтра, – предложил он. – Кстати, как вы проводите вечера?

– Я люблю читать, но вылет был назначен так неожиданно, что мне не удалось захватить с собой книг. У Стива в файлах кое-что есть, но я все это уже читала.

– А вы никогда не перечитываете книги?

– Нет. Я люблю приключенческие романы, но узнав, что все закончилось благополучно, мне не хочется возвращаться к ним.

– Понимаю. Они не захватывают.

– Вот именно.

– А вы во что-нибудь играете?

– Одна – нет, но если на корабле несколько пилотов, мы устраиваем соревнования по «Банши Квест». Сомневаюсь, что вы играли в это в Цитадели.

– Нет, к сожалению, я незнаком с этой игрой. Вы не научите меня?

Амара бросила на него скептический взгляд:

– Для этой игры нужны быстрота реакции и ловкость, а не долгие рассуждения.

Поскольку эта игра интересовала Амару, Тайнан был готов освоить ее.

– Так вот что: быстрота реакции и ловкость именно те качества, которые пригодятся мне на переговорах.

– Верно. Тогда давайте попробуем, но если игра вам не понравится, скажите честно – и мы бросим.

– Я умею вовремя остановиться, – заверил Тайнан.

Он явно пытался флиртовать. Решив, что это лучше, чем ссоры, Амара успокоилась. Она заказала игру у Стива, который тотчас спустил вниз экран. Отодвинув столик, Амара указала на подлокотник кресла Тайнана:

– Пульт управления внутри. Откройте крышку.

Тайнан достал небольшой пульт управления с множеством кнопок и разноцветных лампочек.

– Похоже, это довольно сложно. А какая цель этой игры?

– Уничтожить корабли противника раньше, чем они уничтожат вас. В игре есть разные уровни сложности. Мы начнем с самого низкого, а потом перейдем к более сложным. Выбираете красные или черные?

– Черные.

– Прекрасно. Попробуйте пульт. У вас черный корабль. Посмотрите, как вы можете им манипулировать.

Через несколько минут Тайнан овладел основными маневрами:

– Я готов. Давайте начнем. И пожалуйста, относитесь ко мне так, будто я тоже пилот, а не полный профан. Иначе я никогда не научусь как следует..

– Вы шутите!

– Нет, серьезно.

– Начинайте игру, Стив.

Амара позволила Тайнану поднять корабль в воздух, а потом, взяв его на прицел своей лазерной пушки, взорвала.

Изумленный Тайнан смотрел, как на экране гаснут сверкающие обломки его корабля.

– Быстро. Я уже проиграл?

– Нет, на этом уровне у вас остается еще девять кораблей. Теперь попробуйте следить за моим кораблем, а не только за своим. Тогда вы сможете защищаться.

Амара дала Тайнану немного времени, а потом снова взорвала его корабль.

Несколько обескураженный Тайнан все же был полон решимости освоить игру. Он чуть подался вперед:

– Давайте начнем следующий раунд.

– Стоит ли? Для этой игры нужна только координация, а не способность мыслить.

– У меня будет полно возможностей играть в интеллектуальные игры, когда я вернусь в Цитадель. Вперед!

– Удачи вам.

Амара давала Тайнану потренироваться после каждого раунда, но итог был один и тот же. Она даже немного устыдилась, что рассказала ему об этой игре.

Однако Тайнану «Банши Квест» нравился все больше. Игра, конечно, требовала прежде всего меткости при попадании в цель, но, кроме того, хорошая координация должна была сочетаться с умением быстро оценивать ситуацию. Хотя Амара не считала игру интеллектуальной, Тайнан придерживался другого мнения.

– Если мне придется тренироваться в течение всего полета, я все равно вас обыграю!

– Вот как? – улыбнулась Амара. – Не думаю!

– Разве это так смешно. Вы что – чемпион Аладо?

– Да. Но это же просто игра, Тайнан. Звание чемпиона не имеет никакого значения.

– А я считаю, что имеет!

Он явно не злился, но был очень сосредоточен, и это обрадовало Амару.

– Вот такого тона вам и следует придерживаться на переговорах: не гневного, а твердого и решительного.

Но сейчас Тайнан вовсе не готовился к исполнению роли.

– Я говорю то, что думаю. Звание чемпиона в любой игре, как и в спорте, заслуживает уважения. Но оно же вызывает зависть или ревность. А как ведут себя пилоты, которых вы побеждаете в «Банши Квесте»? Они претендуют на то, чтобы стать вашими любовниками, или избегают вас?

Амара удивилась, что он повернул разговор в такое неудачное направление.

– Есть у меня любовники или нет, вас это не касается, Тайнан.

– Мы не говорили о ваших любовниках, – возразил Тайнан, – а только о том, как относятся к вам другие пилоты. Если вы лучше всех в дипломатическом корпусе, значит, другие должны завидовать вашим успехам.

Амара убрала игровой пульт в подлокотник кресла и встала:

– За последние двести лет произошло немало такого, что ускользнуло от вас. Сейчас мужчины и женщины работают и конкурируют на равных в любой сфере деятельности. Мужчины не избегают женщин, которые делают карьеру. Преуспевающими женщинами восхищаются, стараются с ними сблизиться, почитают их. Аладо всегда стремится к тому, чтобы служащие – как мужчины, так и женщины – реализовали свой потенциал. Разве у Хранителей это иначе?

Тайнан почувствовал в ее словах осуждение. Он поднялся и посмотрел ей в лицо:

– Нас поощряют к тому, чтобы мы в своей деятельности выходили за пределы достигнутого. Высшая степень компетентности – это минимум, возможный для нас.

– Да, Хранители славятся своими знаниями и исследованиями. Это я признаю. Но поскольку вы удалились от мира и не взаимодействуете с галактикой, ваше поле деятельности всегда будет ограниченным. А теперь простите меня – мне надо в последний раз проверить показания приборов, прежде чем передать пилотирование Стиву. Из двух сидений получается прекрасная постель. Приборы регулируют температуру помещения, чтобы можно было комфортабельно спать, так что одеяла не нужны. Я предпочитаю сиденья, расположенные ближе к рубке. Устраивайтесь на тех, что ближе к камбузу – тогда мы друг другу не помешаем. Я уже знаю, вы не храпите, но мы оба привыкли спать одни, так давайте не стеснять друг друга.

– Вы так внимательны, лейтенант!

В тоне Тайнана звучала издевка, но Амара сделала вид, что не заметила ее.

– Спасибо. Доброй ночи.

Удаляющаяся в рубку Амара была прелестна: длинноногая, с легкой походкой. Но больше всего Тайнана пленили изгибы ее фигуры. Он представил себе, что распускает ей волосы, снимает узкий костюм и нижнее белье. Наверное, тело у нее невероятно нежное, и кожа такая же золотистая, как и на щеках. Он опасался, что его равнодушие к женщинам сменилось безудержным интересом к ним.

«Нет, я просто хочу ее изучить, получить опыт, которого не мог приобрести в Цитадели. Вот и все», – повторял он про себя, словно заклинание. Но даже не возражая себе, Тайнан понял, что проиграл.

Амара занесла необходимые данные в вахтенный журнал Звездного крейсера, но решила задержаться в рубке, чтобы Тайнан успел заснуть. Первый день их совместного полета прошел далеко не гладко, но, кажется, ей в конце концов удалось заставить его обуздать свой темперамент. Жаль, честно говоря, Тайнан очень привлекателен, но ведь он сам сказал, что у Хранителя и пилота нет будущего. Она давно научилась слушать мужчин, не вкладывая в их слова того, что ей хотелось бы услышать.

– Еще девять дней, Тайнан, – прошептала она чуть слышно, забыв о своем обещании доставить его назад. Она дала себе клятву постараться, чтобы каждый следующий день был легче предыдущего. Сердце ее сжималось от томительного желания любви, которой она еще ни разу не испытала. Но если уж эта любовь придет к ней, Амара удержит ее навсегда и ни за что не променяет на радостные, но бесперспективные мгновения.

 

Глава 6

Проснувшись утром раньше Тайнана, Амара приняла у Стива командование кораблем, а потом пошла принять душ и надеть свежий летный костюм. Под мелкими каплями воды, которая постоянно собиралась и очищалась системой корабля, она промыла шампунем волосы и потом задумчиво смотрела, как мыльные пузырьки соскальзывают с грудей на живот и ноги. Как и у большинства пилотов Аладо, тело Амары украшала придуманная специально для нее татуировка. Она избрала морской мотив, и тот же художник, что нанес ей на губы несмываемую краску, а на веки – тени, подчеркивающие глубину глаз, начертил на правой ноге нежную волну, закрыл торс гребнем и рассыпал по груди кружевную филигрань радужной пены.

Бледно-зеленая, бирюзовая и сиреневатая татуировка была настоящим произведением искусства и покрывала все ее стройное тело. Амара улыбнулась, подумав, как поразился бы Тайнан при виде этой татуировки, но тут же прогнала невольно возникшую мысль, так как она не позволит ему насладиться таким зрелищем. Девушка не помнила, когда именно татуировка стала одним из способов выражения личности, но не сомневалась, что в двадцатом веке это не было распространено – а именно этим периодом ограничивались познания Тайнана.

Рассердившись на себя за то, что снова думает о своем пассажире, Амара выключила воду и подождала несколько секунд, обсыхая под струей теплого воздуха. Потом натянула нижнее белье, а поверх него – летный костюм и сапожки. Волосы еще не просохли, поэтому она не стянула их в пучок. Стараясь не разбудить Тайнана, Амара принялась готовить себе на завтрак йогурт с фруктами.

Тайнан всегда спал очень чутко, поэтому звук открывшейся на камбузе коробки разбудил его. Ночью он несколько раз просыпался и не чувствовал себя отдохнувшим. Из двух сидений получилась вполне приемлемая постель – но это была не его постель, а он не привык спать в незнакомом месте.

– Если вы немного подождете, позавтракаем вместе, – сказал Тайнан.

Амара стиснула пальцами край кухонного стола:

– Прекрасно. Можете не спешить.

Она даже не повернулась, когда он прошел в туалет, однако явственно почувствовала его присутствие. Амара перенесла свой йогурт на столик и, дожидаясь Тайнана, беспокойно расхаживала по каюте.

Привычный к плотному расписанию дня Тайнан через несколько минут был уже готов. Он принес в каюту тарелку с горячей кашей и стакан апельсинового сока:

– Если мы будем отрабатывать технику ведения дискуссии, то начнем ли рассматривать отдельные вопросы переговоров, или предметы, на которые смотрим по-разному?

Тайнан очень тщательно побрился и теперь надеялся, что вид его внушает симпатию.

Вчера заросшее щетиной лицо Тайнана делало его немного похожим на романтического пирата, но сегодня он был на редкость красив. Очарованная его внешностью, Амара залюбовалась им, совсем забыв, о чем он спросил:

– Извините, что вы сказали?

Решив, что Амара не проявила бы такой рассеянности, если бы он действительно произвел на нее впечатление, Тайнан счел за лучшее отступить. Он серьезно повторил свой вопрос, добавив:

– Мне совсем не хочется враждовать с вами, но если вы считаете нужным потренировать меня перед переговорами, то можем использовать для этого любую тему.

Не успела Амара ответить, как ее окликнул Стив:

– К нам приближается три частных корабля. Они не передают установленных сигналов. Сделать ли мне стандартный запрос на предмет идентификации?

Тайнан вопросительно приподнял брови, и Амара дотронулась до его руки, успокаивая его:

– Пойдемте со мной в рубку. Надеюсь, ничего серьезного, но следует в этом убедиться, прежде чем продолжить завтрак.

Тайнан пошел бы за ней и без приглашения. Он уселся в кресло второго пилота и увидел на экране все три корабля. Даже неопытный Тайнан понял, что они стремительно приближаются к Звездному крейсеру.

– Что вы предпримете? – спросил он.

– Пока – ничего. Кажется, это разведчики. Возможно, списанные корабли Перегрина или Европы, переоборудованные в личный транспорт. Вы можете опознать их конструкцию, Стив?

– «Упрямцы» Европы, лейтенант. Их объявили устаревшими лет десять тому назад и продали частным лицам.

– Надеюсь, в число покупателей не входили «Штопоры» и пираты, – сказал Тайнан.

– «Упрямец» – двухместный корабль, так что пираты им не интересуются. Это любимый корабль «Штопоров», но «Упрямцы» – корабли надежные, и их используют многие.

Амара продолжала невозмутимо смотреть на экран. Она получила приказ защищать Тайнана любой ценой, но политика Аладо запрещала проявлять агрессию, поэтому лейтенант решила не атаковать, пока не появятся явные признаки опасности. Если она начнет палить во всех без разбора, Тайнан попросту откажется представлять Аладо на переговорах.

Тайнан не отрывал глаз от экрана:

– Они летят в тесном строю. Что это значит?

– Может, просто тренируются, а это ничего не значит. Но не исключено, что они намерены нас атаковать.

– Вы говорили, что «Штопоры» не тревожили суда Аладо. Какова же цель нападения частных лиц на Звездный крейсер?

– Я не знаю такой цели. Потребуйте, чтобы они назвали себя на частотах гражданских кораблей, Стив.

После недолгой паузы компьютер ответил:

– Ответа нет, лейтенант.

– Они вооружены?

– Да.

Зная вооружение «Упрямцев», Амара тщательно следила за расстоянием между Звездным крейсером и приближающимися кораблями. Не будь Тайнан делегатом мирных переговоров, она уже сделала бы предупредительные выстрелы по преследователям, но из-за своего пассажира избрала иную тактику:

– Давайте убежим от них. Стив, включите максимальное ускорение на полторы минуты.

Корабль резко дернуло, и Тайнан вцепился в подлокотники. Считая, что это результат увеличения скорости, он не слишком встревожился, но когда корабли преследователей остались далеко позади, Амара запросила компьютер о повреждениях.

– Какие повреждения? – спросил Тайнан.

– Когда мы прибавили скорость, в нас выстрелили. – Теперь Амара поняла, что поступила неправильно, решив не связываться с теми кораблями, но объяснить свои соображения Тайнану не могла. – Извините, я не должна была допускать этого. Если бы на кораблях было стандартное вооружение, ничего такого не случилось бы. Очевидно, это не так. Занесите это в вахтенный журнал, Стив, и уведомьте Командование флота, что мы попали под огонь частных «Упрямцев» в тот момент, когда должны были находиться вне пределов их досягаемости. Рассчитайте расстояние и измените границы сближения, чтобы это не повторилось.

– Да, лейтенант. Повреждены лишь датчики правого борта. Это не представляет опасности ни для корабля, ни для экипажа.

Амара задумалась:

– Мы ослепли на правый борт, Стив. Я считаю это опасным.

– Аладо относит к жизненно необходимым лишь передние и задние сканнеры, лейтенант.

– Пожалуйста, включите в рапорт, что я не согласна с этим мнением.

– Слушаюсь, лейтенант.

Тайнан все еще смотрел на экран, но на нем не было видно преследовавших их кораблей.

– Что случилось с «Упрямцами»?

– Мы просто ушли от них. Можете больше их не бояться.

Уже зная реакции Амары, Тайнан ощущал в ней скрытую напряженность.

– Вы по-прежнему кажетесь встревоженной.

Амара кивнула:

– Вы наблюдательны. Помните, вы говорили о предзнаменованиях? Вы верите в интуицию?

– Боюсь, у меня ее нет. По крайней мере, нет шестого чувства, которое предупреждало бы меня об опасности. А у вас?

– Пожалуй, могу сказать, что я научилась доверять интуиции. Это происшествие с «Упрямцами» кажется мне странным. Не могу представить себе, чтобы «Штопоры» решились приблизиться к Звездному крейсеру. Впрочем, кто бы там ни был, к нам не только приблизились, но сделали по кораблю выстрел из модифицированного оружия. Это не по силам обычному «Штопору».

Тайнан боялся услышать ответ на свой следующий вопрос:

– Они могли пытаться помешать мне попасть на переговоры?

Амаре тоже очень хотелось бы исключить такую возможность. Она сомневалась, что Тайнан прав, но опровергнуть его не могла:

– Едва ли кто-то хочет сорвать конференцию таким подлым способом, но на всякий случай лучше допустить, что это возможно. Тогда будем действовать в соответствии с этим. Мы должны быть начеку на случай нового нападения, а для этого необходимо, чтобы сканнеры функционировали нормально. Стив, где находится ближайшая станция обслуживания? Я не полечу со слепым правым бортом, если даже Аладо утверждает, что это допустимо. В нашем случае это слишком рискованно.

Тайнану Амара казалась прелестной и очаровательной женщиной, но сейчас, увидев на ее лице твердую решимость, он подумал, что если кто и доставит его благополучно на базу Конфедерации, то только она.

– Вы прекрасный пилот, – наконец уверенно сказал он. – Я доверяю вашим решениям. Дайте мне знать, если я могу что-то сделать.

Амара считала, что Тайнан способен лишь помешать ей, но сейчас, когда он так любезно предложил свою помощь, не хотела задеть его резкостью:

– Спасибо. Если мы со Стивом не справимся, я обращусь к вам. А сейчас вы идите и заканчивайте завтрак.

– А вы?

– Я подожду, пока Стив найдет место, где можно провести ремонт.

– Тогда я тоже подожду.

Амара не успела возразить, как Стив уже начал докладывать.

– Ближайшее место для ремонта – астероид, принадлежащий доктору Ристо Кортесу. Это научно-исследовательская станция с необходимыми для Звездного крейсера посадочными отсеками и ангарами. Примерное время полета – один час.

– Я никогда о нем не слышала, Стив. Нет ли чего-нибудь еще?

– Ремонтная станция Аладо 381, но отклонение от маршрута увеличит время полета на десять часов.

Вновь оказавшись перед трудным выбором, Амара решила исходить из интересов Тайнана.

– При других обстоятельствах я выбрала бы базу Аладо, но десять часов – слишком большой риск, если за нами погоня.

– Согласен.

– Прекрасно, значит, это наше общее решение. Стив, рассчитайте нашу траекторию к астероиду доктора Кортеса и сообщите, что мы направляемся к нему. – Подумав, Амара обратилась к Тайнану: – Поскольку мы не знаем политических симпатий Кортеса, по-моему, не стоит предупреждать его, что вы летите со мной. Согласны?

Тайнану претила мысль, что кто-то может желать его смерти. Он молча кивнул, но усевшись с Амарой за стол в пассажирской каюте, обнаружил, что аппетит у него пропал. Он не мог забыть, что на них совсем недавно напали.

– Как вы можете есть? – изумился он. Амара проглотила еще ложку йогурта.

– Нам так же нужна пища, как кораблю топливо. Без пищи наша энергия может иссякнуть в самый неподходящий момент.

– Этому научили вас в Летной академии Аладо?

Амара кивнула, улыбнувшись про себя:

– И этому тоже. Но за корабль отвечаю только я, так что если вам не хочется есть, можете себя не заставлять.

Тайнан отпил немного апельсинового сока, но кашу подогревать не стал.

– Извините. Знаю, что сегодня мы собирались разрабатывать стратегию переговоров, но сейчас я не в состоянии этим заниматься.

– Встреча с «Упрямцами» была неприятна, согласна, но переговоры – дело сложное и не менее рискованное. Если идиллическое существование в Цитадели не приготовило вас к конфликтам, то, вероятно, нам следует играть в «Банши Квест» до тех пор, пока вы не освоите систему конфронтации.

Губы Тайнана изогнулись в лукавой улыбке:

– Хотя результаты у меня были плохие, но игра мне понравилась.

– Хорошо. – Амара похлопала его по плечу, убирая тарелки на камбуз. – Какой цвет вы выберете сегодня – красный или черный?

– Красный. Я понимаю, что еще не освоил и первый уровень, но на каком играют чемпионы?

Он уже убрал столик, и Амара, усевшись в кресло, достала пульт управления:

– В «Банши Квесте» нет высшего уровня. Игра устроена так, что развивается сама собой. Какую бы ловкость не проявляли лучшие игроки, программа всегда может создать для них новый, более трудный уровень. В этом ее прелесть.

– Интересно, но, похоже, вы уходите от ответа. На каком уровне играете вы?

– Прекрасно! Когда будете задавать какой-нибудь вопрос на переговорах, добивайтесь, чтобы вам обязательно ответили на него.

Тайнану не понравилось, что Амара снова направила частный разговор в деловое русло, но преодолел раздражение:

– Я непременно так и сделаю, но сейчас мне хотелось бы получить от вас прямой ответ.

Удовлетворенная тем, что Тайнан не отступился, Амара ответила:

– На девятнадцатом. Хотите посмотреть?

– Да, пожалуйста. – Когда на экране появился мерцающий узор, в котором трудно было даже распознать красные и черные корабли, не говоря уж о том, чтобы подобраться к противнику по этому лабиринту, Тайнан изумленно воскликнул: – От одного взгляда на это у меня разболелась голова!

– Очень рассеивает внимание, правда? Из-за этого многие выходят из игры на более низких уровнях. Хотите услышать звуковые эффекты?

– А они такие же резкие, как краски?

– Еще хуже. – Амара не стала включать звук, а запросила первый уровень, и мелькающие узоры на экране сменились ровной небесной синевой. – Ну вот. Можете начинать.

Тайнан достал пульт и играл, постепенно совершенствуясь, до тех пор, пока Стив не объявил, что они приближаются к астероиду Ристо Кортеса. Возбужденный духом соревнования, Тайнан предвкушал следующую схватку с Амарой.

– А сколько времени вам понадобилось для того, чтобы дойти до девятнадцатого уровня? – спросил он у Амары.

Та отвернулась, пряча улыбку, и убрала пульт в подлокотник. Амара во время этой игры незаметно уступала Тайнану, чтобы он не чувствовал себя совсем беспомощным, но не хотела вводить его в заблуждение, внушая, что тот может стать чемпионом.

– Пожалуй, всю жизнь. «Банши Квест» возник почти одновременно с Аладо. Не забывайте, я ведь звездное дитя, и проводила в космосе не меньше времени, чем на планетах, которые изучали мои родители. Поэтому у меня была возможность играть, пока я росла. Сколько себя помню, эта игра всегда страстно увлекала меня.

Они стояли рядом, поэтому девушка слышала даже шепот Тайнана.

– А чем еще вы так же страстно увлекаетесь?

Он явно надеялся услышать, что первыми в списке окажутся мужчины, но Амара лишь покачала головой и прошла в рубку.

– Я хочу посмотреть на эту станцию прежде, чем мы решим садиться.

К счастью, ей понравилась куполообразная конструкция, возле которой видны были помещения обсерватории.

– Похоже, доктор Кортес – астроном.

На станции было три посадочных отсека, и Амара подвела Звездный крейсер к центральному, подготовленному специально для них. Когда двигатели отключились, Тайнан хотел подняться с кресла, но Амара остановила его:

– Подождите минутку. Прежде чем мы выйдем из корабля, отсек должны закрыть и загерметизировать. Смотрите вот на эти индикаторы. Когда они станут зелеными, мы сможем покинуть корабль и встретиться с хозяином станции. Но как бы он ни был любезен и какую бы помощь ни предлагал, я намерена выполнить ремонт самостоятельно.

– А вы умеете? – удивленно спросил Тайнан.

– Да. Все пилоты Аладо так хорошо подготовлены, что могут, если нужно, построить корабль из запчастей. Надеюсь, что мы улетим отсюда уже через час.

Тайнана обрадовало, что она не напомнила ему о лимите времени, возникшем из-за его странных обычаев. Он подался вперед, пытаясь разглядеть, не видно ли в посадочном отсеке чего-то угрожающего, но навстречу им не кинулись вооруженные охранники, и все выглядело вполне обычно.

– Мне можно назвать себя?

– В вашем теперешнем костюме вы не вызовете подозрений, но для полной безопасности вам лучше назваться чужим именем.

– Хорошо, я назовусь Грегори Нэшем. Уверен, что Главный Хранитель не стал бы возражать.

Индикаторы загорелись зеленым, мы можем идти.

Амара нажала на кнопку, открыв люк, и следом за Тайнаном вышла в посадочный отсек. В дальнем конце этого громадного помещения находились шкафчики с инструментами, как и на всех ремонтных станциях Аладо. Обрадовавшись, что на этот раз она приняла правильное решение, Амара улыбнулась коренастому мужчине, который поспешил приветствовать их. Он был бородат, рыжеволос и пританцовывал на ходу. Пожимая им руки, он рассмеялся с такой искренней радостью, что даже тронул Амару.

– Я – доктор Ристо Кортес, и счастлив приветствовать вас в моем доме. Как я понял, вам нужно сделать кое-какой ремонт, но надеюсь, что вы успеете осмотреть мою станцию.

Амара назвала свое имя и представила Тайнана, но приглашение Ристо отклонила.

– К сожалению, у нас мало времени, поэтому мне придется остаться у корабля, но вам, Грегори, наверное, интересна такая экскурсия.

Тайнану не хотелось уходить от нее, но их хозяин выказывал такое гостеприимство, что философ не смог ему отказать.

– Вас это не слишком затруднит?

– Конечно, нет! – вскричал Ристо. – Вы действительно не можете присоединиться к нам, лейтенант? Мои люди с удовольствием обслужат ваш корабль – их обрадует возможность поработать над Звездным крейсером. Они выполняют текущий ремонт в первом отсеке. Позвольте мне их вызвать.

– Спасибо, не нужно. У нас небольшие неполадки, с которыми я справлюсь сама.

– Ладно, тогда я пришлю вам что-нибудь поесть. – Ристо взял Тайнана под руку и направился с ним к двери. – У меня великолепный телескоп, на него стоит посмотреть. Я занимаюсь исследованием различных явлений, но больше всего меня интересуют орбиты планет.

Обернувшись, Тайнан увидел, что Амара уже осматривает поврежденные датчики. Она даже не подняла головы, чтобы помахать ему рукой, когда Ристо увел его на свою станцию, которой очень гордился. Почему-то Тайнану стало больно, словно Амара бросила его.

Как и предсказала Амара, в летном костюме его приняли за члена экипажа корабля, а не за пассажира. Чтобы укрепить это впечатление, Тайнан, слушая Ристо, кивал головой, будто был знаком с космосом не хуже самого ученого. Однако мысли разбегались, и вскоре он поймал себя на том, что странные манеры хозяина станции занимают его больше, чем его рассказ.

Ристо часто прятал руки за спину и приподнимался на носки, так сильно наклоняясь вперед, что едва не падал. Тайнану не раз хотелось схватить ученого за плечо и помочь удержаться на ногах, но Ристо так оживленно говорил о своей работе, что, казалось, не замечал ничего. Если он не наклонялся вперед, то часто крутился на месте и размахивал руками в каком-то странном танце, демонстрируя усовершенствования, сделанные в его телескопе.

– Поразительно, – пробормотал Тайнан, уверенный, что это слово выражает большой интерес и не показывает при этом, как мало он понял.

– Сейчас меня интересует Юпитер, или, вернее, его спутники.

Тайнан не мог припомнить, сколько их у этой планеты, и потому снова произнес ничего не значащие слова:

– Да что вы говорите!

– Пойдемте, я покажу вам последние снимки. Они просто великолепны! – Ристо снова схватил Тайнана за руку и потащил к центральному дворику, где было устроена прекрасная оранжерея, а заодно и выставка снимков Ристо. – Вот здесь видны все шестнадцать спутников этой планеты. Я подробно изучил каждый, но самого большого внимания заслуживают седьмой и восьмой, Ганимед и Каллисто – самые крупные.

Искренне пораженный четкостью снимков Ристо, Тайнан похвалил их, а потом согласился чего-нибудь отведать. Вскоре маленький седовласый джентльмен, согнувшийся от старости, вкатил сервировочный столик с вкуснейшими закусками. Тайнана удивило как разнообразие всевозможных лакомств, так и преклонные лета джентльмена. Однако Тайнан никогда не злоупотреблял сладостями, поэтому и теперь взял лишь небольшое фруктовое печенье.

– Вы должны попробовать мой пунш, – настаивал Ристо. – Он изготовлен из сока фруктов, выращенных в этом саду.

Ристо сделал знак седовласому, и тот бросил лед в два высоких бокала, а потом наполнил их бледно-голубой жидкостью из кувшина. Подав бокалы Тайнану и Ристо, он скромно поклонился и ушел из сада.

Мужчины уселись за удобным столиком, и Тайнан откусил кусочек печенья. Приправленное незнакомыми Тайнану пряностями, оно было очень вкусным.

– У вас превосходный повар.

– Спасибо. Хочу надеяться, что у меня лучшая в галактике прислуга – но, конечно, в Аладо тоже великолепные повара.

– Да, – согласился Тайнан и, вспомнив Амару, не удержался от улыбки. – А сколько людей у вас тут работает?

– Их количество меняется в зависимости от того, каким проектом я занимаюсь, но никогда не больше ста. – Ристо взял яблоко, запеченное в тесте. – Хотите еще пунша? – предложил он.

Тайнан еще не отпил ни глотка.

– Нет, спасибо. – Он потянулся за бокалом и осторожно отпил глоток. Найдя напиток слишком сладким, отодвинул его в сторону и взмолился, чтобы Амара поскорее закончила ремонт.

Амара махнула рукой, отпустив человека, который появился с сервировочным столиком, уставленным угощениями, и продолжала заниматься своим делом. Она уже довольно давно не ремонтировала сканнеры, а между тем удар лазера превратил их в бесформенные комки. Поэтому их нельзя было просто отсоединить и заменить новыми, а приходилось с трудом вытаскивать из пазов. Вскоре Амара уже проклинала свою осторожность, из-за которой не выстрелила по «Упрямцам», когда Стив объявил об их появлении.

– Роковая ошибка, – пробормотала она. Ремонт затягивался, и, подумав, что он пойдет быстрее, если она возьмет инструменты, которых не было на борту Звездного крейсера, Амара пошла рыться в ящиках отсека. Увидев, что выбор на редкость беден, решила обратиться к механикам, работавшим в соседнем отсеке. Удивительно, что они не пришли полюбоваться на Звездный крейсер, но, возможно, у них тоже срочная работа.

Амара нажала на кнопку в двери, соединяющей отсеки, и ахнула – первый отсек оказался пустым! Там не было ни механиков, ни кораблей. В отсеке стоял слабый металлический запах, и она усомнилась, что им вообще когда-либо пользовались.

– Ну, Ристо, и где же твои опытные работники?

Не слишком удивившись, что эксцентричный астроном солгал, Амара снова начала открывать ящики для инструментов, но они оказались пустыми. Быстро пройдя через отсек, где стоял Звездный крейсер, она заглянула в третий. С облегчением увидев там «Упрямца», она позвала рабочих, но тут тоже никого не оказалось, и ее голос отозвался эхом в громадном помещении. Встревожившись, она прошла к ящикам с инструментами и в первом же обнаружила именно тот, что был нужен, а заодно и ключ, в котором мгновенно узнала штопор.

Испугавшись, Амара захлопнула ящик и, еще раз проверив, нет ли кого-нибудь в отсеке, вернулась к Звездному крейсеру, собрала свои инструменты и убрала их в корабль. Потом прошла в рубку и вызвала Стива.

– Запишите в вахтенный журнал, – начала она, – кажется, я обнаружила базу «Штопоров». Не исключено, что в нас стреляли именно для того, чтобы заставить прилететь сюда. Вероятность того, что доктор Кортес связан со «Штопорами», побуждает меня немедленно покинуть это место. Мне необходимо найти Тайнана Торна, а вы приготовьте корабль к вылету.

– Мне следует считать ситуацию экстремальной?

– Пока нет, но за время моего отсутствия включите тягу и разверните корабль к выходу. Вы сможете открыть люки отсека, или мне придется делать это вручную?

– Я запомнил коды, когда мы прибыли, лейтенант. И повторю их по вашей команде.

Минуту Амара посидела, собираясь с мыслями, и пришла к выводу, что не преувеличила опасности. Хотя оставалась надежда, что найденный ею штопор – всего лишь сувенир, подобранный одним из механиков Ристо, ее версия казалась более вероятной. Прибавив скорость, они оторвались от атаковавших их «Упрямцев», но если это были «Штопоры», направлявшиеся к базе доктора Кортеса, то они вот-вот сюда явятся.

– Стив, приготовьте к бою лазерные пушки. – Отдав этот мрачный приказ, она покинула корабль, не сомневаясь, что к ее возвращению тот будет готов к вылету. Пройдя в дверь, через которую вышли доктор Кортес с Тайнаном, Амара почти сразу наткнулась на человека, который привез столик с закусками.

Амара улыбнулась так, будто ничего не заподозрила:

– Я закончила ремонт. Не скажете ли мне, где найти доктора Кортеса?

Он жестом пригласил следовать за ним. Радуясь, что он молчит, Амара пошла следом по коридору. Девушка тщательно запоминала дорогу, чтобы потом быстро сориентироваться, если придется бежать. Вместе с тем она надеялась, что дурные предчувствия не оправдаются и ничего плохого не произойдет. Ей показалось странным, что им никто не встретился – для обслуживания станции такого размера нужно много рабочих. Однако Амара не стала расспрашивать своего спутника: они уже входили во внутренний дворик с садом.

Амара быстро направилась к Тайнану и доктору Кортесу. Решившись на смелый шаг, который, как она надеялась, Тайнан истолкует правильно, Амара наклонилась, положила руки ему на плечи и крепко его поцеловала. От этого страстного поцелуя у обоих перехватило дыхание. Выпрямившись, Амара чуть пошатнулась, но продолжала пристально смотреть в глаза изумленному Тайнану.

– Извините, что прервала вашу беседу, Грег, но мы готовы к вылету.

Тайнан не мог понять поведения Амары. Может, все дело в Ристо? Восторженный ученый казался одиноким человеком, поэтому Тайнан счел жест Амары несколько нетактичным. К тому же ее поцелуй сильно подействовал на него. После того, как она столько раз отвергала его, Торну было неприятно, что девушка решилась на такую крайность.

Но тут Амара, взяв Тайнана за руку, впилась ногтями ему в ладонь. Тогда Тайнан понял: она хочет, чтобы он немедленно попрощался с Кортесом.

 

Глава 7

Не зная, чем вызвана такая спешка, Тайнан все же понял, что она необходима, и встал из-за стола.

– Спасибо за беседу и прекрасное угощение, доктор Кортес. Едва ли мы еще раз встретимся, но ваше гостеприимство нам запомнится.

Ристо вскочил со стула:

– Но вы ведь только что прилетели! Мне еще столько надо вам показать. А лейтенант вообще ничего не видела!

Амара взяла Тайнана за руку и потянула к выходу из оранжереи.

– Мы уже опаздываем, доктор Кортес. Извините нас, пожалуйста.

Эксцентричная любезность Ристо вдруг исчезла; он стремительно бросился вперед и преградил им дорогу:

– Мы не обсудили вопрос об арендной плате за пользование моим ремонтным отсеком. Прежде пилоты Аладо всегда оставляли ваучер, по которому мне потом платили. Вы же не думали, что я бесплатно предоставляю свою станцию всем, кому она нужна?

– Если кому-то необходим срочный ремонт, надеюсь, что предоставляете. Но я с удовольствием вручу вам чек на любую указанную сумму. Пойдемте к кораблю и я дам вам его.

Ристо скрестил руки на груди:

– Я хотел бы также получить благодарность от командования флотом Аладо.

Не сомневаясь, что он нарочно задерживает их, Амара не стала с ним спорить:

– Да, у вас здесь прекрасные условия и я буду рада особо это отметить. – Она попыталась провести Тайнана к выходу, но Ристо опять преградил им дорогу. – Доктор Кортес, пропустите нас, пожалуйста. Мы в самом деле спешим.

Горько сожалея, что не взяла с собой лазерный пистолет, Амара поняла, что именно ее просчеты привели к этой катастрофической ситуации. Она взглянула на Тайнана: он был очень силен, но не приходилось надеяться, что умеет обороняться. Одарив астронома обольстительной улыбкой, Амара послала ему телепатический приказ повиноваться ей.

На секунду враждебность Ристо сменилась недоумением, но он быстро оправился и погрозил Амаре пальцем:

– Телепатический контроль, лейтенант? Стыдно, стыдно! Мои занятия сделали меня неуязвимым для таких ребяческих игр.

Тайнан заметил раздражение Амары и, полагая, что Ристо просто страдает от одиночества, быстро проговорил:

– Честно говоря, Грегори Нэш – имя моего друга. Я – Тайнан Торн, и мы направляемся на мирные переговоры, которые состоятся на базе Конфедерации. Благодарность Конфедерации гораздо солиднее, чем исходящая от Аладо. Если сейчас вы пожелаете нам благополучного полета, я позабочусь о том, чтобы ваше гостеприимство оценили по достоинству.

Ристо просиял:

– Тайнан Торн? О, я и не думал, что принимаю у себя такую знаменитость! Я читал ваши работы и обсудил бы их с вами, знай, кто вы такой. Жаль, что вы мне об этом не сказали.

– Извините, но мы должны идти. – Тайнан потянул Амару за собой, пытаясь обойти Ристо справа, но хитрый астроном снова преградил им путь. Не понимая, почему хозяин так упорно не хочет их отпустить, Тайнан озадаченно нахмурился. – Чего вы все-таки добиваетесь, доктор Кортес? Мы с лейтенантом здесь не останемся. Не вынуждайте нас прибегнуть к силе.

– К силе?! – Ристо басовито расхохотался и, поглаживая бороду, бросил на Хранителя насмешливый взгляд. – Известный сторонник мирного сосуществования угрожает применением силы? Репутация блестящего философа не продержится и секунды, если об этом станет известно. Вы меня разочаровали, Тайнан. Право же, такого я от вас не ожидал.

Тайнан притянул Амару к себе.

– Уйдите с дороги, – приказал он. – Или все узнают, что вы – всего лишь жалкий диктатор.

Ристо не успел ответить, когда дверь, ведущая в оранжерею, распахнулась и в сад вошли две женщины и четверо мужчин. В такт их шагам побрякивали странные ключи, прикрепленные к их поясам. Тайнан тотчас понял, что это и есть те «Штопоры», о которых говорила ему Амара. Правда, она не упоминала о том, что они наносят татуировки на лица. Когда вперед вышла женщина, глаза которой были обведены сложным узором, изображающим морду леопарда, Тайнан подумал, не забыла ли Амара рассказать ему еще о чем-нибудь важном.

Решив избегать новых ошибок, Амара оттащила Тайнана назад, туда, где он сидел с Ристо. Там было пространство, которое позволило бы им вести бой. Амара была вполне готова к этому, предчувствуя, что разговоры окажутся бесполезными. Женщина-леопард двухметрового роста казалась серьезной противницей. Ее походка свидетельствовала о немалой агрессивности. Одетая в красный летный костюм под цвет рыжим волосам, она бросила на Амару презрительно-враждебный взгляд, но, увидев Тайнана, начала плотоядно облизывать губы.

За ней шел худой темноволосый юнец, одетый в черное, как и другие мужчины. Изо всех сил пытаясь подражать походке и манерам предводительницы, он все же не смог перенять ее властности. Следом выступала миниатюрная девица в летном костюме едко-зеленого цвета. Каштановые кудри падали ей на глаза. Рядом с ней был медлительный коренастый молодой человек, немного напоминавший крепкого Ристо. Последние двое, несмотря на свои темные мужские одеяния, были женственно мягки и красивы. Темно-золотистые локоны первого были стянуты лентой, а русые кудри второго делали его похожим на ангела. Амара сразу поняла, что вид их обманчив.

Надеясь изменить ситуацию, Амара мысленно разделила «Штопоров» на две группы: к одним придется применить физическую силу, к другим – телепатическое воздействие. Какой помощи ожидать от Тайнана, было неизвестно. То, что он собирался применить силу, внушало некоторую надежду – но обладает ли философ необходимыми для этого навыками?

– На меня ваша работа произвела большое впечатление, доктор Кортес, – продолжал между тем Тайнан. – Трудно поверить, что вы пригрели «Штопоров», ведь вашими собеседниками могли бы быть лучшие умы галактики.

Снова заложив руки за спину и наклонившись вперед, Ристо обиженно выпятил вперед нижнюю губу:

– Такая откровенная лесть ничего вам не даст, Тайнан. На протяжении всей истории человечества лучшие умы встречали только презрение, и до недавнего времени я мирился с такой судьбой. А потом вдруг понял: достаточно изменить орбиту-другую, и все поймут, что мною следует восхищаться.

– Боже! – ахнула Амара. – Вы шутите! Орбиты планет соотносятся со спутниками так же точно, как детали механизма древних часов. Если сдвинуть с орбиты хоть одно небесное тело, это отразится на всех!

Ристо пожал плечами.

– Вот именно, лейтенант. Но я не хочу вызывать катаклизмы – только подтолкну седьмой спутник Юпитера к восьмому. Масса Юпитера должна выдержать небольшое повышение орбит его спутников, так что изменение будет замечено, но вряд ли приведет к дурным последствиям. Я все-таки ученый, а не безумец.

– Но вы же не знаете, к чему это приведет! – воскликнула Амара.

– Любой эксперимент чреват непредвиденными последствиями, но, найдя способ изменить орбиту спутника, я ведь не мог не проверить своего открытия, правда?

«Штопоры» вышли с Ристо, Амарой и Тайнаном на центральный дворик, но суть спора их ничуть не интересовала. Миниатюрная шатенка прошла к сервировочному столику и взяла печенье:

– Хочешь, Сид?

Коренастый молодой человек протянул руку за яблоком в тесте. Мечтая, чтобы эти двое продолжали лакомиться, Амара сосредоточила внимание на других и обратилась к Ристо:

– Вы заставили своих живописных подопечных повредить наш корабль, чтобы мы сделали здесь остановку – но для чего? Аладо это известно и, как я уже говорила, мы опаздываем. Очень скоро они начнут выяснять причину нашей задержки.

– Это неприятное осложнение, но, к сожалению, неизбежное. Видите ли, чтобы осуществить мои намерения, мне нужен мощный двигатель, а моторы Звездного крейсера легко можно модифицировать. – Он указал на «Штопоров», стоявших у него за спиной. – Команда моих талантливых механиков разберет ваш корабль и за час подготовит необходимые детали. Когда подкрепления Аладо прибудут сюда – а я не сомневаюсь, что они появятся – здесь не будет ни ваших следов, ни следов вашего корабля, лейтенант. Я не думал, что в мою ловушку угодит Тайнан Торн, но раз уж он здесь, ему удастся наблюдать за моим экспериментом.

– Вам не обязательно осуществлять ваш план, чтобы получить заслуженное признание, – убеждал его Тайнан. – Достаточно представить ваши открытия на очередной крупной научной конференции. А сейчас вам следовало бы интересоваться мирными переговорами. Если я опоздаю на них, может начаться война. Тогда человечество окажется перед такой серьезной угрозой, что никому не будет дела до ваших теорий. Мирное сосуществование нужно вам не меньше, чем всем другим, доктор Кортес. Отпустите нас, и мы позаботимся о том, чтобы корпорация Аладо поддержала ваши исследования.

Ристо взглянул на своих механиков:

– Слышали? Мне только что предложили взятку!

Явно развеселившись, высокая женщина с экзотической татуировкой шагнула вперед, подбоченилась и встряхнула своей рыжей гривой.

– Я о вас никогда не слышала, мистер Торн, – хрипло сказала она, – но мы с вами очень близко познакомимся. За ним нужно присматривать, Ристо – я заберу его к себе в комнату и привяжу к кровати. Пусть остальные тем временем устроят лейтенанту прощальную вечеринку.

Раздраженный ее словами, Ристо выпрямился:

– Прекрати, Райва. Умерь свой пыл – сначала надо разобрать Звездный крейсер.

Повернувшись к Райве, Кортес, сам того не желая, дал Амаре удобную возможность действовать. Опасаясь ее упустить, Амара пожала руку Тайнану и тут же ударом ноги опрокинула сервировочный столик на шатенку и Сида. Лакомства разлетелись, Сид поскользнулся на разлившемся заварном креме и рухнул, увлекая за собой подругу. Потом Амара внедрила в сознание женоподобных молодых людей кошмарные видения. Схватившись за головы, они испуганно завопили.

Радуясь возможности подраться, Райва метнулась к Амаре, но та была к этому готова. Схватив Райву за руку, Амара швырнула ее на опрокинутый сервировочный столик. Так же, как Сид и его подруга, воинственная дама поскользнулась и упала, ошеломленная и измазанная липкой массой. Амара кинулась к последнему «Штопору», заметив краем глаза, что Тайнан нанес резкий удар по шее Ристо. Ноги астронома подкосились и тут Тайнан с такой силой двинул его в подбородок, что тот полетел в заросли экзотических кустарников.

Желая помочь Амаре, Тайнан отстранил ее и, развернувшись, вывел из строя последнего «Штопора». Потом, схватив Амару за руку, потащил к двери. Стукнув по кнопке управления, они выбежали из оранжереи как раз в тот момент, когда Райва, Сид и маленькая шатенка начали подниматься на ноги. Им мешали валявшиеся повсюду пирожные, поэтому пока «Штопоры» добрались до двери, Тайнан и Амара уже успели скрыться из вида.

– Куда? – крикнул Тайнан.

Амара, хорошо запомнившая дорогу, побежала к кораблю. Почти достигнув цели, они столкнулись с седовласым слугой. Держа обеими руками лазерный пистолет, он преградил им дорогу.

– Вы собрались в путь? – насмешливо спросил он. – Но, кажется, я не слышал, чтобы Ристо позволил вам улететь.

Амара подняла руки, сделав вид, что сдается, но тут же резким ударом ноги выбила у него пистолет. Оружие со стуком упало на пол. Схватив его, Амара вместе с Тайнаном помчалась к двери отсека. В эту минуту в коридор выскочили Райва и ее команда. Амара обернулась и, тщательно прицелившись, выстрелила в ноги Райве. Потом прошлась огнем по коридору и побежала вслед за Тайнаном.

Он был уже возле корабля, но дожидался лейтенанта у трапа. Вскарабкавшись за Тайнаном в крейсер, Амара швырнула ему лазерный пистолет, закрыла люк и велела Стиву открывать шлюз отсека, пока она идет в рубку. В ответ на сигнал компьютера индикаторы в конце отсека вспыхнули красным светом, и широкие двери начали медленно открываться.

Сев в кресло второго пилота, Тайнан наблюдал за тем, что передавали на экран задние сканнеры. Он полагал, что Ристо и один из «Штопоров» все еще лежали без сознания в оранжерее, но Райва и четверо остальных прибежали вслед за ними в отсек и теперь, когда он начал разгерметизироваться, их затягивало вперед. Они пытались удержаться, но было ясно, что как только двери откроются, «Штопоры» погибнут.

– Подождите! – вскрикнул Тайнан. – Они же умрут!

Амара изумленно взглянула на него:

– А вы считаете, что они достойны жить?

– Да! Дайте им шанс уцелеть, а потом улетайте.

Подумав о том, что лучше – исполнить просьбу Тайнана или окончательно рассориться с ним, – а вместе с тем надеясь, что не совершит еще одну, чреватую дурными последствиями ошибку, Амара обратилась к компьютеру:

– Стив, закройте двери на десять секунд, а потом откройте снова.

Амара наблюдала на экране, как «Штопоры» изо всех сил стараются удержаться на месте. На их отчаяние страшно было смотреть. Когда наружные двери отсека захлопнулись, «Штопоры» попытались убежать. Последний из них успел проскользнуть в двери основного помещения станции, когда шлюзовые створы снова начали раздвигаться.

– Спасательная операция прошла успешно, – сухо доложила Амара. Она вывела Звездный крейсер в космос и плавно развернулась.

– Закройте двери шлюза, Стив, и дайте сетку для наведения пушки.

– Какой пушки? – вскричал Тайнан. – Это же мирная миссия!

– Не паникуйте. Я собираюсь взорвать шлюзы, чтобы нас не преследовали. Человеческих жертв не будет.

Амара методично расстреляла все три шлюзовых двери, чтобы отсеки больше нельзя было загерметизировать, а значит, и воспользоваться ими. Она также подбила «Упрямца», стоявшего в третьем отсеке. Топливные баки оказались почти пустыми, так что взрыв был слабый.

Довольная тем, что хоть это у нее получилось, Амара облетела обсерваторию, рассказывая Тайнану, как наткнулась на штопор и почему решила срочно вылететь.

– Пожалуйста, простите мне тот поцелуй, но я надеялась, что мы успеем покинуть астероид раньше, чем прилетят «Штопоры».

Сбитый с толку неожиданной стрельбой, Тайнан почти забыл о ее поцелуе.

– Не стану отрицать, что это удивило меня, – признался он, – но по крайней мере, теперь я знаю ваш условный знак. Что, все пилоты Аладо считают поцелуй сигналом тревоги?

– Нет, кажется, я первая этим воспользовалась. А теперь помогите мне кое-что найти. Ристо не мог рассчитывать увезти двигатель Звездного крейсера на «Упрямце», так что здесь должен быть еще один корабль.

Амара обследовала скалистую поверхность астероида, и очень скоро они нашли еще один хорошо замаскированный вход в отсек. Амара взорвала шлюз и стоявший внутри отсека транспортный корабль.

– Теперь доктору Кортесу и его подопечным придется сидеть дома и ждать прибытия сил Конфедерации. – Амара повернулась к Тайнану, и очень огорчилась, увидев хмурое лицо. – Извините, что не сообщила вам о нашем вооружении. Я надеялась, что нам не придется им воспользоваться, но, право же, не могу позволить Ристо преследовать нас или избежать наказания.

– Почему вас сочли нужным вооружить для выполнения мирного полета? – спросил Тайнан.

После того, что произошло, Амару удивил его вопрос, но она спокойно ответила:

– Чтобы предусмотреть любые происшествия. И теперь я очень рада этому. Однако вы, кажется, разочарованы. Вам хотелось, чтобы вас привязали к кровати Райвы?

Тайнан с досадой отвернулся:

– Как это только пришло вам в голову?

– Просто вы странно отреагировали на наше спасение. Спасибо, конечно, за помощь. Честно говоря, я сомневалась, что вы способны применить силу, но очень рада, что это произошло. Почему вы не сказали мне, что прекрасно владеете боевыми искусствами?

– Не было повода. Это один из видов спорта, которыми мы занимаемся в Цитадели. Уж не думаете ли вы, будто я горжусь тем, что вынужден был прибегнуть к грубой силе?

– Надеюсь, что гордитесь. Убеждать Ристо было бесполезно. Вам нечего стыдиться. Мы поступили правильно.

Тайнан покачал головой:

– Нет, мне надо было воздействовать на него словами, а я повел дело очень плохо. – Он подался вперед, чтобы расстегнуть привязной ремень, но внезапно ощутил головокружение и снова откинулся назад. – Непростительно! – тихо простонал он.

Сначала Амаре показалось, что Тайнана просто мучают угрызения совести, но скоро она поняла, что это более серьезно.

– Тайнан, посмотрите на меня!

Тайнан попытался повернуться к ней, но его голова бессильно поникла, и тело обмякло. Он схватился было за подлокотники, но снова весь обмяк. Не будь он пристегнут к креслу, то, наверное, упал бы.

Вскочив, Амара бросилась к Тайнану и обхватила ладонями его голову. Глаза Хранителя были открыты, но взгляд затуманился.

– Тайнан, послушайте! Ристо угощал вас. Что вы ели?

Ему казалось, что все вокруг него кружится. Чтобы избавиться от этого ощущения, Тайнан закрыл глаза:

– Пирожок. Синий сок.

– Синий?! Господи, что же он вам дал?

Тайнан улыбнулся.

– Я не стал пить сок из-за гадкого вкуса.

– А пирог? Какой у него был вкус?

– Странный.

– Вспомните, Тайнан. Что в нем было странного? Слишком сладкий, слишком кислый? Что было необычно?

Тайнан приоткрыл глаза, но лицо Амары казалось каким-то кривым. Испугавшись, он поспешно зажмурился.

– Странный, – пробормотал он. – Как та татуировка леопарда, очень странный.

Амара ушла из рубки, чтобы заглянуть в корабельную аптечку. Там были маленькие инъекторы с различными противоядиями, но не зная, что дали Тайнану, она не могла решить, какое средство применить и в какой дозировке. Надеясь, что скорее всего это просто снотворное, Амара вернулась к нему.

– Вас не тошнит? – спросила она.

Тайнан попробовал покачать головой, но та не слушалась его.

– Все как-то волшебно сверкает, даже вы.

Амара прижалась лбом к его лбу. У Ристо она испугалась, но сейчас ее охватил ужас. Взяв его запястье, девушка немного успокоилась – пульс был ровный и сильный. Вызвав Стива, сообщила ему симптомы Тайнана.

– Больше всего напоминает галлюциноген, – отозвался компьютер. – Он получил большую дозу?

Амара приподняла голову Тайнана, заставив его посмотреть ей в глаза:

– Вы сказали, что съели пирожок. Можете показать мне, какой он был?

Тайнан поднял дрожащие руки и показал пальцами размеры печенья.

– Крошечное, – промолвил он.

– Ристо не мешал «Штопорам» есть сладкое, так что дело наверняка в пунше, точнее, в вашем бокале. В пунш что-то добавили. Вы уверены, что отпили всего один глоток?

– Вполне, – пролепетал Тайнан, стараясь говорить четко. Потом он вдруг запел. Слова были так же неразборчивы, как и мелодия.

Несмотря на страх Амара невольно улыбнулась. Голос у Тайнана был великолепный, но сейчас не время было хвалить.

– Стив, мне удалось заменить три из девяти поврежденных сканнеров до того, как начались неприятности. Хоть этого и маловато, мы должны добраться до базы Конфедерации без новых происшествий. Теперь возьмите на себя управление, а я займусь нашим пассажиром. Вызовите меня немедленно при первой необходимости.

– Слушаю, лейтенант.

Амара отвела со лба Тайнана завитки темных волос и погладила его по щеке.

– Пошли, герой, поставим вас под душ. Может, у вас немного прояснятся мысли.

Она расстегнула пряжку ремня безопасности и подняла Тайнана с кресла, но он бессильно повис на ней, и Амара с трудом вывела его из рубки. Спотыкаясь и пошатываясь, они ввалились в пассажирскую каюту, и едва Тайнан ухватился за спинку первого сидения, Амара рухнула в соседнее кресло. Девушка попыталась встать, но он крепко держал ее и все время смеялся.

– Тайнан, прекратите сейчас же!

– Прекратите, прекратите! – забормотал он фальцетом, но не разжал объятий. Потом взъерошил ей волосы, уткнулся лицом Амаре в плечо и держал у себя на коленях, неуклюже прижимая к себе.

Радуясь, что все обошлось лишь затемнением сознания, Амара положила ладони на его руки:

– Хорошо, что я не отведала угощения Ристо – не то мы оба вели бы себя так нелепо. А теперь поднимайтесь – душ и крепкий сон помогут вам прийти в себя.

– Мне нужна только ты.

– Нет, этот вариант не обсуждается. Отпустите меня – я хочу встать.

Поняв, что Тайнан и не думает слушаться, Амара послала такой строгий телепатический приказ, что, оглушенный наркотиком, он повиновался. Встав в проходе, она ждала, пока философ поднимется, но похоже, он был не в состоянии этого сделать. Если бы это средство подействовало несколькими минутами раньше, им не удалось бы улететь с астероида Ристо. Подумав, как мало у них было шансов спастись, Амара ласково помогла Тайнану встать на ноги.

Крепко придерживая его за талию и уворачиваясь от поцелуев, она с трудом довела Тайнана до туалета. Открывая дверь, прислонила его к переборке, но он тут же сполз на пол. Она очень расстроилась, но вдруг поняла, что пока Торн сидит, с него можно снять сапоги. Встав рядом с ним на колени, начала стягивать левый сапог.

– Очень красивые сапоги, Тайнан. Их делают сами Хранители?

Тайнан наклонился вперед, запустил пальцы в ее локоны и, притянув девушку к себе, крепко поцеловал. Он действовал явно бессознательно, но Амаре трудно было его оттолкнуть.

– Хватит, герой-любовник. Ну-ка, давайте снимем второй сапог.

– Сапоги… – отозвался наконец Тайнан.

– Да. Вы же не захотите принимать душ в обуви и в летном костюме.

Отшвырнув второй сапог, Амара начала стаскивать с него летный костюм, с облегчением увидев, что под ним нижнее белье. И с одетым Тайнаном трудно было справиться, так что она не собиралась раздевать его догола. Он хихикал и вертелся, совсем не помогая ей, и вставать тоже не стал, а просто заполз в душ.

– Я оставлю вас на минуту, так что утонуть вы не успеете, – сказала Амара.

Она включила теплую воду и, предоставив ему наслаждаться душем, закрыла дверь. Потом пошла на камбуз выпить воды и вскоре вернулась обратно и выключила воду.

Мокрые пряди волос упали на лоб Тайнана, и он по-прежнему продолжал смеяться.

– Вы забыли снять с меня нижнюю одежду. Никто так не моется!

Он с трудом стащил с себя рубаху. Его грудь и руки оказались такими же загорелыми, как и лицо. Стараясь побыстрее избавиться от мокрого белья, Тайнан выпрямился, и не успела Амара остановить его, как он стянул с себя и кальсоны.

Все тело Тайнана было очень смуглым, то ли он загорал голым, в чем Амара сомневалась, то ли в нем была испанская или индейская кровь, чему не соответствовало имя. Однако сейчас Амару совсем не занимало его происхождение. Вместо полотенец на корабле использовали теплый воздух. Обнаженный Тайнан был так же хорош, как и одетый, но Амаре не хотелось, чтобы он разгуливал голым по кораблю, особенно в таком игривом настроении. Собрав мокрое белье, она запихнула его в приспособление для стирки и сушки.

Тайнан ухватился за дверь и улыбнулся ей.

– Тебе надо было залезть в душ со мной вместе, – медленно проговорил он.

Амара старалась смотреть только ему в лицо, избегая разглядывать тело, но глаза невольно скользили по всей фигуре. Она видела немало обнаженных мужчин. Каждый был хорош по-своему, но сейчас она не могла вспомнить ни одного из них.

– Сейчас я пойду за вашим балахоном. Оставайтесь здесь.

Амара повернулась, но Тайнан остановил ее:

– Нет, останься со мной!

– Тайнан, но я действительно должна…

Страстный поцелуй оборвал слова Амары. Влажный и теплый Тайнан прижался к ней. Амара положила руки ему на плечи, потом обхватила его за шею, и ее пальцы скользнули по его спине… Гладкое бронзовое тело Тайнана отозвалось на это прикосновение, возбудив ее не меньше, чем поцелуй. Он чуть наклонился к ней, и каждое его движение было манящим, зовущим, разжигающим страсть. Но она понимала, что это лишь начало.

Чтобы освободиться из его объятий, Амаре понадобилось не меньше мужества, чем при столкновении со «Штопорами», но после нескольких пьянящих поцелуев ей все-таки это удалось. Несмотря на все их предшествующие разговоры, Тайнан явно надеялся на близость с ней. Сейчас, когда Тайнан был одурманен наркотиками, Амара могла понять его поведение, но собственная реакция ужаснула ее. Стыдясь своего желания, девушка вытерла слезы и сдвинула два сиденья, на которых он спал прошлой ночью.

Взяв Хранителя за руку, она подвела его к кровати:

– Засыпайте, Тайнан – и к утру вы забудете этот неприятный инцидент.

Тайнан снова попытался схватить Амару, но на этот раз она увернулась.

– Нет! – решительно сказала она. – Вы хотите невозможного. Спите.

Лейтенант Грир ушла за его балахоном, а когда вернулась, Тайнан уже крепко спал. Не совладав со своими чувствами, Амара прижалась губами к его бедру. Потом накрыла его мягким шерстяным балахоном и, решив сосредоточиться на своих обязанностях, отправилась в рубку и записала в вахтенный журнал все подробности происшествия на астероиде Ристо Кортеса.

Упомянув о том, что Тайнану подсыпали наркотик, она умолчала о том, какая сильная страсть охватила их.

– Иногда я завидую вам, Стив, – печально призналась она.

– Почему? Быть человеком гораздо лучше, чем компьютером.

– Да, но порой это очень тяжело.

– Как это?

– Иногда нам бывает невыносимо одиноко, так не хватает друга, что мы готовы вести беседу даже с обаятельным компьютером.

– Спасибо, но, по-моему, обаяние в мои программы не включено.

– Может, и нет, – размышляла вслух Амара, – но все же вы меня слушаете. Вероятно, большего мне и не нужно. Сейчас я должна отдохнуть. Будите меня каждые два часа, пожалуйста. Мне следует проверять, спит Тайнан или потерял сознание.

– Слушаю, лейтенант. Приятных сновидений.

Выходя из рубки, Амара похлопала рукой по пульту.

– Приятных сновидений, – откликнулась она. Но раз она не может быть с Тайнаном, пожелание Стива вряд ли осуществится.

 

Глава 8

Под влиянием наркотика Тайнану снились странные существа с леопардовой шкурой. Они угрожали острыми когтями и перепончатыми крыльями. Наполняя воздух своими резкими криками, существа налетали на него и пытались сорвать с зубчатой стены Цитадели. Они проносились все ближе и ближе, а безоружный Тайнан отбегал и уворачивался от них, ожидая помощи, которая, как он опасался, так и не придет…

Хранитель бросил умоляющий взгляд вверх – и вдруг увидел сверкающий серебром корабль. Уверенный в том, что пилот Амара, он радостно закричал, но тут же крылатый демон сорвал с него балахон. Огонь лазера ударил в летящее чудовище и мгновенно прикончил его. Крылья бессильно запутались в темно-лиловом балахоне, и странное создание упало вниз.

Тайнан ощутил радостное возбуждение, которое испытал, играя в «Банши Квест»: кипевшая вокруг него битва волновала, как сложная игра. Летающие чудища бросились в сторону, но пилот стрелял метко и в несколько секунд покончил с ними. Тайнан продолжал восторженно следить за кораблем, который бесшумно облетел Цитадель, а потом исчез в лучах солнца.

Тайнана покинули в тот момент, когда ему так хотелось отпраздновать победу! Он выбежал из Цитадели и бросился к полям, но корабль исчез, и на его крики никто не ответил. Охваченный отчаянием, он проснулся и понял, что находится в том самом корабле, за которым бежал. В пассажирской каюте горел только ночник, и под воздействием галлюциногена Тайнан видел все в какой-то сверкающей фиолетовой дымке. Это сияние обдало манящим теплом его обнаженное тело, и Тайнан вдруг почувствовал такую же, как и во сне, потребность найти Амару. Он медленно встал, решив отправиться на ее поиски.

Амара устроилась у входа в рубку и уже крепко спала, когда Тайнан лег рядом и притянул ее к себе. Сонно улыбнувшись, она прижалась к нему всем телом. Он отвел с ее лица спутанные локоны и поцеловал в щеку. Сейчас ему нужно было только касаться ее, но хотелось удержать рядом с собой навсегда. Успокоенный, он снова провалился в сон.

– Пора, лейтенант, – чуть позже объявил Стив.

Амара что-то невнятно пробормотала. Она уже два раза вставала взглянуть на Тайнана, но сейчас почему-то не могла вспомнить, зачем попросила Стива ее разбудить.

– Лейтенант! – громче повторил Стив.

– Слышу, – сонно вздохнула Амара – и в ту же секунду ощутила руку Тайнана на своей талии. Изумившись, она попыталась сесть, но он еще крепче прижал ее к себе. Дышал он медленно и ровно, лежал в непринужденной и удобной позе, но рука крепко удерживала Амару.

Амара попыталась выскользнуть из постели, но Тайнан еще теснее прижался к ней. Лежа в его объятиях, она ощущала себя любимой, хотя и была уверена в том, что ее спутник спит очень крепко и не сознает, кто рядом с ним. Но девушке вдруг страстно захотелось, чтобы Тайнан действительно любил ее. Она понимала, что это глупо, но, наслаждаясь этой неожиданной близостью, решила не будить его.

Поняв, как хочется быть любимой, Амара расстроилась до слез. Так как Тайнан спал, то не стала их сдерживать. Сначала она познакомилась с Тайнаном по его книгам, ошибочно заключив, что этот немолодой человек живет только интеллектуальными радостями. Увидев этого красивого молодого мужчину, она не перестала восхищаться его идеями. Но до чего же грустно думать о том, что они такие разные и пробудут вместе так недолго. Поплакав, она осталась в его объятиях до утра.

Тайнан всегда спал один. Проснувшись и поняв, что рядом с ним кто-то лежит, он вздрогнул от неожиданности. Свет в каюте по-прежнему был слабым, но фиолетовая дымка исчезла, и он без труда узнал Амару. Ему показалось странным, что она одета, но если уж Амара наконец согласилась спать с ним, то был готов примириться и с этим.

Чуть приподняв голову, Тайнан хотел посмотреть на девушку, но она уже проснулась.

– Доброе утро, – прошептал он, а потом наклонился и сжал губами ее ухо.

– Пожалуйста, не надо.

Удивленный, Тайнан повернул ее лицо к себе:

– Как это «не надо»? Не слишком ли поздно для такой просьбы?

Амара собиралась встать раньше, чем он проснется, но оттягивала момент расставания. Недвусмысленный вопрос Тайнана выражал его уверенность в том, будто между ними что-то произошло. Амаре не слишком хотелось разуверять его.

– Вчера вечером я уложила вас спать, чтобы поскорее прошло, действие наркотика, которым накачал вас доктор Кортес. Вы забрались в мою постель в полусне, и я разрешила вам остаться. Так что, как видите, ничего не произошло – и не произойдет.

Не поверив ей, Тайнан приподнялся и с досадой убедился, что они действительно лежат на ее кровати, а не у него, как он сначала решил.

– Вы всегда позволяете нагим мужчинам забираться к вам в постель? – спросил он.

– Никогда.

– Но мне же вы разрешили!

Его лукавая улыбка разозлила Амару.

– Нечего ухмыляться, Тайнан! Говорю вам: ничего не было!

Тайнан всмотрелся в ее лицо, заметив в нем напряжение, и усомнился в произнесенных словах.

– Честно говоря, я ничего не помню после того, как оказался в душе в нижнем белье, так что вынужден положиться на ваши слова. Но все же, по-моему, вы лжете.

– Лгу?! – Оскорбившись, Амара хотела соскочить с постели, но Тайнан приподнялся и удержал ее. – Пустите меня! – потребовала она.

– Разве можно так говорить с делегатом мирной конференции, которого вы поклялись защищать?

– Если он и дальше будет проявлять такую агрессивность, то – да!

Тайнан наклонился и поцеловал ее в лоб.

– Извините, если вчера разочаровал вас. Не сомневаюсь, что вскоре я справлюсь с этим лучше.

Уверенная, что Тайнан не разочаровал бы ее, Амара густо покраснела. Однако если бы сказала об этом, он еще пуще принялся бы ухаживать за ней, а Амаре этого не хотелось.

– Вам нужна другая женщина, Тайнан.

– Так я не разочаровал вас? – спросил он. Теперь улыбка у него была просто чудесная, но вопрос показался ей абсурдным.

– Ничего не произошло! – твердо сказала она. – Под действием наркотика вы ходили во сне. Не полагайтесь на свои фантазии. Я вас пожалела – вот и все.

Тайнан наклонился и снова поцеловал ее. Застигнутая врасплох, Амара сказала:

– Ваш поцелуй не похож на проявление жалости.

Амара знала, что это был страстный поцелуй, но не хотела признаваться в этом. Она молча отвернулась и закрыла глаза: если Тайнан не хочет прислушаться к голосу разума, ей придется просто его игнорировать.

Блеснувшие в ее глазах слезы заставили Тайнана замолчать. Конечно, он не знает женщин, но даже ему было понятно, что Амара плачет не от радости.

– Я не хотел вас огорчить, – поспешно сказал он. Смущенный тем, что ему не удалось продлить ту радость, которую, как ему казалось, они испытали ночью, он встал и прошел в туалет. Там на крючке висел его летный костюм и уже высохшее нижнее белье. Тайнан посмотрел в зеркало: небритый, он выглядел довольно угрожающе. Возможно, ему стоит на время переговоров отрастить бороду.

Одевшись, он подождал, пока Амара примет душ, решив приготовить для нее йогуртовую смесь.

– Я приготовил вам завтрак, – объявил он, когда девушка вернулась в каюту. – Скажите, как у меня получилось.

– Уверена, что хорошо. Спасибо.

Амара разложила столик и села, но вид у нее по-прежнему был расстроенный. Тайнан не знал, что делать. Принеся из камбуза свою кашу, сел рядом с ней.

– Вас тревожит, что я не смогу хорошо представлять Аладо…

– Это не так!

– Допускаю, что вас беспокою не я, а агрессивность других делегатов. Так?

Амара кивнула. Йогурт Тайнана был не слишком вкусным, но еще ни один мужчина не готовил ей еду, и Амара была так тронута, что промолчала.

– Хранители не всегда жили так мирно, как сейчас. В детстве я постоянно дрался с одним мальчишкой, которого они воспитывали. – Тайнан почувствовал, что ему трудно рассказывать об Орионе Шоде без неприязни. – Он был на шесть лет старше и с дьявольским наслаждением измывался надо мной. Если мне поручали что-нибудь сделать, он дожидался, когда я закончу, а потом старался все испортить. Так что все думали, будто я плохо выполнил задание. Тогда меня наказывали, а он хохотал и подначивал других мальчиков, чтобы те тоже надо мной издевались.

– А как же Главный Хранитель? Разве он не замечал, что происходит?

– Тогда этот пост занимал не Грегори Нэш, и, к сожалению, того человека ввела в заблуждение моя неудачливость. Этот русоволосый мальчик прикидывался ангелочком, как только подозрения падали на него. Мы глубоко презирали друг друга, но он был старше, и мне приходилось плохо. Когда мне исполнилось двенадцать, я наконец нашел в себе силы положить этому конец.

Пораженная его рассказом, Амара отодвинула йогурт:

– И что же вы сделали?

– Вызвал его на бой во дворе. При этом было много свидетелей, так что отказаться он не мог – его сочли бы трусом. Я заставил его заплатить за все.

– Вы его сильно избили?

Тайнан рассмеялся, хотя эти воспоминания причиняли ему боль.

– Нет. Ему было восемнадцать, и он значительно превосходил меня в весе, по меньшей мере килограммов на пятнадцать. Я попал в лазарет с тремя переломанными ребрами, но когда оттуда вышел, его в Цитадели уже не было. С тех пор я никогда не боялся вступать в бой. Неважно, кто противник и что за бой мы ведем: спарринг в спортзале или философский спор.

Я искренний сторонник мира, Амара, но это не значит, что готов жертвовать своими принципами. Если я отращу бороду, натяну капюшон и начну говорить низким голосом, то этот внушительный вид поможет мне отстоять интересы Аладо. Но все равно буду рад выслушать ваше мнение по поводу того, какой мне выбрать подход к другим делегатам. Вы поможете мне?

– Мне крайне неловко предлагать вам помощь. – Смутившись, Амара пристально разглядывала остатки своего йогурта. – Я уверена, что вы оправдаете надежды, которые возлагает на вас Аладо.

– Я с большим удовольствием оправдал бы ваши.

Когда Амара решилась поднять на него взгляд, то увидела, что он серьезен. Казалось, обрадовать ее для него было не менее важно, чем обеспечить длительный мир во всей галактике. На ее глаза навернулись слезы. Вставая, она отерла их рукавом:

– Спасибо, но это невозможно. И за йогурт тоже спасибо. Он был очень вкусный.

Оставив все на столе, Амара направилась в рубку.

Тайнан проводил ее взглядом. Ему стало тоскливо. Философ уже убедился, что Амара очень уверенно ведет себя, столкнувшись с настоящей опасностью. Так почему же она плачет, когда он предлагает ей сблизиться с ним? Конечно, этому есть объяснение, но едва ли он когда-нибудь получит его от Амары.

– Черт подери, Стив! Вам следовало бы знать о вашем пилоте гораздо больше!

– У нее высшая квалификация, Тайнан. Больше никакой информации не требуется.

– Может, вам и не требуется, но я плохо знаю ее.

– Так узнайте!

Задумавшись над этим советом, Тайнан вдруг расхохотался:

– Вы правы! Я знаю лейтенанта не так хорошо, чтобы понимать ее, а ведь хочу считаться экспертом по ведению сложных переговоров!

Тайнан закончил завтрак и немного спустя пошел в рубку к Амаре. Бросив взгляд на нее, понял, что она встревожена, но решил, что тревога не связана с ним.

– Что случилось?

Амара покачала головой:

– Ничего серьезного. Просто не смогла починить все сканнеры. Когда поняла, что мы на базе «Штопоров», было уже не до ремонта. А теперь те три, что я установила, дают сбои. Ристо выслал своих «Штопоров» искать любой Звездный крейсер, но даже зная, что он не имел ничего конкретно против нас и не может снова нас потревожить, я не могу избавиться от ощущения опасности.

– А не остановиться ли нам на ремонтной базе Аладо?

– Мы уже далеко от нее, а у нас так мало времени, что мне не хотелось бы менять курс.

– Боюсь, что мои опасения вас расстроили. Извините меня. Дело в том, что я никогда не летал даже на самолете, не говоря о космическом корабле, и…

– Ваши опасения вполне понятны, Тайнан: поверьте, хотя они немного раздражали, но совсем не расстроили меня. – Все так же озабоченная, Амара провела новую проверку, но результат не дал ничего нового: работали только два сканнера правого борта. – Мы не совсем ослепли на правый борт, но близки к этому.

Окончательно расстроившись, Амара откинулась на спинку кресла, но не стала объяснять, как опасен для них выход из строя сканнеров.

– Мы что-нибудь можем сделать? – спросил Тайнан.

– Только быть начеку.

Тайнану хотелось бы отвлечь ее партией в «Банши Квест», но он боялся, что такое предложение покажется ей легкомысленным.

– Может, поговорим о мирной конференции?

– Нет… Вернее, да, я была бы этому рада.

– Хорошо. Вопросы, которые Аладо хочет поставить на обсуждение, приведены соответственно их значению для корпорации. – Он принялся перечислять их, загибая пальцы: – Дальнейшее мирное исследование космоса, права на колонизацию, защита окружающей среды, экспорт природных ресурсов, совместное пользование космическими станциями. Если не ошибаюсь, у других четырех корпораций приоритеты примерно такие же. После разговора с вами, мне показалось, что я заблуждаюсь. Какова главная цель Перегрина?

Радуясь, что можно обсудить нейтральный, хотя и важный вопрос, Амара уселась поудобнее:

– Их главные интересы – природные ресурсы, причем не только экспорт, но и разработка. Погодите минуту. Стив, приготовьте нам таблицу, на которой мы могли бы сформулировать цели корпораций.

Тайнан присвистнул от удовольствия, когда на экране появилась пятицветная таблица. Затем по просьбе Амары компьютер начертил пять колонок с названиями корпораций: Аладо, Перегрин, Европа, Серема и Омега. Под ними появились основные вопросы: исследования, колонизация, окружающая среда, ресурсы и космические станции. Таким образом они получат наглядную таблицу.

– Так как будет вести себя Европа?

Амара слегка нахмурилась:

– Думаю, они, как и Аладо, на первое место поставят мирные исследования.

– А Серема?

– Они никогда не были сильны в технологии, так что, вероятно, для них важнее всего совместное пользование космическими станциями.

– Вы упоминали о том, что Омеге, самой маленькой корпорации, нужны новые колонии. Нам следует считать это их главной целью?

– Да.

Занеся в таблицу предполагаемые цели каждой из корпораций, Амара и Тайнан обнаружили между ними точки соприкосновения, но четкого консенсуса ожидать не приходилось. Тайнан, внимательно изучив таблицу, попросил Стива сохранить ее в памяти.

– Вы мне очень помогли, – сказал он Амаре. – Я прочел заявления, подготовленные каждой из корпораций, но многие из них так туманны, что разницы между ними не ощущается. Ваши комментарии очень полезны для меня.

– Они окажутся полезными, если соответствуют истине. Не исключено, что одна или несколько делегаций прибудет на конференцию с новым набором приоритетов.

Тайнан похлопал ее по руке:

– Если это и произойдет, мы примем в расчет главным образом их историю, а не теперешнюю риторику. Вполне вероятно, что некоторые начнут переговоры с самых незначительных вопросов, желая прозондировать почву, и только потом начнут добиваться своих целей.

– Это неплохая стратегия.

– Конечно. Нам необходимо отличать тактику от реальных целей. – Тайнана вдруг осенила блестящая мысль. – Мне предлагали группу помощников, но я так привык работать один, что отказался. Теперь полагаю, что совершил ошибку. Не согласитесь ли работать со мной во время переговоров?

Амара знала, что ей следует отказаться.

– Я – пилот, – напомнила она Тайнану. – Это было бы неэтично по отношению к дипломатам. Уверена, что секретарь предложит вам более опытных помощников. Они действительно будут полезны вам, а я – нет.

– Чепуха! Вы слишком скромны. Кроме того, у меня право свободного выбора, а я выбираю вас.

Амара покачала головой.

– То, что я первая женщина, с которой вы познакомились, отнюдь не свидетельствует о моей компетентности в проблемах переговоров, Тайнан. Когда мы прилетим на базу Конфедерации, вы несомненно встретите людей, с которыми вам захочется работать больше, чем со мной.

Тайнан скептически взглянул на нее. Амара – первый человек, с которым он познакомился вне Цитадели, но она сказала «женщина», и это показалось ему многозначительным.

– Впервые увидев вас, я счел, что вы очень назойливы, и мне стыдно вспомнить, как я был с вами груб. Теперь, лучше узнав друг друга, мы можем стать превосходной командой. Пожалуйста, измените решение и согласитесь работать со мной на переговорах.

Разрываясь между страстью и страхом перед неизбежной болью, Амара попыталась уклониться от ответа:

– Сейчас я должна приложить все силы к тому, чтобы вовремя доставить вас на конференцию. Давайте отложим все решения до прибытия на базу.

Уверенный в том, что узнал что-то важное, Тайнан взял ее за руку.

– Меня не волнует, сколько женщин на базе Конфедерации, Амара. Мне нужны только вы. Вы – умная, очень красивая и с вами интересно. До нашей встречи я почти никогда не смеялся. Мне стыдно, что я просил вас переспать со мной. Вы правы, что отказали мне. В постель должно приводить настоящее чувство, а не желание приятно провести время.

Я успел привязаться к вам, но пойму, если вы предпочтете мне звездное дитя. Между мужчинами и женщинами происходит так много… существует ритуал ухаживания, если можно так выразиться… а я о нем не имею понятия. Хранители заменяли мне отца, но теперь, встретив вас, я понял, что расти без матери и сестер – трагедия. Цитадель очень ограничивает жизненный опыт. Возможно, все, кто вырастает там, не могут считаться полноценными людьми. Не случись мне вырваться оттуда, я никогда бы этого не осознал.

Амара мягко отняла у него свою руку, и Тайнан испугался, что его слова смутили ее. Он поспешно ушел из рубки, опасаясь, что Амара прямо скажет о своем равнодушии к нему. Шагая по пассажирской каюте, Тайнан понимал, что он – не подросток, страдающий от первой влюбленности, но чувствовал себя не менее глупо. Наверное, многие мужчины признаются в любви равнодушной к ним женщине, но, вероятно, это всегда причиняет боль. Почему-то эта боль показалась Тайнану знакомой.

Вдруг он остановился, ухватившись за спинку кресла. Совсем маленьким ребенком он, несомненно, ощутил разлуку с матерью так же остро, как то, что произошло сейчас между ним и Амарой. Память о той разлуке стерлась, но ощущение осталось. Оно напомнило ему о себе, и Тайнан подумал, что, должно быть, много дней плакал, пока мужчины в балахонах приучали его к жизни в Цитадели.

Слова Тайнана поразили Амару, и, не долго думая, она решила: пусть у них впереди лишь несколько недель, но то, что они испытывают – настоящее чувство. Ее поразило, что такой сложный человек, как Тайнан Торн мог питать к ней любовь, однако она не сомневалась в его искренности. Тайнан сказал, что она близка ему, и для нее не было ничего важнее этого.

– Стив, возьмите пилотирование на себя. Если появится какой-нибудь корабль, пусть даже очень далеко, сразу же вызовите меня.

– Слушаюсь, лейтенант.

Выходя из рубки, Амара дрожала – не от страха, а от волнения. Увидев, что Тайнан стоит посереди каюты в глубокой задумчивости, она растерялась. Когда Торн повернулся и увидел ее, девушка сказала первое, что пришло в голову:

– Жаль, что на корабле нет другой одежды. Боюсь, летный костюм выглядит не слишком привлекательно.

Удивляясь, почему вдруг Амара разочаровалась в своей одежде, Тайнан пожал плечами:

– Вы ошибаетесь. Он вам очень идет.

Амара подошла к философу и обняла его.

– У меня было преимущество перед вами: я прочла ваши работы до встречи с вами и поняла ваш образ мыслей. Меня, как и всех, кто читал ваши книги, глубоко потрясла их подлинность. Но мое представление о вас не соответствовало действительности. Я решила, что мудрость появляется в старости, и ожидала увидеть седого джентльмена с длинной бородой. Меня поразило, что вы так же привлекательны, как и ваши идеи, но я боялась стать для вас чем-то вроде первого опыта.

– Я уже извинился за это.

Смущенный ее близостью, Тайнан не знал, куда деть руки, и в конце концов нежно обнял ее за талию.

– Я знакома с тобой всего четыре дня…

– Да, теперь понимаю, что проявил непростительную настойчивость…

Амара не помнила, чтобы кто-то из мужчин извинялся за подобный недостаток. Философия Тайнана основывалась на вневременных ценностях, но и сам он во многом напоминал пришельца из прошлого. Однако его старомодные взгляды на отношения с женщинами были очень симпатичны Амаре. Рядом с ним дерзкие молодые пилоты казались невыносимо пошлыми, а уж с Орионом его и сравнивать было нельзя.

Прикоснувшись к его губам, она прервала Тайнана:

– Нет, подожди, дай мне договорить. Хотя мы совсем недавно познакомились, я хорошо узнала тебя и хочу, чтобы нас с тобой связало как можно больше. Мне бы очень хотелось любить тебя. Стив будет пилотировать корабль, поэтому нам ничто не помешает.

Ошеломленный Тайнан поцеловал ее руку. Расстегнув летный костюм, он прижал Амару к своей груди.

– Ты права, – сказал он. – Эти летные костюмы совсем не привлекательны. Давай избавимся от них.

Тайнан скинул костюм, а вместе с ним сапоги и рубашку, но Амара, сбросив свои сапожки, вдруг остановилась.

– Как ты относишься к татуировкам, Тайнан?

– Таким, как на лице у Райвы? По-моему, они отвратительны. А что?

– Тогда нам лучше уменьшить свет.

– Нет, я хочу видеть каждый сантиметр твоего тела.

Тайнан нетерпеливо расстегнул молнию на ее костюме. На Амаре оказалось алое кружевное белье, и он лукаво улыбнулся.

– Ты же не знала, что я увижу твое белье. Оно всегда такое соблазнительное?

– Всегда, – с гордостью подтвердила Амара.

– Прекрасно.

Тайнан продолжал стягивать с нее костюм, но когда тот упал на пол, глаза философа остановились на вытатуированной волне, начинавшейся на правой лодыжке. У Амары была такая великолепная фигура, что Тайнан считал любые украшения излишними. Однако Тайнан понял, что ошибся, когда Амара повернулась, и он увидел, как волна движется в ритме прибоя.

– И куда она доходит? – спросил он благоговейным шепотом.

– Тебя это беспокоит?

Тайнан тщательно подбирал слова.

– Да, но это не то, что ты думаешь. – Взявшись за яркие бретельки, он стянул их с плеч Амары.

– Я никогда не раздевал женщину, – пробормотал Тайнан. – Впрочем, ты уже это знаешь…

– Не нужно спешить. – Чтобы доказать ему это, Амара прижалась к его губам таким долгим поцелуем, что, когда они оторвались друг от друга, у обоих кружилась голова. Потом она обвела его губы кончиком языка. Прислонясь к спинке кресла, Тайнан скоро почувствовал, что стоять в проходе очень неудобно. Он взял Амару за руку и повел в глубь каюты, туда, где обычно спал. Устройство кровати он уже вполне освоил и очень скоро увлек Амару на свое ложе.

Амара зарылась лицом в его волосы, а руки скользнули вниз по его спине, между тем как ее язык проник к нему в рот.

Амара, поглощенная страстью, все же помнила о том, что это первый любовный опыт Тайнана. Ей очень хотелось, чтобы он запомнил его на всю жизнь. Выскользнув из объятий, она осыпала его грудь поцелуями, лизнула его соски, потом провела языком по твердым линиям живота. Добравшись до кальсон, она села и стянула их с Тайнана.

Тайнан чуть приподнялся, когда Амара свернулась у него на коленях.

– Что это ты делаешь?

– Просто устраиваюсь поудобнее.

Тайнан затаил дыхание:

– Для чего?

Не пускаясь в объяснения, Амара провела ногтями вверх по его ногам, обхватила ловкими пальцами его твердую плоть и покрыла пылкими поцелуями. Пораженный и обрадованный раскованностью Амары, Тайнан еще крепче прижал девушку к себе. Однако Амара приостановилась, заметив, как нарастает в нем возбуждение. Она несколько раз доводила его почти до экстаза, но в последний момент отодвигалась, давала ему успокоиться, затем снова приникала к нему.

Опыт и нежность к Тайнану подсказали Амаре, когда надо прервать эту сладкую муку. Наконец дав ему удовлетворение, она знала, что он испытал райское блаженство. Свернувшись рядом с Тайнаном, Амара положила голову ему на плечо и терпеливо ждала, когда он придет в себя.

 

Глава 9

Прежние ощущения Тайнана были несравнимы с теми, что заставила его испытать Амара. Даже когда экстаз миновал, Тайнан чувствовал такое всепоглощающее блаженство, что не мог даже шевелиться. Он только молча перебирал локоны Амары, хотя ему очень хотелось сказать девушке что-нибудь нежное и приятное.

Амаре было так уютно в объятиях Тайнана, что она закрыла глаза и скоро заснула, поскольку накануне провела почти бессонную ночь. Когда Тайнан разбудил ее нежными поцелуями, она томно потянулась и попросила у него прощения.

– Извини, но этой ночью я не выспалась.

Амара была рада, что он оценил ее, и, чуть приподнявшись, поцеловала его в губы.

– Должна тебя предупредить, что к этому легко пристраститься. Может, тебе стоит остановиться, пока не поздно.

Тайнан понимал, что она шутит, но все же счел опасность реальной.

– По-моему, уже слишком поздно. То, что ты делала, имеет какое-то название?

– Да, этот древний китайский способ называется «Нефритовая флейта». Думаю, ты догадываешься, почему он дожил до наших дней.

Тайнан прижался к ней лбом, потом чуть отстранился:

– Интересно, где ты этому научилась?

Хотя он говорил это с милой улыбкой и не выказывал ревности, Амара прекрасно поняла, что его любопытство удовлетворять нельзя.

– Прости, но я никогда не обсуждаю прежних любовников с новыми. Сейчас это тебе, может, и не слишком нравится, зато впоследствии ты будешь знать: что бы между нами ни произошло, никто об этом не узнает.

Тайнан предполагал, что у нее были связи, но пока она не произнесла слово «любовники», для него это оставалось абстракцией. Ему вдруг захотелось узнать о них все. Но больше всего его удивляло, почему они расстались с такой необыкновенной женщиной?

– Они все были глупцами.

Амара изобразила возмущение:

– Ты хочешь сказать, что я не разбираюсь в мужчинах?

Тайнан рассмеялся:

– Нет, если уж ты лежишь со мной, значит, прекрасно разбираешься. Но я не понимаю, почему ты не осталась с первым возлюбленным. Он, должно быть, очень глуп, раз потерял тебя.

Амара пристально всмотрелась в лицо Тайнана. Кареглазых любовников у нее прежде не было. К тому же Тайнан казался ей таким необычным, что Амара поклялась себе не заводить других возлюбленных.

– Ты мой первый возлюбленный, – сказала она с такой искренностью, что он не мог усомниться в ее словах.

Хоть Тайнан понимал, что это невозможно, ему очень хотелось верить Амаре. Сейчас он не мог без боли подумать о том, что когда-нибудь ему придется расстаться с ней. Говорить об этом было совсем нестерпимо.

– Ты – моя, – сказал он и поцеловал Амару. Это было красноречивее всех слов, которые она слышала от других.

Прервав страстный поцелуй, Тайнан окликнул Стива:

– Вы как-то предлагали мне музыку. Не найдется ли у вас чего-нибудь романтического?

Тотчас раздались нежные звуки арфы. Сладостная и щемяще-грустная мелодия навевала мысли не о будущем, а о печальном прощании.

– Может, «романтическое» – неудачное слово, Стив? Я хотел бы послушать прекрасную музыку, но не траурную.

Стив предложил еще одну запись, звучавшую хрустально-чисто, но Тайнан снова счел ее невеселой.

– Не печальную, Стив, а романтическую, – укоризненно проговорил он. Когда наконец в каюте зазвучали аккорды гитары, Тайнан поблагодарил Стива.

Амара погладила кудри Тайнана:

– Любовь часто бывает печальной. Ведь все великие произведения о любви – трагедии.

В прекрасных бирюзовых глазах не видно было слез, но Тайнан почувствовал, что ей больно. Ему хотелось бы навсегда прогнать эту боль, но в этот момент мысли Тайнана устремились к телу Амары, а не к душе. Он поднялся с кровати и, взяв Амару за руку, поставил ее рядом с собой.

У Амары была красивая полная грудь, но пенные брызги татуировки сделали ее еще привлекательнее. Очарованный этим удивительным произведением искусства, Тайнан невольно подумал вслух:

– Наверное, художник получил немалое удовольствие от работы.

– Да, ей было интересно создавать сложную композицию, но ничего иного за этим не стояло.

– Извини. Я так мало знаю о татуировках, что мне и в голову не пришло, что это была художница, – сказал Тайнан, смутившись от того, что его вопрос был продиктован ревностью.

Амара придвинулась ближе к Тайнану:

– Я бы сказала, что об одной татуировке ты знаешь довольно много.

– Нет, мне нужно узнать гораздо больше. – Тайнан усадил Амару на край кровати и опустился на колени между ее ног. Обхватив ее за талию, он лизнул кружевной узор на груди, а потом захватил губами нежно-розовый сосок. Амара потянулась к нему, обняла за шею и прошептала нежные слова. Татуировка была так мастерски выполнена, что Тайнана не удивило бы, если бы он ощутил солоноватый вкус моря, но ее кожа была такой же сладостной, как и поцелуи.

– Ты великолепна, – прошептал он, захватив в рот второй сосок.

– Ты тоже, – ответила Амара.

Тайнан чуть отстранился и заглянул ей в глаза. Увидев в них только тепло, он поверил в искренность ее слов. Когда Амара, оперевшись на локти, откинулась назад, Тайнан провел языком по всей линии волны, спустился по ребрам к мягкому изгибу живота. Когда кончик его языка коснулся пупка, она рассмеялась. Тайнан наслаждался звуком ее смеха.

Сначала внимание Тайнана привлекла волна, взбегавшая вверх по правой ноге Амары, потом его соблазнили естественные тепло-розовые тона левой ноги. Он провел руками по внутренней части ее бедер, и Амара раздвинула их навстречу ему. Его пламенный поцелуй не вызвал у нее никакого смущения.

Конечно, для нее в этом не было ничего нового. Он со стыдом признался себе, что ревнует ее к мужчинам, имен которых никогда не узнает, равно как и их самих. Он понимал, что ревность – недостойное чувство, но не мог избавиться от нее. Тайнан хотел, чтобы Амара принадлежала только ему. Он коснулся губами треугольника золотистых волос и вдохнул аромат ее тела. Поощряемый тихим стоном блаженства, он насладился ею сполна.

Тайнан ощущал, как тело Амары трепещет от сладкого ожидания, но ему не хотелось, чтобы она одна испытала восторг. Приподнявшись, он уложил Амару на кровать и лег с ней рядом, прижимаясь к ней своим сильным телом. Они были почти одного роста, Тайнан вошел в нее уверенным движением. Она выгнулась навстречу, и Тайнан замер, наслаждаясь жаром ее тела. Сейчас он хотел познать ее всю и испытать такую же радость, как та, что Амара подарила ему недавно.

Амара обвила вокруг него ноги и, приподняв бедра, словно просила его продолжать движение. Тайнан подчинился ей, и скоро они начали задыхаться от страсти.

Переполненный новыми ощущениями, он угадал начало ее экстаза. Наслаждаясь блаженством, он погрузился в нее еще глубже и наконец замер. Грегори Нэш советовал ему узнать от Амары о женщинах как можно больше, но Тайнан не ожидал, что ее уроки окажутся столь поучительными. Такая возлюбленная превосходила мечты любого мужчины, но дело было не только в ее опыте – Тайнан ощутил теплоту настоящей любви.

Наслаждаясь столь же сладостной истомой, Амара ласково провела кончиками пальцев по спине Тайнана. Уверенная, что посвятила Тайнана в тайны любви, она надеялась, что его любопытство еще не исчерпано. Под звуки гитары она представляла себе, будто находится на Земле, в слабо освещенной спальне, воздух которой напоен ароматом цветов. Амара знала, что эта прекрасная мечта вскоре рассеется, потому что звезды позовут к себе.

Тем не менее она заставила себя не думать о будущем и обняла Тайнана.

Тот приподнялся на локтях, не выходя из нее:

– Я не раздавлю тебя?

– Никогда. Если хочешь, мы можем лежать так весь день. Некоторые авторы рекомендуют такую позу для медитации. Кажется, это тоже древний обычай.

– Боюсь, я не могу думать ни о чем, кроме тебя, – признался Тайнан.

– Я рада, если это так.

– Ты слышала о такой медитации или сама занималась ею?

Амара взъерошила ему волосы:

– У тебя роскошная шевелюра. С такой бронзовой кожей ты мог бы быть индейцем, но я никогда не видела, чтобы они были кудрявыми!

Тайнан не сразу понял, почему она внезапно сменила тему разговора, упомянув о его наследственности, которая была ему неизвестна. Потом Тайнан решил, что Амара боится, как бы он снова не начал расспрашивать ее о прежних любовниках.

– Я не пытался хитрить с тобой и что-то выпытать у тебя, кроме того, занималась ли ты сама такой медитацией. – Поцеловав ее, он добавил: – Я не хочу, чтобы нас что-то разделяло.

– Сейчас нас ничто не разделяет, – ответила Амара. Как философ, Тайнан хотел бы углубиться в этот вопрос, но Амара явно не выказывала желания обсуждать это. Ее прошлое было запретной темой, и, хотя Тайнан понимал причину, все-таки было неприятно, что часть жизни Амары неизвестна ему.

– Ты знаешь обо мне все, – заметил он, – а я о тебе очень мало!

– Ты знаешь обо мне самое главное, а до прилета на базу у нас еще семь дней. Неизвестно, сколько продлятся переговоры, но ты наверняка успеешь выяснить то, что тебя интересует.

– Так ты согласна работать со мной?

Тайнан так радостно улыбнулся, что Амаре было жаль его огорчать:

– Нет, не согласна. Но во время переговоров я смогу часто с тобой видеться. Что же касается совместной работы, то решу это позже.

Расстроенный тем, что перспектива стать его единственной помощницей не вызывает у нее энтузиазма, Тайнан хотел настоять на своем, но решил не тратить на это времени. Он вдруг почувствовал, как его снова охватило желание. Обняв Амару, он перекатился на спину, положив ее сверху:

– Покажи мне, как делать это в такой позе, чтобы я мог любоваться тобой.

Амара прижала ладони к его груди.

– Так тебя интересует только моя татуировка? – улыбнулась она.

Тайнан принял задумчивый вид:

– Ты очаровательнее всех татуировок на свете.

Амара поцеловала его, а потом, медленно и ритмично покачиваясь, заставила двигаться волны татуировки.

Вскоре, забыв обо всем, она преподала ему еще один урок любви – и наконец ученик овладел мастерством в полной мере.

– Ты, наверное, проголодался, – сказала Амара, прикусывая мочку его уха.

– А который час?

– Какая разница? Мы можем есть и спать, когда пожелаем.

Тайнану, охваченному истомой, не хотелось заниматься едой. Крепко сжав Амару в объятиях, он сплел руки на ее талии:

– Наверное, нам следует время от времени есть. Иначе мы так ослабеем, что не сможем заниматься любовью.

– Хорошо бы избежать этой опасности.

– Жаль, что в припасах нет настоящей еды: например, бараньей отбивной, бифштекса или хотя бы эскалопа.

Услышав эти сетования, Амара выскользнула из объятий Тайнана.

– Хищник! – пошутила она. – Когда прилетим на базу Конфедерации, сможешь заказывать все, что захочешь. А пока посиди на диете звездных детей. Это очень здоровая пища, и нам всем она очень по вкусу.

Тайнан уперся подбородком в ладонь, наблюдая, как Амара собирает с пола их одежду. Он так привык к ее татуировке, что уже не представлял себе гибкого тела без этого узора.

– Похоже, меня только что оскорбили.

– Глупости! Ты же не виноват, если Хранители едят, как пещерные жители.

Тайнан мгновенно вскочил с постели:

– Надо мной можешь смеяться сколько угодно, но, как и твоих прежних любовников, Хранителей мы обсуждать не будем. Понятно?

Мысль о том, что она расстанется с Тайнаном, как только он вернется в Цитадель, заставляла Амару при каждом удобном случае унижать Хранителей. Ее возмутили слова Тайнана, и она резко ответила бы ему, если бы раньше не запретила обсуждать своих возлюбленных. Поэтому сейчас она сочла за лучшее промолчать.

Тайнан был явно разгневан и разочарован, но Амара не могла понять почему: то ли из-за ее слов, то ли из-за того, что она не возразила ему. Уйдя от него, Амара встала под душ, но ее тут же вызвал Стив.

Амара быстро натянула летный костюм на мокрое тело и бросилась в рубку. Тайнан занял кресло второго пилота.

– Надеюсь, это не «Штопоры»? – спросил он. Амара вгляделась в экран:

– Нет. Но я просила Стива оповещать меня обо всех кораблях, которые появятся в нашем поле зрения. Похоже, мы догоняем какой-то частный пассажирский корабль. – Она отрегулировала изображение и, опознав корабль, улыбнулась. – Мы подлетим поближе, чтобы ты мог как следует разглядеть его. Это просто классика.

Тайнан всмотрелся в картинку на экране:

– В каком отношении?

– Увидишь. Когда подлетим поближе, иди на такой же скорости, как они, Стив. – Отдав приказ, Амара повернулась к Тайнану. – Растафарианцы появились в двадцатом веке, правда?

– Да, но я не знал, что они улетали с Земли.

– Они не занимаются колонизацией планет, но устраивают экскурсии по всей галактике, что-то вроде космических паломничеств. Поскольку Аладо никогда не отказывает в помощи путешественникам, я встречалась со многими их пилотами. Посмотрим, знаю ли я этого.

Тайнан придвинулся к экрану, чтобы лучше разглядеть приближающийся пассажирский корабль. Он мало походил на Звездный крейсер. Тайнан негромко присвистнул:

– Кажется, будто он целиком состоит из каких-то запчастей. Господи, да у него на носу какая-то надпись! Неужели это действительно старинная вывеска?

Амара не смогла не рассмеяться от такого вопроса, и их недавний конфликт мгновенно забылся.

– Скорее всего, это кусок старинного скоростного поезда. Их изготавливали из великолепного высокопрочного сплава, а когда списали в утиль, стали использовать как отличный материал для внешней обшивки космических кораблей.

– А откуда эти вмятины?

– Похоже, от астероидного дождя. Эти вмятины страшны только с виду. У этого корабля такая скорость, что ей могут позавидовать многие капитаны пассажирских кораблей Аладо. Сейчас я подойду к ним еще ближе.

Тайнану казалось, что они и так уже слишком приблизились у кораблю, и он нахмурился. Очень скоро через иллюминаторы стали видны нарядные пассажиры, разглядывающие их корабль. Интерьер корабля растафарианцев был выполнен в ярких цветах, и пассажиры несомненно весело проводили время.

Амара связалась с капитаном, и он радостно приветствовал ее.

– Это Моби! Мы с ним встречались.

Амара вела с Моби разговор, понятный только посвященным. Голос пилота был звучным и низким, слова часто прерывались смехом. Тайнан невольно подумал, не был ли Моби любовником Амары. Разумеется, у них гораздо больше общих интересов… Смутившись от того, что его так волнует прошлое Амары, Тайнан постарался успокоиться, решив, что Моби просто ее друг.

Закончив разговор, Амара повернула Звездный крейсер вправо и постепенно прибавила скорость. Через несколько минут она поручила пилотирование Стиву.

– А теперь пойду принять душ. Когда ты будешь готов, обещаю приготовить тебе что-нибудь вкусное.

Тайнан направился в пассажирскую каюту. Пока Амара готовила обед, он принял душ и тщательно побрился.

– Я решил, что буду выглядеть внушительно и без бороды, – сказал философ, подходя к ней.

Амара с удовольствием осмотрела его:

– Мне кажется, ты так красив, что можешь вызвать только восхищение.

Тайнан никогда еще не слышал таких комплиментов. Смутившись, он начал сосредоточенно раскладывать столовые приборы.

– Спасибо, но ведь и я говорил тебе, что ты прекрасна.

Амаре нравилась его застенчивость. Подойдя к нему сзади, она обвила руками его талию.

– Да, говорил.

Тайнан повернулся к ней лицом:

– Ручаюсь, что тебе давно уже надоело это слушать.

– Нет, женщинам, как и мужчинам, никогда не надоедают похвалы. Можешь повторять их, сколько угодно.

– Я хотел бы придумать что-нибудь такое, чего ты еще не слышала.

Тайнан вдруг понял, что опять ревнует. Амара не упрекнула его, а занялась приготовлением обеда. Чтобы не мешать ей, Тайнан накрыл стол, разложил приборы и налил в стаканы сок. Когда Амара внесла дымящиеся спагетти, политые соусом с молотой колбасой, он удивился.

– Вкус как у настоящей колбасы, так что, надеюсь, тебе это понравится больше, чем овощи с рисом, – сказала Амара.

– Не сомневаюсь. – Опасаясь, как бы она не подумала, что он гурман, Тайнан поспешно добавил: – Вчерашние овощи тоже были очень вкусные. Правда.

Тайнан подождал, пока Амара начнет есть, а потом и сам занялся спагетти. Отведав их, понял, что мясо по вкусу и консистенции напоминает острую колбасу, которую подавали в Цитадели.

– Очень вкусно!

– Спасибо, я знала, какой пакет надо вскрыть.

– Я очень ценю это. – Тайнан был очень голоден, но решил поддержать беседу, хотя не знал, как вести непринужденный разговор с женщиной. Пришлось снова вернуться к переговорам. – По-моему, нам надо записать все требования, которые могут предъявить другие корпорации. Я должен как следует подготовиться, чтобы не обдумывать долго вопросы, которые опытным делегатам кажутся вполне ясными.

– Прекрасно. Можем чуть позже этим заняться.

Амара улыбнулась, но Тайнан пожалел, что сейчас нельзя предложить ей чего-то более интересного. В том, что они снова займутся любовью, он был уверен, но хотелось вовлечь ее в подготовку переговоров – быть может, тогда лейтенант захочет работать с ним на конференции. Наблюдая за ней, Тайнан вдруг понял, что слишком ревновал девушку к прошлому, даже забыв спросить, нет ли кого-нибудь у нее сейчас.

– Извини, – напряженно сказал Хранитель, – может, ты не хочешь работать со мной из-за прежних обязательств? Вероятно, кто-нибудь из мужчин встретит тебя, когда мы прилетим, рассчитывая на то, что ты проведешь с ним свободное время?

С отвращением вспомнив об Орионе Шоде, Амара положила вилку и вытерла губы салфеткой. Поскольку именно Орион хотел, чтобы Тайнан участвовал в переговорах, то наверняка встретит их на базе Конфедерации. Он несомненно подготовит торжественную встречу. Ей будет весьма неловко находиться в одной комнате с этими мужчинами.

Чуткий Тайнан сразу понял, что этот вопрос Амара тоже не хочет обсуждать. С чего это он вообразил, что все ее любовники канули в прошлое? Может, у Амары их очень много, и на нее будут претендовать несколько соперников. Узнав Амару ближе, он не мог осуждать их за это. Неудивительно, что она не хочет работать с ним на переговорах. Да у нее для этого и времени не хватит!

Наконец он сказал:

– Я понимаю, что тебе неприятно называть имена. Но для меня достаточно просто «да» или «нет».

– Едва ли. – Не зная, с чего начать, Амара сделала глоток сока и снова вытерла губы. Правда всегда лучше, особенно когда имеешь дело с таким необычным человеком, как Тайнан. Она ответила честно, хотя и несколько расплывчато. – Если бы у меня были близкие отношения с другим мужчиной, я не поощряла бы тебя. Я никогда не вступала в отношения с теми, кто не внушал мне симпатии, и никогда не изменяла возлюбленному. Болезни уже давно ликвидированы, нежелательная беременность предотвращается имплантатом – так что все пользуются неограниченной сексуальной свободой. Многие женщины и мужчины считают, что моральные устои – просто атавизм, но, по-моему, это не так. Я считаю, что человек должен сохранять верность себе – и другим.

Эта часть объяснения далась ей легко, но самое трудное было впереди.

– Что до меня, то я порвала свою предыдущую связь до того, как стала твоим пилотом. Правда, сомневаюсь, что мой партнер серьезно отнесся к моим словам. Он слишком привык к тому, что все получается так, как ему хочется. Вполне возможно, он ждет, что я вернусь к нему. Для меня это исключено. Если он не понял меня тогда, то сделаю так, что поймет это при нашей следующей встрече.

Амара взяла Тайнана за руку:

– Не беспокойся об этом. Я сама решу эти проблемы, если они возникнут.

Тайнан испытал огромное облегчение, но что-то в ее последнем возлюбленном тревожило его.

– Похоже, это самонадеянный тип. Я с удовольствием подрался бы с ним. Переговоры потребуют от меня такой серьезности и осторожности, что такое примитивное развлечение пришлось бы весьма кстати.

– На астероиде у Ристо ты показал себя опытным бойцом, но мне не слишком хотелось бы увидеть такое еще раз, – сказала Амара, внезапно поняв, как сильно теперешний Тайнан отличается от анахорета-Хранителя, каким был совсем недавно.

– Ты ужасно независима, да?

Надеясь, что он не сочтет это недостатком, Амара ответила:

– Независимость нужна не только пилоту, но и женщине.

Тайнан, имевший возможность убедиться, как прекрасно она справляется с обеими ролями, согласился.

– Надеюсь, ты все же считаешь, что мужчины и женщины нуждаются друг в друге?

– Конечно, но два независимых человека составят лучшую пару, чем жалкие и слабые.

– Ты права.

Отношения между мужчинами и женщинами были еще не вполне понятны Тайнану, но, памятуя о том, как недолговечна его связь с Амарой, он не стал задавать ей вопросов. К тому же все это не имело значения для Хранителя, который вскоре вернется в Цитадель.

Увидев, как помрачнел Тайнан, Амара испугалась, что, несмотря на все усилия, его интерес к ее прошлому только возрос. Им надо попытаться составить пару, но на борту Звездного крейсера их возможности были весьма ограничены. И все же Амара не сомневалась, что они могут получать удовольствие не только от секса.

– «Банши Квест» – не единственная игра в файлах Стива. Не научишь ли меня чему-нибудь, во что ты играл в Цитадели?

Тайнан вспомнил о «Любовнице капитана», но решил, что Амара едва ли ею заинтересуется.

– Нет, я хочу играть в «Банши Квест», пока не стану для тебя достойным противником.

– Ладно. Начнем поединок, как только поедим.

Подумав, Тайнан покачал головой:

– У Стива есть фильм с морскими видами, он очаровал меня еще до того, как я увидел твою татуировку. Давай смотреть его и любить друг друга.

– Прекрасная мысль! Это фильм из большой серии. Когда нам надоест море, мы можем перебраться в тропический лес или в пустыню – куда ты захочешь.

Тайнан встал и взял Амару за руку:

– Сейчас мне хочется только одного.

Амара обвила руками его шею и, прижавшись к нему бедрами, ощутила напряженную плоть. Опустив руку, она начала ласкать его.

– Я поняла тебя.

Тайнан моментально раздел ее и уложил на свою постель, совсем забыв попросить Стива показать им фильм. Он поспешно исправил свою оплошность и, когда первая волна разбилась о берег, уже снял с себя одежду. Решив, что мужчина, о котором говорила Амара, вероятно, эгоистичный любовник, Тайнан поклялся никогда не проявлять эгоизма.

Прижав ее к себе, он целовал глаза, мочки ушей, губы…

– Покажи мне, что тебе нравится больше всего, – прошептал он. – Сегодня я буду твоим рабом.

Амара ласково отвела упавшую ему на лоб темную прядь.

– У меня никогда не было рабов. Лучше сделай мне сюрприз.

Тайнан продолжал целовать девушку, а его рука ласкала ее груди, живот, бедра. Наслаждаясь ее теплом, он ввел пальцы внутрь. Чуть изменив позу, он пощекотал сосок кончиком языка, а его пальцы возбуждали ее плоть, пока не увлажнились.

Внезапно Амару окликнул Стив, и в тот же миг корабль задрожал от жесткого металлического удара, который гулко разнесся по всем его помещениям. Чуть не свалившись с постели, Тайнан ухватился за Амару.

– Боже! – воскликнул он. – Что случилось?

Пылающее от страсти лицо Амары мгновенно залила мертвенная бледность. Она быстро выскользнула из из постели и натянула летный костюм, кинув Тайнану его балахон.

– Надень его. Я же знала, что двух сканнеров недостаточно, но, клянусь, не ожидала, что нас возьмут на абордаж. Теперь только Господь может спасти нас, но надеюсь, что и ты приложишь к этому все силы.

Амара была насмерть перепугана, и Тайнан сразу понял причину ее страха:

– Пираты?

Амара кивнула, но, увидев взгляд Тайнана, подумала, что смертельная опасность угрожает не им, а самим пиратам.

 

Глава 10

– А не воспользоваться ли лазерной пушкой? – спросил Тайнан.

Амара закрутила в узел волосы, надежно закрепив их на затылке.

– Слишком поздно. Поскольку нас взяли на абордаж, это значило бы стрелять в самих себя.

Быстро раздвинув сиденья, которые служили им постелью, она приказала Стиву выключить фильм.

– В зависимости от их возможностей на вскрытие люка уйдет от нескольких минут до нескольких часов. Стив, вероятно, уже известил Командование флотом о чрезвычайной ситуации, но помощь не успеет прибыть до того, как вскроют люк.

– Включи на минимальную громкость спокойную музыку, Стив. – Амара наклонилась и натянула сапожки. – Некоторые фильмы и музыкальные записи содержат команды о сотрудничестве, действующие на подсознание. Не знаю, окажут ли они влияние на пиратов, но попробовать стоит.

Тайнан не знал, что Аладо пользуется такими приемами, но сейчас не время было затевать спор о свободе воли.

– А нет ли здесь другого оружия?

– У нас есть лазерный пистолет с астероида Ристо и еще несколько в аварийном запасе, но нас только двое, а их – пятьдесят или больше. Любое вооруженное столкновение мы проиграем. Аладо не рекомендует применять против пиратов силу, когда нет явного преимущества, а у нас его нет. Им нужен только корабль, поэтому надо убедить их, что ты – очень значительная персона. Тогда они запросят за тебя выкуп, но не станут убивать.

Тайнан надел нижнее белье, расправил балахон, подвязал его шнуром и натянул сапоги.

– Каждый из нас по-своему значителен. Внуши им это, Амара.

Амара растерянно кивнула:

– Во всем виновата я. Мне следовало находиться в рубке, на вахте, а не…

– Заниматься со мной любовью? – прервал ее Тайнан. – При неработающих сканнерах, ты не смогла бы ничего увидеть, даже Стиву это не удалось.

– Вина за эту катастрофу лежит на мне, и я могу лишь молить Бога, чтобы ты не пострадал из-за моей оплошности.

Тайнан обнял ее и крепко прижал к себе:

– Не было никакой оплошности. Виноваты пираты, а не ты. А теперь давай используем оставшееся у нас время, чтобы составить план. Для начала сообщим им о мирном характере нашей миссии и потребуем, чтобы нас отпустили. Если это не подействует, пообещаем, что за нас дадут выкуп. Потом будем ждать подмоги, но главное – любым способом нам надо выжить. Ты согласна?

Воодушевленная его мужеством, Амара быстро обдумала его предложение:

– Да. Чтобы вернуться на свою базу, им придется рассоединить корабли. Может, нам удастся одолеть тех, кого оставят нас охранять. Пираты – мерзкие типы, и если они проявят такую же небрежность, как я, попробуем их перехитрить.

Тайнан положил руки ей на плечи:

– Перестань обвинять себя. Это бессмысленно. Я видел, как ты заставила «Штопоров» вопить от ужаса, телепатически воздействовав на них. Не попытаешься ли проделать то же самое?

Хранители слишком уважали свободу личности, чтобы пользоваться телепатическим воздействием, поэтому Тайнан не научился этому. Однако он слышал, что для этого надо направить на человека сильно сконцентрированный поток мысли. Трудность состояла в том, что для этого надо очистить сознание от всего постороннего. Сейчас Амаре нелегко будет справится с этим, но ничего другого Тайнан не мог ей предложить.

Амара сделала глубокий вдох, пытаясь овладеть собой, но голос у нее немного дрожал:

– Воздействовать на пиратов гораздо труднее, чем на «Штопоров». Это отбросы общества, нередко преступники. Обычно они или пьяны или под действием наркотиков. Телепатическое воздействие при этом исключено. Конечно, если есть малейший шанс на успех, я этим воспользуюсь. Будем надеяться, что нам поможет глупость самих пиратов. Мне рассказывали, как один из них намазал кинжал ядом, чтобы даже маленькая царапина была смертельной. А потом забыл об этом, нарезал кинжалом бифштекс и отравился.

Несмотря на всю безысходность их положения, эта история развеселила Тайнана.

– Я догадывался, что в корабельные рационы не включили бифштексы по какой-то причине. Но даже если нам не удастся отравить мясо, мы должны найти способ справиться с пиратами. Нам надо договориться об условном сигнале. Боюсь, что на этот раз поцелуй не годится.

Амара быстро предложила:

– Я назову тебя Хранителем, а ты меня – лейтенантом Грир. Но это будет не так легко, как со «Штопорами», поэтому не рискуй напрасно.

Тайнан покачал головой:

– Если ты думаешь, что я так просто сдамся пиратам, то плохо меня знаешь. Я понимаю, что на них не могут подействовать разумные доводы, но все же начну с них. Нам следует использовать любую возможность, чтобы вырваться от них.

– Боюсь, что заставляю тебя жертвовать идеалами.

Тайнан расхохотался:

– Ничуть! Я не намерен стать мучеником, отправившись на мирные переговоры. А нет опасности, что подсознательные команды заставят нас подчиняться пиратам, а не наоборот?

– Нет, потому что я предупредила тебя о характере этих записей. Ты достаточно умен, чтобы преодолеть их воздействие. Конечно, может и стоит притвориться, будто мы готовы подчиняться им.

Не успел Тайнан ответить, как люк открылся. Они услышали, как несколько мужских голосов горячо спорят, кому первому войти в Звездный крейсер. Затем в пассажирскую каюту ворвался коренастый тип в вязаной шапке, натянутой до бровей. На нем был боевой комбинезон, от которого разило потом.

Амара шагнула ему навстречу:

– Вы незаконно вошли на борт корабля корпорации Аладо, который выполняет чрезвычайно ответственную дипломатическую миссию. Это повлечет за собой серьезные последствия для вас и вашей команды. Немедленно вызовите вашего капитана, и мы постараемся исправить ситуацию, пока она не стала необратимой.

Тайнан знал, что Амара сильно испугана, но в ее поведении это было незаметно. Она говорила с пиратом, как хозяйка положения. Эта отвага восхитила его еще тогда, когда Амара вошла в большой зал Цитадели перед ужином. Теперь она поразила его еще больше. Однако на пирата это не произвело ни малейшего впечатления.

Направив на них лазерный пистолет, пират посмотрел, нет ли других пассажиров. Убедившись, что их нет, он крикнул:

– Иди-ка погляди, что тут у нас, Пальчик! Пастор и нахальная баба-пилот. Она заменит ту шлюху, которую Монро приколол на прошлой неделе.

Пальчик был одет так же неряшливо, как и первый пират. Из-под его вязаной шапки выбивались светлые кудри. Худощавый пират нес в руках металлическую коробку, потряхивая ею на каждом шагу. Словно индейский шаман со священной погремушкой, он обошел весь корабль, аккомпанируя себе своей коробкой, и остановился перед Амарой и Тайнаном. Видимо, убедившись в том, что они не опасны, он вернулся к люку и жестом пригласил войти еще одного пирата.

Тот сначала наведался в рубку, а потом присоединился к другим в пассажирской каюте. Низенький и легкий, он двигался вприпрыжку, будто провел много лет в тюремной камере, боксируя с собственной тенью. Он был в элегантном синем летном костюме, но его длинный клетчатый шарф казался таким же грязным, как и у прочих пиратов. На плечи его спускались грязные темные волосы.

Он вызывал крайнюю антипатию. Густые сросшиеся брови нависали над темными глазами с тяжелыми веками. Над тонкими губами темнели усы. В правой руке он держал ветку гардении с тремя ароматными цветками, которые поднес к своему большому крючковатому носу, разглядывая Амару и Тайнана. Когда пират заговорил, стало видно, что у него выбиты передние зубы, отчего он заметно шепелявил.

– Я – Мак Трамбо, – объявил он. – А вы теперь мои пленные.

– Надеюсь, что нет, – возразила Амара. – У нас – дипломатическая миссия, и ваше вмешательство вам дорого обойдется, если вы не освободите нас немедленно.

Изумленный неожиданным отпором, Мак нахмурился и крикнул:

– Монро!

Тут же появился мужчина в заштопанном летном костюме цвета хаки. Его рыжие волосы были заплетены в несколько неопрятных косичек, которые подпрыгивали при каждом шаге. Слепой на один глаз, он щурился, чтобы лучше рассмотреть пленных. Лицо Тайнана скрывал капюшон. Взглянув на Амару, пират радостно ухмыльнулся:

– Мне присмотреть за бабой, капитан?

Мак не мог вертеть головой, поэтому сначала всем корпусом повернулся к Монро, а потом к пленным:

– Тебе бы этого хотелось, а, Монро? Посмотрим. Но сейчас меня больше интересует пастор. Вы исповедуете нас, святой отец? Мы расскажем вам такое, о чем вы и не слыхивали!

Мак расхохотался собственной шутке, его подчиненные радостно подхватили смех, а Пальчик принялся потряхивать своей странной погремушкой.

Тайнан был намного выше Мака, но держался мирно, объясняя, кто он такой и куда они с Амарой направляются. Мир для Тайнана обладал мистической притягательностью, однако он знал, что у пиратов другое восприятие, а потому выдвинул чисто практические доводы.

– Вы выбрали для захвата неудачный корабль, – убедительно заявил он. – Если я не попаду на мирные переговоры вовремя, может начаться война. Когда же Аладо полностью вооружит свой флот, первыми погибнут пираты.

Мак сделал шаг к Амаре и указал глазами на ее спутника:

– С чего это вы вообразили, будто мне можно угрожать?

Амара никогда не слышала о Маке Трамбо, но это не означало, что он не опасен.

– Тайнан прав. В случае войны действие обычных договоров, связанных с арестами и судом, будет прервано. За головы пиратов предложат большое вознаграждение, а если вы причините нам хоть малейший ущерб, все корабли Аладо начнут разыскивать вас. Мы всегда защищаем своих.

Мак провел веткой гардении по щеке Амары и рассмеялся, когда она отпрянула.

– Если бы этот человек был такой важной птицей, как вы говорите, его сопровождала бы личная охрана и звено «Банши».

Опять понюхав ароматные гардении, Мак опустился в кресло. Чувствуя себя вполне непринужденно, он вытянул вперед ноги:

– Вчера мы захватили корабль с ботанической коллекцией. Его команда сочинила историю позабавнее. Правда, ребята?

Трое пиратов снова расхохотались, но было заметно, что им не до смеха. Они жадно смотрели на Амару. Монро вытер стекавшую изо рта слюну и подмигнул ей здоровым глазом.

Мерзкая троица со своими похотливыми взглядами внушала Тайнану отвращение. Но он заставил себя обратиться к капитану:

– Если мы не прибудем на базу Конфедерации вовремя, за вашу голову назначат такую цену, что вас выдадут ваши собственные люди. Едва ли они доставят вас живым.

– Опять угрозы! – Мак лениво покрутил веточкой гардении. – Не верится, что я слышу угрозы от пленников.

– Если вы принимаете правду за угрозы, это ваше дело. А может, вы готовы вызвать даже войну, лишь бы не признаться команде в своей ошибке?

Тайнан зашел так далеко, что Мак стремительно вскочил с кресла.

– Это ты сам ошибся! – заорал он. – Ты упустил самое главное! Мирные переговоры ни к чему не приведут. Война неизбежна, а за этот Звездный крейсер враги Аладо отдадут целое состояние!

– За этот корабль вы получите гораздо меньше денег, чем за Тайнана Торна, – вмешалась Амара. – Даже самый темный пират должен понимать, какой это ценный заложник.

Разозлившись на Амару, Мак шагнул к ней.

– Ты тоже ничего не понимаешь, – прошепелявил он. – Я – человек деловой. Меня волнует только прибыль, а от мира прибыли нет. Вы оба мне надоели. Свяжи их в рубке, Монро, и пришли кого-нибудь выгрести все из камбуза. Мы уже несколько недель прилично не жрали.

Монро схватил Амару и, вытащив из кармана кусок шнура, связал ей руки за спиной. Хотя лейтенант не сопротивлялась, он потащил ее за собой и в рубке толкнул в узкую щель за креслом. Связав щиколотки, Монро грубо стиснул ей груди и провел рукой по ногам. Она ответила ледяным взглядом.

– Храбрая, – похвалил он. – Один Мак тебя не укротит, после него тобой займусь я. – Пальчик ввел в рубку Тайнана, и Монро посторонился, пропуская их. – Посади его в кресло второго пилота и вставь ему кляп.

Пальчик сунул жестянку себе под мышку и привязал Тайнана к креслу. Тряпки у них не оказалось, так что Пальчик отправился в каюту попросить у Мака платок.

Вернувшись, он бросил коробку Тайнану на колени и плотно скрутил платок. Стянув с головы Тайнана капюшон, Пальчик завязал тряпку вокруг его шеи и крепко стянул концы.

– Я бы хотел прикончить тебя сейчас же, – прошептал он, – но Мак всегда заставляет нас тянуть жребий. Может, мне и повезет. – Затем он заткнул кляпом рот Тайнана. – А как насчет суки? – спросил он. – Ей мы тоже вставим кляп?

– Нет, а то потом придется его вытаскивать, если удастся тайком пробраться сюда попозже. Теперь пошли, а то они все сожрут. – Монро направился на камбуз, но вдруг повернулся к Амаре: – Не беспокойся, потом я тебя накормлю.

Он ткнул Пальчика в бок, и тот ответит хохотом на его грязную шутку.

Амара с омерзением посмотрела на них, и ее затошнило при мысли о том, что ждет впереди. Когда пираты ушли, она окликнула Стива, но ответа не было. Мак Трамбо заходил в рубку, и Амара с ужасом поняла, что он отключил компьютер. Конечно, сигнал тревоги был уже отправлен… Она постаралась сохранить спокойствие.

– Они уже совершили первую ошибку, оставив нас вместе, – прошептала она. – Наверняка будут и другие.

Тайнан повернул голову, но спинка кресла закрывала от него Амару. Он не слишком надеялся на то, что Мак Трамбо их отпустит, но его сильно встревожили слова пирата о том, что война наверняка начнется. Интересно, Мак сам решил, что одна из соперничающих с Аладо корпораций хочет заполучить Звездный крейсер, или ему дали поручение захватить корабль? Согласившись выступить на переговорах, Тайнан не подумал об интригах.

Пальчик забыл свою погремушку у него на коленях, и хотя Тайнан ожидал, что странный пират вот-вот за ней вернется, он попытался разорвать пояс, но это ему не удалось. Наклонившись вперед, занялся веревками, которыми стянули его руки, но мешали подлокотники, поскольку веревки прикрепили к ним.

Отказавшись на время от попыток освободиться, Тайнан гадал, что находится в коробке. Там что-то глухо постукивало. Жестянка была явно наполнена не камушками, не бусинами и не бобами. Размышляя о том, что может собирать пират, Тайнан наконец решил, что это пробки от винных бутылок.

Вдруг его взгляд упал на пряжку ремня безопасности, и Тайнан тут же отбросил пустые мысли. Пряжка упиралась в подлокотник. Сильнее прижав пряжку коленом, он начал тереть о ее край веревку. Дело подвигалось очень медленно, и Тайнан стал подумывать, нет ли другого способа освободиться. Если бы в рубке и оказались ножницы, он не дотянулся бы до них.

Амара не могла избавиться от страха и чувства вины. Вновь и вновь возвращаясь к тому, как пираты захватили корабль, она осознала, что хороший пилот не попался бы такой шайке. Ей следовало находиться в рубке, где она могла бы каждые несколько минут менять курс корабля, компенсируя отсутствие сканнеров. Ей нужно было поворачивать корабль так, чтобы работающие сканнеры левого борта проходили по секторам правого.

Охваченная отчаянием, лейтенант Грир находила сейчас десятки способов решения этой проблемы. Она обязана была защитить не только свой корабль, но и Тайнана Торна. Хуже всего то, что она подвела Хранителя. Улетая с базы, она так злилась на Ориона, что поклялась себе никогда не смешивать деловые обязанности с личной жизнью. Нарушив клятву, она дорого заплатила за это.

– Прости меня, Тайнан. Мы слишком много разговаривали о конференции, тогда как следовало сосредоточить все усилия на том, чтобы тебя на нее доставить. Ты спрашивал, кто во мне преобладает – пилот или женщина. Теперь ты знаешь ответ, но все это обернулось для нас трагедией.

Почувствовав запах гардении и испугавшись, что Мак Трамбо может услышать ее, Амара замолчала.

Войдя в рубку, Мак бросил на Тайнана презрительный взгляд и опустился на колени перед Амарой:

– Мои ребята – народ грубый, но не бойся, я их к тебе не подпущу. Конечно, если ты сама не предпочтешь их мне. Тогда я разрешу всем сорока шести попользоваться тобой. Как тебе это понравится?

Заметив, что Амара отворачивается от него, Мак схватил ее за подбородок:

– У них много мерзких извращений, но ради такой милашки, как ты, они придумают что-нибудь новенькое. К сожалению, наши пленницы живут недолго. Стыдно признаться, но некоторые из моих людей плохо стерегут их и позволили многим покончить с собой. Боюсь, кое-кто из них предпочитает мертвых женщин. А вот Пальчику хватает маленьких кусочков от хорошеньких девочек.

Мак отпустил Амару и бросил ей на колени гардению:

– Обдумай все это.

– А что вы предложили ботаникам?

Мак дернул себя за ус.

– Они были настолько хуже тебя, что я не предоставил им выбора. По правде говоря, даже не спросил, каковы их последние желания.

Мак снова расхохотался над своей шуткой, а потом посмотрел на Тайнана. Впервые увидев его без капюшона, удивился, что он так привлекателен, и стал внимательно его разглядывать. Наклонившись, он понюхал его балахон.

– Да от тебя просто разит ею, а я-то подумал, что ты священник! – Разозлившись, Мак вытащил из кармана нож, рукоятка которого была усеяна драгоценными камнями. Легким движением он выбросил острое как бритва лезвие и приставил его к щеке Тайнана. – Я буду полосовать тебя каждый раз, как ее трахну. Иногда слегка оцарапаю – вот так, – продемонстрировал он. – А в другой раз, может, выколю глаз или отрежу ухо.

– Аладо заплатит за него огромный выкуп! – воскликнула Амара. – Вы не должны причинять ему вреда!

– Только послушай ее, Торн, – прошепелявил Мак. Сложив нож, он убрал его. – Чтобы защитить тебя, она сделает все, что захочу. Ах, как трогательно! Слушай: как-то я привязал капитана к койке, а потом кинул поперек него его жену и насиловал много раз. Прежде чем я успел с ними покончить, бедняга сбрендил. Это было очень забавно.

Мак прикрыл глаза, наслаждаясь воспоминанием:

– До чего же приятно слышать, как женщина умоляет сохранить жизнь своему любовнику. Глупышки не знают стыда. Они готовы на все и громко рыдают. Уж я-то всегда заставляю их выполнять обещания. – Мак гнусно захихикал. – А они почему-то надеются, что я выполню свое!

Тайнана затошнило. Он был уверен, что Мак не выдумал все это, а хвастается своими извращениями. Взглянув на лежащую у него на коленях погремушку, Тайнан уже не сомневался, что в ней не старые пробки, а нечто более ужасное.

Тайнан, конечно, знал, что бывают глубоко порочные люди, но гармоничная жизнь в Цитадели не подготовила его к встрече с ними. Ценности Тайнана не имели никакого смысла для Мака Трамбо, и философ поклялся себе одолеть мерзавца силой. Ему нужно только одно – освободиться.

Разочарованный, что ни Тайнан, ни Амара не выказывают страха, Мак перестал дразнить их.

– Я перенес запасы вашей жратвы к себе на корабль и вернусь, когда мы хорошо подкрепимся. А пока, мои милые, оставляю вас наедине с вашими мыслями.

Едва они остались одни, Амара сказала Тайнану:

– Не верь ни единому его слову. Он просто запугивает нас.

Тайнан считал иначе, но не мог возразить Амаре. Еще раз дернувшись и почувствовав, что ослабить веревки не удается, он снова принялся перетирать их о пряжку.

Хотя Амара и храбрилась, но тоже поверила Маку. Опасаясь, что у пирата не хватит ума потребовать за них выкуп, она дергала шнур, которым связали запястья, но все было тщетно. Монро знал свое дело. Она только надеялась не увидеть других его гнусностей. Амара сидела возле ящика с аварийными инструментами и сейчас думала только о том, как бы их достать. Но какой в них толк, если пиратов так много?

– Тайнан! Мы сами не можем разъединить корабли, значит, придется ждать, когда это сделают пираты. Лишь бы Мак не разлучил нас до той поры. Если этому подонку нравится, чтобы мужчины смотрели, как он насилует их женщин, мы можем извлечь из этого пользу. О, я понимаю, как ужасно это звучит, но нам придется использовать все, даже самое ужасное.

Тайнан, отгоняя от себя жуткие мысли, продолжал перетирать веревки. Если ему удастся освободиться, то в следующий раз, когда Мак войдет в рубку, они сделают его заложником, заставят пиратов вернуться к себе и рассоединить корабли, а потом лазерной пушкой отправят их ко всем чертям.

Но даже в этом случае оставалось неизвестным, так ли высоко ценят люди Мака Трамбо жизнь своего капитана, чтобы пойти на их с Амарой требования. Подумав об этом, Тайнан бессильно поник в своем кресле. Они видели только троих бандитов, но ни один из них не казался дисциплинированным и преданным Маку. Пираты выполняли приказы Мака, боясь его, но если тот станет пленником, вряд ли это запугает их. Но пока нет другого плана, надо перетирать пояс.

Амара надеялась, что Мак задержится, но тот скоро вернулся. Едва держась на ногах, он чуть не упал, но вовремя ухватился за спинку кресла. Подняв голову, Амара направила ему телепатическую команду, но капитан лишь встряхнул головой, словно отгоняя муху. На борту Звездного крейсера не было спиртного, но, видимо, он пользовался собственными запасами.

Не потеряв самообладания, Амара сказала ему:

– Кажется, вы намерены продать этот корабль? Но ведь вы так пьяны, что не сможете управлять им. А может, вы понятия не имеете, как управлять даже простым кораблем, не то что Звездным крейсером?

Мак наклонился, взял у нее с колен ветку гардении и хлестнул Амару по лицу, оставив на правой щеке красную полосу. Потом он встряхнул ветку.

– Мой корабль на абордаж не брали ни разу, лейтенант, – ответил он, едва ворочая языком. – Думаю, ясно, кто из нас лучше пилотирует!

– Верно, я совершила ошибку, но другие пилоты Аладо не совершают их. Кстати, они уже спешат нам на помощь. Если вы еще не запросили выкуп, советую сделать это поскорее.

Мак повернулся к Тайнану:

– Она всегда так настойчива? Некоторым мужчинам это нравится, но я люблю услужливых и мягких женщин. А с тобой она была услужлива?

Тайнан с удовольствием отвлек бы на себя внимание Мака, но, связанный и с кляпом во рту, он не знал, как это сделать. Он не стал бы отвечать на вопрос Мака в любом случае, а потому отвел взгляд. В то же время Торн приподнял колено, чтобы прикрыть пряжку складками балахона. При этом у него с колен скатилась жестянка, которую оставил Пальчик.

Оскорбленный Мак схватил Тайнана, за волосы и рывком повернул его лицом к себе.

– Я с тобой разговариваю! – заорал он. – Кивай или качай головой, но изволь отвечать, иначе язык отрежу!

– Перестаньте ему угрожать! – потребовала Амара.

– Буду угрожать, кому захочу! – Мак все так же угрожающе смотрел на Тайнана. – А теперь отвечай. Что, ей так хотелось потрахаться с тобой, что она готова была тебе под рясу забраться?

Тайнан приподнял брови, и Мак оглушительно расхохотался.

– Надо, чтобы они тебя умоляли, – еле внятно бормотал он. – Бери у них, что хочешь, но пусть они тебя умоляют!

– Получив за нас выкуп, вы можете взять любую женщину, какую только пожелаете! – заметила Амара.

Мак подмигнул Тайнану и похлопал его по плечу:

– У меня уже есть женщина, которую я пожелал. – Отойдя от Тайнана, он нагнулся, разрезал веревку, стягивающую щиколотки Амары, и заставил ее встать. Потом, кривляясь, поднял руки. – Да, чуть не забыл! Я же предложил тебе выбор. Так что же? Я – или остальные сорок шесть?

Амара бросила на него взгляд, полный ненависти:

– Вы.

Мак схватил ее за руку, но задержался и сказал Тайнану:

– Видишь? Надо, чтобы они сами тебя умоляли.

Кипя от бешенства, Тайнан вспомнил, как сходил с ума капитан из рассказа Мака, когда этот мерзавец насиловал его жену. Чтобы не думать об этом ужасе, Тайнан начал обдумывать способ, которыми убьет пирата, как только освободится.

 

Глава 11

Кроме тех трех пиратов, которых Амара уже видела, в пассажирской каюте удобно расположилось еще пятеро. Одни спали, упившись до бесчувствия, другие, бранясь, делили еще не полученную прибыль от продажи Звездного крейсера. Обозлившись, коренастый пират ткнул кулаком Пальчика. Тот ловко увернулся от удара и вытащил нож.

– Хватит! – заорал Мак, и его свирепый вид заставил Пальчика сунуть нож в карман. – Делить будет нечего, если мы не доставим корабль клиенту. Монро, будешь пилотировать наш корабль. Мы с Пальчиком полетим за вами на Звездном крейсере.

– А баба? – спросил Монро.

Мак крепко сжимал руку Амары, а она вдруг с ужасом подумала, не отдаст ли он ее этому чудовищу с косичками. Девушка затаила дыхание, вслушиваясь в невнятную речь Мака. Хотя Тайнан и убеждал Амару в том, что она ни в чем не виновата, лейтенант знала всю меру своей вины.

Мак сжал руку Амары с такой силой, что она едва не вскрикнула. Однако лицо осталось бесстрастным. Обозленный ее внешним спокойствием, пират вызывающе улыбнулся:

– Нет, она остается с нами. А теперь ступайте. Мы и так уже потеряли слишком много времени.

Те, что еще не совсем отключились, подхватили своих разомлевших товарищей и уволокли в другой корабль. Зная, как важно впоследствии опознать их, Амара постаралась запомнить лица пиратов. Преступная жизнь оставила на них следы. Пальчик закрыл за последним пиратом люк и осмотрелся.

– Где моя трясучка? – спросил он.

– В рубке, – ответил Мак. – Возьми ее, и оставайся там, пока я тебя не позову.

Амара никогда еще сознательно не причиняла никому вреда, но теперь, едва крейсер встряхнуло после отстыковки пиратского корабля, ею овладела странная уверенность, что этот полет наверняка станет для Мака Трамбо последним! Когда он схватил за волосы и запрокинул ей голову, Амара почти не ощутила боли.

В рубке Пальчик сразу увидел жестянку, которая валялась у ног Тайнана, и наклонился поднять ее. Испытывая к нему непреодолимое отвращение, Тайнан подался назад, но, заметив в заднем кармане пирата нож, поднял ноги и изо всех сил толкнул Пальчика. Тот отлетел вперед и ударился о пульт управления. Не дав бандиту опомниться, Тайнан сжал ему шею ногами и без малейшей жалости наблюдал за его усилиями высвободиться.

Пират попытался вытащить нож, но не смог. Кричать было бесполезно. Его стоны становились все тише. Тайнан ощутил, как крейсер завибрировал и с надеждой подумал, что пиратский корабль отстыковался от них. Он понял, почему Амара советовала ему сидеть смирно до тех пор, пока корабли не расстыкуются. Тайнан надеялся, что не совершил ничего опрометчивого. Однако мысль о том, что Амара находится в руках Мака Трамбо, причиняла Тайнану невыносимую муку. Он решил воспользоваться тем, что давало ему единственный шанс спасти девушку.

Твердо решив освободиться, он не выпускал Пальчика до тех пор, пока тело пирата не обмякло. Теперь предстояло повернуть тело и достать из кармана нож. На это ушло много времени. Когда Тайнану наконец удалось это сделать, он выбросил лезвие и перепилил веревку.

Дальнейшее не представляло никаких трудностей. Скинув Пальчика с колен, Тайнан встал. Руки у него болели от веревок, спина и шея – от усилий. Он сжал кулаки, встряхнул руки, потом наклонился и проверил пульс на шее неподвижного пирата. Тайнан очень хотел убить Пальчика, но теперь, сделав это, чувствовал себя отвратительно. Но сейчас было не до угрызений совести, и он оставил свою жертву лежать на полу.

Не зная, сколько пиратов окажется в пассажирской каюте, Тайнан приготовился к худшему, но, незаметно войдя туда, увидел, что там нет никого, кроме Трамбо. Бандит стащил с Амары летный костюм и распустил ей волосы, но Тайнан сразу заметил, что сделал с ней Мак. Ее подбитые глаза так распухли, что она не рассмотрела Тайнана. Мак ударил ее еще раз и повалил вниз лицом на ближайшее кресло. Горя желанием изнасиловать пленницу, Мак возился с застежкой летного костюма. Он тоже не заметил Тайнана.

Тайнан держал в руке нож Пальчика, но отшвырнув его, ударил пирата в основание черепа так сильно, что сломал позвоночник. Трамбо дернулся и медленно завалился назад. Через секунду его труп неподвижно лежал у ног Тайнана. Тот с отвращением отпихнул тело и подхватил Амару на руки.

Ощутив прикосновение балахона, Амара осознала, что спасена.

– Прости, – прошептала она.

Тайнан отвел волосы у нее со лба, радуясь тому, что все обошлось только побоями. Однако ее извинение показалось сейчас таким странным, что он усомнился, в полном ли она сознании. Разложив два ближайшие кресла, он сделал из них кровать и лег на нее вместе с Амарой, желая приласкать и утешить ее. Он осушил поцелуями ее слезы, но Амара вдруг начала двигаться под ним, и это красноречивее слов говорило о страсти.

Тайнан до боли хотел ее, но сдерживал желание, пока Амара не нашла его губы. Поняв, что, несмотря на все пережитое, она по-прежнему хочет его, Тайнан дал волю страсти. Не желая ни на секунду оставлять Амару, он поднял балахон, но не стал снимать его. Амара глухо вскрикнула и назвала его по имени.

Ощутив тепло ее обнаженного тела сквозь мягкую ткань балахона, он испытал щемящее чувство радости. Осторожно подавшись вперед, он погрузился в нее и забыл обо всем.

Переполненный счастьем, Тайнан готов был еще долго наслаждаться блаженным покоем, но Амара внезапно приподнялась.

– Что случилось? Я сделал тебе больно? – встревоженно спросил он.

Пытаясь выпрямиться, Амара уцепилась за спинку соседнего кресла. У нее кружилась голова.

– Где Пальчик? – прошептала она.

– Я убил его.

Амара кивнула и направилась в туалет. Однако Тайнан понял, что самой ей с этим не справиться, и бросился на помощь. Она ухватилась за его балахон.

– Помоги мне!

– Конечно. Скажи, чем я могу тебе помочь.

– Меня сейчас вырвет.

Тайнан подхватил ее на руки и отнес в туалет. Он держал ее, пока ее выворачивало, а потом, быстро раздевшись, встал с ней под душ. Он прижимал ее к своей груди, а вода смывала воспоминания о пережитых ужасах. Тайнан оставался с ней в душе, пока теплый воздух не высушил их тела, а потом помог надеть сиреневое белье и чистый летный костюм.

Амара походила сейчас на избитого ребенка, а не на опытного пилота.

– Я очень плохо вижу, – призналась она. – Тебе придется помочь мне.

– Конечно. Скажи, что делать.

– Пойдем в рубку.

Тайнан снова понес ее на руках. Перешагнув через Пальчика, он усадил Амару в ее кресло, а затем оттащил труп в пассажирскую каюту. Подняв жестянку пирата, не стал вскрывать ее, а сунул гнусную побрякушку в руки мертвеца. Справившись с этим, он занял место второго пилота.

– Что теперь?

– Потом расскажешь мне, как тебе удалось освободиться. А сейчас нам надо заняться пиратами, пока они ничего не заподозрили и снова не состыковались со Звездным крейсером. – Подавшись вперед, она долго ощупывала пульт и наконец нашла нужную кнопку. – Стив?

– Да, лейтенант?

– Вы пропустили все самое интересное. Включите лазерные пушки и дайте сетку для наведения.

Амара повернулась к Тайнану, но видела его как в тумане.

– Мне дано права применить смертельный удар, чтобы защитить тебя, – прерывистым шепотом проговорила она. – Можешь, конечно, заявить официальный протест, но я не отпущу пиратов Трамбо живыми. Иначе они снова нападут на нас.

– Зачем мне протестовать – я буду в восторге от этого. Давай действовать.

– Стив, сближайте корабли на расстояние выстрела. Надеюсь, впереди только один корабль.

– Сканнеры показывают только один, лейтенант – корабль класса «Томагавк».

Тайнан наклонился к экрану, желая получше рассмотреть изображение.

– Боже правый, какой же он огромный!

– Можешь с ним попрощаться. Сейчас воплотится в реальность игра «Банши Квест». Дьявол, до чего же я плохо вижу! Включайте двигатели, Стив.

Амара дождалась, пока компьютер нагнал корабль пиратов и сделала несколько выстрелов лазерной пушкой. Они разнесли «Томагавк» на тысячи пылающих осколков, медленно растворившихся в космосе.

– Ну что ж, – пробормотала она. – Отключите режим чрезвычайной ситуации, Стив. Проложите новый маршрут к базе Конфедерации и уведомьте командование, что мы вернемся с телами двух пиратов. Пусть высылают корабли сопровождения. Я в плохом состоянии – видимо, сотрясение мозга. Пилотируйте корабль до моего особого распоряжения.

– Вам нужна срочная медицинская помощь, лейтенант?

– Будем надеяться, что нет. Мы не сомкнули глаз всю ночь – я ложусь спать.

– При повреждениях головы сон не рекомендуется.

– Спасибо, Стив. Спокойной ночи.

Амара закрыла глаза, и Тайнану показалось, что она сразу же заснула. Он потряс ее за плечо.

– Стив прав. Постарайся не засыпать, пока мы не убедимся, что с тобой не случилось чего-то более серьезного.

Амара приоткрыла один глаз, но, ничего толком не видя, снова его закрыла:

– Ты разбираешься в медицине?

– Нет.

– Тогда, если мне и суждено умереть от повреждений мозга, то предпочитаю, чтобы это произошло во сне. Пожалуйста, не трогай меня. Стив доставит тебя на базу в любом случае.

– Нет! – громко вскрикнул Тайнан. – Ты не умрешь до глубокой старости, и у тебя будет куча правнуков! – Он снова подхватил девушку на руки и отнес на постель. – Теперь отдыхай, но постарайся не засыпать, пока я не уберу тела.

Амара поймала уходящего Тайнана за рукав:

– В аварийных отсеках есть мешки для тел. Посмотри также ящик за креслом пилота.

– Спасибо.

Тайнан поцеловал ее в лоб и пошел заниматься этим неприятным делом. Он хотел также просмотреть личные вещи пиратов и установить их личности. Из инструкции на мешках он узнал, что тела в них сохраняются очень долго, но Тайнан предпочел бы отправить Мака и Пальчика в космос. Он помнил, как Мак угрожал Амаре командой в сорок шесть человек. Включая Мака, они с Амарой только что отправили на тот свет сорок семь мужчин.

Он живо представил себе газетную статью, сообщающую о том, как известный пацифист по пути на мирные переговоры убил почти пятьдесят человек. Тайнан сел, мрачно глядя на упакованные трупы пиратов. Они вели себя как настоящие подонки, и Тайнану тошно было вспомнить о встрече с ними. Он ожидал, что почувствует раскаяние, но ничего подобного с ним не произошло. Торн испытал лишь глубокое облегчение.

Быстро осмотрев корабль, Тайнан решил сложить мешки в углублении за камбузом. Внезапно вспомнив, что Мак велел своим людям забрать все припасы, Тайнан быстро открыл ящики. Оказалось, что Мак предусмотрительно оставил на борту Звездного крейсера еду для четырех человек на пару дней. Выложив упаковки на стол, Тайнан понял, что на базу Конфедерации они прилетят очень голодными.

Не желая беспокоить Амару, он решил не упоминать о нехватке продуктов. Когда он вернулся в каюту и опустился на колени рядом с кроватью, она лежала на боку, свернувшись калачиком, но сразу же отозвалась на его негромкий оклик.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он.

– Отвратительно.

– Хорошо, что ты не заснула. Должно быть, это добрый знак.

– Если не спать до этого всю ночь, то дурной. У меня весь полет прошел плохо, Тайнан. Я помню, что обещала доставить тебя на Землю, но, увидев вахтенный журнал, начальник больше никогда не разрешит мне летать.

Тайнан нежно поцеловал Амару, желая успокоить ее:

– Перестань. Я использую свое влияние в Аладо и добьюсь, чтобы тебя наградили за героизм. Этот полет не будет последним.

Амара печально вздохнула – она очень хотела надеяться, что ее не ждет вечный позор. Она смутно помнила, что Тайнан пообещал ей праправнуков, однако он сказал «у тебя», а не «у нас». Амара не чувствовала себя героиней. Она казалась себе жалкой, слабой и одинокой. На ее распухшие глаза навернулись слезы.

Решив, что у нее боли, Тайнан взял Амару за руку:

– Я нашел в аварийном отсеке аптечку. Может, примешь болеутоляющее?

У Амары так болела голова, что если бы и не распухли от побоев глаза, она ничего не видела бы от боли.

– Меня от него вырвет, – ответила она.

Не было лекарства от печали, сжавшей ей сердце. Она не сомневалась, что ее блестящей карьере пришел конец. Корпорация Аладо широко смотрит на вещи, но она не потерпит пилота, влюбившегося в пассажира и подвергшего опасности две жизни и дорогостоящий корабль.

– Но мы все же спасли тебя, правда?

Ее вопрос прозвучал так грустно, что Тайнан перепугался:

– И не думай умирать!

– Нет, я не умру. Так сильно мне не повезет.

Теперь Тайнан был уверен, что она бредит. Он снова лег рядом с ней и заставил ее разговаривать. Но в конце концов измученные, они забылись сном. Проснувшись через несколько часов, Тайнан приободрился. Амара ровно дышала рядом с ним. Значит, угроза для жизни миновала. Он начал гладить ее по спине, наслаждаясь тем, что может просто прикасаться к ней. Она еще теснее прижалась к нему, отзываясь на его ласку, но не проснулась. Надеясь, что после сна она почувствует себя лучше, он встал и пошел поесть.

Пираты явно разделяли его отвращение к вегетарианской пище, оставив на корабле всю кашу и хлопья, но фрукты и йогурт исчезли, как и сок. Тайнан начал всерьез тревожиться, но потом вспомнил, что Амара говорила о полевых рационах в аварийном запасе. Надеясь, что их не украли, он прошел в рубку и открыл ящик. В нем оказалась аптечка, два лазерных пистолета, надувной плотик с веслами, альпинистское оборудование, бутылки с водой и упаковки с высококалорийными белковыми плитками.

Огорчившись, что нет ничего более вкусного, Тайнан открыл плитку, откусил кусок и обнаружил, что она хрустящая, сладкая и отдает миндалем и медом. Должно быть, они входили в состав плитки. Вкус был приятный, но жаль, конечно, это придется есть три раза в день. Устыдившись, что обращает внимание на такие мелочи, Тайнан возблагодарил Бога, даровавшего им спасение, и унес аварийные запасы на камбуз. Бутылки с водой он расставил на столе и, оставшись без дела, начал расхаживать по каюте. Он надеялся, что синяки и ушибы у Амары скоро пройдут.

Ему хотелось прилететь на базу Конфедерации в прекрасной форме и сосредоточиться только на переговорах, которые, как Тайнан теперь понимал, будут гораздо сложнее, чем он предвидел. Благодаря Амаре он стал лучше понимать цели других делегатов, а все последние события позволили ему Глубже разобраться в самом себе.

Вероятно, теперь он не сможет стать участником мирных переговоров, поскольку они применили силу, чтобы отвоевать свою свободу – сначала к доктору Кортесу, потом к Маку Трамбо. Но не исключено, что их злоключения укрепят его позицию. Так или иначе, Тайнан понимал, что изменился не вследствие постепенного накопления знаний, как в Цитадели, а в результате действий, вызванных практической необходимостью.

Немалую роль во всем этом сыграла и Амара. Вспомнив ее уроки, он улыбнулся. Вдруг ему показалось, что она наблюдает за ним, во всяком случае взгляд Амары был явно устремлен на него.

– Как ты себя чувствуешь?

Амара попробовала было сесть, но тут же снова легла.

– Лучше, – слукавила она.

– Я никогда ни о ком не заботился, – признался Тайнан. – У меня не было ни собаки, ни кошки. Пожалуйста, скажи мне, если я упущу что-то важное. Тебе не надо в туалет? Может, ты хочешь пить или есть?

– Но ведь это я твоя сопровождающая! Разве ты об этом забыл?

Тайнан опустился на колени рядом с ней:

– Не забыл, но сейчас моя очередь ухаживать за тобой.

Амара провела пальцами по его щеке – и нащупала порез от ножа Мака.

– Ты ранен?

– Царапина. – Тайнан поцеловал ее ладонь, чувствуя, что его сердце переполнено нежностью и любовью. Амара стала дорога ему, и он не мог скрывать этого. – Ты уже говорила, что мы очень мало знаем друг друга, но с той поры, как мы улетели из Цитадели, столько всего произошло, что время утратило смысл. Я люблю тебя, Амара, по-настоящему люблю.

Амара знала, что выглядит отвратительно. Тем более ее глубоко тронули его слова, хотя она и не поверила им.

– Я единственная женщина, которую ты знаешь, Тайнан.

– Ну и что? Если я встречу тысячу женщин, мои чувства к тебе не изменятся.

– Секс был для тебя новостью. Не принимай физическое влечение за любовь, – предупредила она.

Обидевшись, Тайнан отодвинулся от нее.

– Я могу понять, что секс и любовь – разные вещи, но иногда они сочетаются.

– Да, в идеале они должны совпадать, но люди нередко страдают, поняв, что принимали за любовь лишь чувственное влечение партнера. – Амара считала, что этот урок она получила давным-давно, но Орион Шоде напомнил ей о нем. – Тогда им кажется, что их предали – и это вполне справедливо. Я не хотела бы, чтобы с тобой произошло подобное.

– Ты хочешь сказать, что не испытываешь ко мне ничего, кроме желания? Ты смеялась, когда называла меня своей первой любовью?

– Нет. Ты мне действительно нравишься, но сейчас я не чувствую ничего, кроме тошноты. Давай поговорим об этом в другой раз!

Тайнан понял, что хотела сказать Амара: она к нему неравнодушна, может, даже больше того, но все же не настолько, чтобы связать себя обещаниями. Горько разочарованный, он отпустил ее руку и встал:

– Извини, что заговорил об этом слишком рано.

Услышав боль в его голосе, Амара хотела прижать Тайнана к себе, но преодолела это желание и позволила ему уйти.

* * *

Весь этот день Тайнан был все так же внимателен, но сдержан. В конце дня к ним приблизились два Звездных крейсера, отправленные Командованием флота. Тайнан отнес Амару в рубку, чтобы она могла поговорить с пилотами, ее друзьями Пайпер Джайлз и Гленом Арчером. Они засыпали ее вопросами о том, что случилось.

– Мы уцелели, но я очень рада, что вы здесь! – воскликнула она, увидев на экране лишь туманные фигуры. – Мы потеряли немного времени, но если секретарь произнесет длинную вступительную речь, нам удастся попасть на церемонию открытия переговоров.

– Не сомневаюсь, он знает, чего ты ждешь от него.

Амара опасалась, что Тайнан услышит иронию, с которой это было сказано, и тут же перевела разговор на выведенные из строя сканнеры. Она попросила, чтобы их постоянно прикрывали со стороны правого борта. Пилоты согласились, и разговор прекратился.

– Они будут сопровождать нас до самого конца, – успокоила она Тайнана. – Жаль, что их не было с нами раньше.

– Мне тоже. Секретарь – твой близкий друг?

Амара была не готова ответить на этот вопрос.

– Уже не друг.

Амара сказала это так решительно, что Тайнан не усомнился в ее правдивости, но все же продолжил разговор.

– Даже я с моим скромным опытом знаю, как неразумно вступать в романтические отношения с начальником. Возникает множество проблем. Это вызывает зависть коллег, которые не выносят фавориток.

– Это правда, и такое больше не повторится.

– Поэтому ты и не хочешь со мной работать?

– Нет! – поспешно возразила Амара. Изумленный Тайнан пристально вгляделся в ее лицо.

Взгляд Амары был устремлен на него, но казалось, она его не видит. Тайнан не хотел пугать ее, но сам опасался, что Мак навсегда повредил ей зрение.

– Ты совсем плохо видишь? – спросил он.

– Довольно плохо. Все расплывается и двоится. Надеюсь, это пройдет.

– Если к тебе не вернется стопроцентное зрение, Аладо не допустит тебя к полетам. Поэтому помоги мне, пока не поправишься – у тебя все равно не будет других дел.

Амара откинулась на спинку кресла и закрыла глаза:

– Кажется, я еще не встречала такого упрямца. Я же просила тебя подождать – пожалуйста, не настаивай на немедленном ответе.

– Я, конечно, могу подождать, но позволит ли тебе секретарь работать со мной? Даже если ваши отношения прекратились, он едва ли захочет уйти из твоей жизни. Что мне делать, если секретарь даст мне несколько помощников-мужчин вместо женщины, которая мне нужна?

– Не знаю, от разговора ли это или оттого, что меня били по голове, но я опять чувствую тошноту.

– Ответь на мой вопрос, и я отведу тебя в туалет. Если ты все уже решила и не захочешь меня видеть после того, как мы прилетим на базу Конфедерации, скажи мне об этом прямо. Зачем мне надеяться, что мы останемся вместе, если ты этого не хочешь. Любовники, даже не слишком привязанные друг к другу, должны быть честны.

Амара не могла признаться ему, что хотела бы остаться с ним навсегда – это было нереально.

– Мне не по силам помогать тебе, ведь я не смогу читать стенограммы и вести записи. От помощника, которому нужен поводырь, толку мало.

– Я не согласен с тобой, но если тебе придется лечиться, это станет самой главной нашей заботой. Конечно, ты не должна помогать мне, если это повредит твоему здоровью. Ты права, я упорен, но это свойство мне следует поберечь для переговоров, а не тратить на тебя. Ну-ка, давай мне руку.

– Спасибо, я сама могу идти.

Держась за спинки кресел, Амара медленно пошла к своей кровати, но, испытывая непонятное беспокойство, вскоре отправилась в туалет. Она помнила, что уже мылась, но не чувствовала себя чистой. Прислонившись к переборке душа, с трудом сняла летный костюм и белье. Пустив воду, она надеялась смыть воспоминания о гнусных угрозах Трамбо.

Тайнан знал, как изящна Амара, и ему было больно видеть, что она так неуверенно ковыляет. Ее движения были очень неловкими – девушка явно испытывала сильную боль. Жалея, что огорчил ее своим упрямством, Тайнан разделся и пошел к ней в душ.

– Я боюсь, что ты упадешь, – объяснил он. Тайнан обхватил Амару руками: – Ты все же кое-что видишь, правда?

Сейчас Амаре хотелось только чувствовать его сильное тело. Ее желание передалось Тайнану, и он начал медленно массировать ее спину, руки и ноги. Встав позади нее, он провел руками по ее бедрам и животу. Кончиками пальцев он нащупал ее плоть и начал осторожно и нежно водить по ней. Тайнан хотел доставить наслаждение Амаре, но она, затрепетав, повернулась к нему и положила ладони ему на плечи.

– Скорее подними меня! – попросила она. Тайнан охотно подчинился, и Амара прижалась к нему бедрами, и он вошел в нее одним сильным движением. Крепко обхватив его руками за шею, она начала приподниматься и опускаться, так что вскоре оба они почувствовали себя наверху блаженства.

Тайнан глухо застонал от наслаждения. Потрясенный, он крепко прижал Амару к себе, понимая, что это и есть самая настоящая любовь.

Приподняв ее подбородок, Тайнан заставил Амару посмотреть ему в лицо.

– Ты всегда будешь разделять мои чувства, – твердо сказал он.

Заметив, что по лицу ее струятся слезы, он в ужасе отпрянул. Не дожидаясь, пока теплый воздух высушит их тела, он отнес ее на кровать и вытер своим балахоном. Потом завернул в него Амару и лег рядом с ней.

Только увидев слезы Амары, он понял, чем неразделенная любовь отличается от взаимной любви. Теперь он осознал это.

– Знаешь, Амара, мне достаточно и того, что ты ко мне чувствуешь.

Лежа в его объятиях, Амара потерлась щекой о балахон и решила, что Тайнан ошибся. Она уже слишком сильно полюбила его.

 

Глава 12

Жалея о том, что прибывшие Звездные крейсеры не могут передать им продукты, Амара с удовольствием доедала последний кусок белковой плитки. Спустя три дня после побоев Мака, она наконец пришла в себя, но зрение еще не восстановилось. Она пробовала прищуриться, но лицо Тайнана по-прежнему казалось туманным пятном. Амара помнила, как он красив, но не хотела полагаться только на память.

– Когда Мак привел меня в пассажирскую каюту, – начала она, – пираты спорили, как разделить деньги, которые они получат за корабль. Он пригрозил, что они не получат ничего, если не приведут корабль вовремя. Я совершенно об этом забыла, хотя это очень важная информация. Значит, он не просто рассчитывал на то, что с началом войны на Звездный крейсер найдутся щедрые покупатели, но наверняка имел заказчиков.

Тайнан рассказал ей только о том, как расправился с Пальчиком, но больше не упоминал о пиратах. Слова Амары живо напомнили ему ужасы их плена. Сожалея о том, что она вспомнила обо всем этом, Тайнан содрогнулся.

– Мак утверждал, что конкуренты Аладо будут рады получить корабль. Но можно ли из этого заключить, что кто-то из них нанял его?

– А как же иначе!

– Подумай, – сказал Тайнан, – наверняка в галактике полно сумасшедших ученых вроде Ристо Кортеса, которые мечтают заполучить крейсер Аладо для своих абсурдных экспериментов.

– Хотелось бы надеяться, что это не так. – Амара слизнула с кончиков пальцев остатки медовой плитки. – Но если кто-то из наших конкурентов поручил Маку захватить Звездный крейсер, это означает, что они рассчитывают на провал мирных переговоров.

– Давай разовьем эту мысль, – предложил Тайнан. – Если они вступили в сговор с пиратами, значит, их надежды на чем-то основаны. Они запланировали срыв переговоров. Весьма хитрая уловка: согласиться участвовать в конференции, а вместе с тем поручить пиратам угонять корабли, готовясь к войне. Это наивность с моей стороны, или их образ действий следует назвать мудрым?

– То, о чем ты говоришь, не мудрость, а лицемерие.

– Похоже, корпорация Перегрин вступила в контакт с пиратами?

– С самыми настоящими пиратами! – возмутилась Амара.

– Если Перегрин уже решил сорвать переговоры, Аладо не стоит участвовать в этом убогом фарсе.

Амара задумчиво кивнула:

– Но Аладо не может обвинить в этом Перегрин до начала конференции. Если мы это сделаем, Перегрин переложит вину за срыв переговоров на Аладо.

– Верно. – Тайнан встал, чтобы выбросить упаковки от белковых плиток. Сев на место, он выдвинул новую гипотезу. – Но если у Перегрина дурная репутация, то Мака Трамбо могла нанять одна из других корпораций, зная, что подозрения падут на корпорацию Перегрин.

– Значит, нам следует подозревать всех, а не только Перегрин?

– Мне нравится, что ты сказала «нам».

– Это случайно.

– А тебе не хочется, чтобы у меня тоже что-то случайно сорвалось?

Амара покачала головой. В последнее время она перестала закалывать волосы, и они падали ей на плечи.

– Я тебя совершенно совратила! – с шутливым ужасом воскликнула она. – Когда тебя поручили моим заботам, ты был серьезным историком, и только посмотри, во что ты превратился!

Тайнан поднялся и встал над нею.

– Ты не сделала ничего такого, чего бы я сам не хотел, – сказал он, начав осыпать ее поцелуями. – По крайней мере, пока.

Амара обвила его шею руками, но вдруг резко отстранилась:

– Погоди-ка… Ты посмотрел, что было в карманах у Мака?

– Нет. Я старался побыстрее запихнуть его в мешок.

Уперевшись ладонями ему в грудь, Амара оттолкнула его:

– Мне очень неприятно тебя об этом просить, но я не рассмотрю, если найду что-то важное.

Тайнан поморщился:

– Ты хочешь, чтобы я обыскал его сейчас?

– По-моему, это необходимо. Чем скорее мы узнаем, кто нанял Трамбо, тем больше у нас будет времени, чтобы уточнить наши планы… Твои планы, – поспешно поправилась она.

Тайнан выпрямился:

– Давай заключим договор. Если ты согласишься помогать мне во время переговоров, я обыщу оба тела. Иначе пусть их обыскивает служба безопасности Аладо.

– Ты не понимаешь, – сказала Амара. – На базе Конфедерации служащие системы безопасности набираются из всех пяти корпораций. Так что если кто-то захочет уничтожить улики, они легко сделают это.

– Я не подозревал об этом, – задумчиво откликнулся Тайнан, – но тем проще тебе принять решение. Ты не можешь отказаться работать со мной, ведь это поможет противникам Аладо первыми получить доступ к телам.

За последние три дня Тайнан ни разу не заводил разговора о любви, чему Амара была несказанно рада. Когда у них начался роман, Амаре и в голову не пришло, что из-за этого их жизнь подвергнется опасности. Теперь она содрогалась, вспоминая о случившемся. Она потеряла счет тому, сколько раз они занимались любовью, и это всегда было великолепно.

Радуясь, что ему по-прежнему хочется быть с ней, она теперь опасалась, что это слишком дорого им обойдется.

– Тайнан, мирные переговоры потребуют от тебя огромных усилий. Я увлеклась тобой, и этим воспользовался Мак Трамбо. Благодарение Богу, нам удалось с ним справиться, но мы поставим под угрозу переговоры, если ты увлечешься мной.

Тайнан понял, что Амару терзает эта мысль, и ласково погладил ее по щеке.

– Я и так увлечен тобой, но если ты будешь рядом, мне удастся сосредоточиться на деле. Моя цель – предотвратить войну, и я уверен, что смогу добиться этого, если ты поможешь мне.

– Я стараюсь тебе помогать.

– Тогда работай со мной.

Амара не видела его лица, но голос его звучал искренне и убежденно.

– Я не хочу тебе отказывать, – прошептала она.

– Ну так и не отказывай.

Сложив руки на коленях, Амара призвала на помощь свой дипломатический опыт.

– Мы не знаем, сколько продлятся переговоры и не будут ли они противоречить моим заданиям. Поэтому готова помогать тебе лишь первые дни. Я не могу обещать, что долго пробуду на базе.

Тайнан видел, как неохотно она уступила, но продолжал настаивать на своем.

– Ну что ж, тогда пусть служащие Конфедерации сами обыщут тела.

– Тайнан! Ты ведешь себя крайне неразумно!

– Да что ты! По-моему, я прав. Мы прекрасно работаем вместе, и я не хочу, приступив к переговорам, тратить время на обучение нового помощника.

– Тайнан Торн! Ах ты, нахальный… – Амара чуть не назвала его подонком, но вовремя спохватилась, что его может сильно ранить такое слово. Кашлянув, она добавила: – Ты меня ничему не обучал!

Тайнан провел пальцем по ее ноге. Теперь он уже прекрасно знал, где именно надо надавить… Амара тоже это знала, а потому поспешно стряхнула его руку.

– Это твой окончательный ответ? – спросил он. Скрестив руки на груди, Амара бросила на него возмущенный взгляд:

– Мне придется ждать и надеяться, что мое зрение улучшится, и я смогу сама обыскать тела до прилета на базу Конфедерации.

– Господи, но до чего же ты упряма!

– Я не упряма, – возразила Амара, – я принципиальна.

– Я тоже, – заверил ее Тайнан. – Ну, раз уж мне не надо обыскивать тела, то могу обыскать тебя. – Тайнан вытянулся рядом с Амарой и ласково обнял ее. – С чего мне начать?

Тревога за судьбу переговоров возобладала над страстью, и Амара серьезно попросила:

– Тайнан, пожалуйста, обыщи тела.

– Хорошо. Но давай сохраним все, что найдем, а потом, если понадобится, внимательно это рассмотрим.

– Это называется утаиванием улик.

– Согласен, но все равно я это сделаю.

– Думаю, это разумно. Я пойду с тобой. – Амара поднялась. – Пожалуй, хорошо, что я сейчас плохо вижу.

– Пираты и живые плохо пахли, – заметил Тайнан. – Поэтому дело не в зрении, а в обонянии.

– Давай побыстрее. – Амара пошла за ним в камбуз. Он выволок тело в пассажирскую каюту и осторожно открыл мешок. Не ощутив вони, он обернулся. – Эти мешки и впрямь такие, как написано в инструкции. Слава Богу. Есть ли шансы, что Мак что-нибудь спрятал в сапоги?

– Очень мало, но лучше проверь.

– Это я и боялся услышать. – Тайнан стащил с покойника сапоги и отставил их в сторону. В летном костюме Мака было очень много карманов. Самым интересным оказалась пачка порнографических открыток с пышнотелой девицей, занимающейся любовью с двуглавым змеем. Тайнан перебрал их, проверил, нет ли записей на обратной стороне, но не найдя ничего, отшвырнул в сторону.

Потом Тайнан взял нож с ручкой, усеянной драгоценными камнями, и подумал о том, скольких людей пират им прирезал.

– Здесь нет ничего, касающегося связей Мака?

Амара опустилась на краешек кресла:

– Нам следовало догадаться, что люди, заказавшие это похищение, не вручили Маку письменного договора. Он потом шантажировал бы их.

– Не отчаивайся. Может, нам полезно подозревать большой круг людей.

– Да, наверное, ты прав.

– Конечно, прав. – Тайнан не стал снова натягивать на Мака сапоги, а запихнув их вместе с телом в мешок, снова запечатал его. Вернув мешок на место, он обыскал тело того, кого они знали под прозвищем Пальчика. И на этот раз Тайнан не обнаружил ничего особенно интересного. Он не смог заставить себя вскрыть металлическую погремушку. Собрав имущество пиратов, он спрятал его в пакет из-под белковых плиток. Убрав тело Пальчика, Тайнан тщательно вымыл руки, но ощущение нечистоты преследовало его.

– Я пойду приму душ, – крикнул он Амаре. Амара разделась и вошла к нему.

– Спасибо, что исполнил мою просьбу, – сказала она.

Последние дни полета прошли без приключений. Амара часто переговаривалась с Гленом и Пайпер, и вскоре Тайнан тоже начал считать их своими друзьями.

На их кораблях было по пять человек экипажа, и они были готовы к любым непредвиденным ситуациям. И хотя новых неприятностей не было, присутствие кораблей сопровождения успокаивало.

Амара видела по-прежнему плохо и не могла играть в «Банши Квест», но поощряла упражнения Тайнана. Она разделила его торжество, когда философ освоил сначала первый, а потом и второй уровень. Подозревая, что эта захватывающая игра предназначена для того, чтобы оттачивать мастерство пилотов Аладо на случай войны, Тайнан об этом умалчивал. Зато и он, и Амара сосредоточили все усилия на планах по обеспечению мира.

Когда они были уже совсем близко от базы Конфедерации, Тайнан прошелся по пассажирской каюте, грустя о том, что полет почти закончен, а вместе с тем думая о будущем. Такие чувства он испытывал, улетая из Цитадели. Звездный крейсер был не слишком просторен, но его очаровательная спутница не давала ему скучать. Непостижимым образом за десять дней полета этот корабль стал ему домом. Амара однажды сравнила базу Конфедерации с Цитаделью, и Тайнан понимал, что если ему было удобно в Звездном крейсере, то будет тем более удобно на базе – если Амара не покинет его.

Амара наклонилась вперед, расчесывая волосы, и, подойдя к ней сзади, Тайнан шутливо хлопнул ее по попке.

– А я-то надеялась, что, надев балахон, ты вспомнишь, как надо себя вести, – рассмеялась она.

– Не беспокойся, буду так сдержан, что все решат, будто я едва тебя выношу. Это доставит тебе удовольствие?

Амара выпрямилась:

– Не дерзи.

Она начала укладывать волосы на затылке, но Тайнан протянул руки, чтобы помешать ей.

– Оставь их распущенными.

Амара легонько ударила его по ноге массажной щеткой. Гордясь своим профессионализмом, она считала, что кудряшки не производят серьезного впечатления.

– Я хочу выглядеть так, будто знаю, что делаю, хотя, к сожалению, показала, что это не так.

Тайнан прикоснулся к ее губам.

– Ну для меня, – попросил он. Амара прижалась к нему.

– Ну ладно, в виде исключения. Может, так меньше будут заметны мои ссадины и синяки.

– Они уже прошли. – Тайнану было больно, что Амара до сих пор так плохо видела, а потому не знала, что стала выглядеть гораздо лучше. – Ты так же прекрасна, как и раньше.

– К сожалению, пилоты получают повышение по службе не за красоту, Тай. И мне придется применить все способности, чтобы не потерять работу.

– «Тай»? Меня никто никогда так не называл. Мне это очень нравится.

Амара кинула щетку в свою сумку и взяла его за руку.

– Пошли в рубку. Может, вид базы поможет тебе сосредоточиться на том деле, которое ждет тебя.

Тайнан теперь точно знал, что для него важнее всего в жизни.

– Перестань волноваться! Мы прилетели вовремя. Разве секретарь требовал от тебя чего-то еще?

Амара приподняла брови.

– Напомни мне, чтобы я сказала ему об этом.

Усевшись в кресло пилота, Амара уточнила координаты базы Конфедерации и приказала Стиву начать действия по сближению и стыковке.

– Я вижу так плохо, что не смогу причалить, а разбиться сейчас мне вовсе не хочется.

Поначалу база казалась светящейся точкой, но постепенно Тайнан оценил ее гигантский размер. Огромное колесо под куполом непрерывно вращалось, обеспечивая силу притяжения, необходимую для обитателей и удерживая станцию на постоянной орбите. И все же Тайнан не понимал, почему кому-то хочется жить не на Земле.

Прикоснувшись к запястью Амары, он почувствовал, как сильно бьется ее пульс.

– Почему ты так напугана? Неужели не доверяешь Стиву?

– Меня пугает не стыковка, а то, как нас встретят.

– После встречи с Маком Трамбо нам не о чем тревожиться.

– Хорошо, я постараюсь оценивать все, принимая во внимание именно это. Тогда все, кроме казни без суда, покажется мне приемлемым.

– Никто не посмеет казнить мою помощницу. Наконец-то у тебя появилось веское основание остаться со мной.

Амара попыталась улыбнуться. Полчаса назад корабли, сопровождавшие их, свернули в сторону, чтобы они первыми осуществили посадку, и Амара чувствовала себя одинокой и беззащитной. Сжав руку Тайнана и закрыв глаза, она ждала, когда Стив произведет стыковку.

Тайнан надел капюшон:

– Здесь меня знают только понаслышке, но давай воспользуемся моей репутацией. Я по-прежнему считаю, что ты лучший пилот Аладо, и сочту врагом каждого, кто посмеет это отрицать.

– Спасибо. Прости мне эту дурацкую тревогу: я знаю, что тебя ждет трудное и ответственное дело, и не хочу, чтобы ты за меня волновался. Думай только о переговорах.

– Я совсем не считаю твои тревоги несерьезными, хотя надеюсь, что они окажутся беспочвенными. Я не могу не беспокоиться о тебе. – Подождав, пока осуществится полная герметизация стыковочного узла, Тайнан отстегнул привязной ремень. – Открывай люк.

Амара опустила трап и пошла вперед. К ним приближалось несколько человек, и она узнала Ориона Шоде и двух его помощников по их костюмам, блестевшим золотом. За ними следовали работники службы безопасности Конфедерации в черно-белых мундирах. Подойдя к ней, Орион отвел с ее лица волосы и озабоченно нахмурился, увидев на лице Амары синяки и ссадины:

– В лазарете наготове команда врачей. Я боялся, что ты не сможешь идти.

Опустив руку ей на плечо, он ласково сжал его.

Хотя встреча оказалась гораздо теплее, чем рассчитывала Амара, ей было неприятно, что Орион держится так при всех. Она отстранилась. Было неловко и от того, что Орион, выражая озабоченность ее состоянием, словно не замечает Тайнана Торна. Все еще считая себя сопровождающей Тайнана, Амара официально представила философу секретаря дипломатического корпуса.

– Мы уже знакомы, – сказал Орион. Увидев откровенное разочарование Тайнана, он хитро улыбнулся. – Когда это было – лет двадцать назад?

– Двадцать один, – уточнил Тайнан.

Не видя лица своего спутника, Амара услышала нескрываемое презрение в голосе Тайнана.

– Я не знала, что вы встречались. Почему ты мне не сказал? – удивленно спросила она.

Тайнан несомненно испытывал к Ориону глубокое отвращение.

– Ты ни разу не назвала его имени. Это намеренное упущение?

Обиженная этим подозрением, Амара смущенно пожала плечами.

– Нет. Мне казалось, что я называла его.

– Простите, если из-за меня между вами возникли недоразумения, – поспешно вставил Орион. – Ты, конечно, оправдал надежды, которые возлагали на тебя в детстве, Тайнан. Надеюсь, и я тоже. – Он приказал служащим безопасности выйти вперед. – Эти люди займутся телами пиратов. Мне предстоит еще ознакомиться с вашим вахтенным журналом и выслушать ваши показания; впрочем, это можно отложить на завтра. Четверо делегатов уже прибыли, и церемония открытия состоится, как и намечалось, через два часа. Мои помощники проводят тебя в твои апартаменты, Тайнан. Уверен, что ты хочешь отдохнуть и провести последние приготовления к конференции.

– Нет. Я хочу остаться с лейтенантом Грир, пока ее будет смотреть врач.

Орион подошел к Амаре и обнял ее за плечи:

– Очень мило с твоей стороны, но в этом нет необходимости. Я сам позабочусь о ней.

Амара не сразу осознала, что Тайнан обратился к ней не совсем обычно, но, вспомнив об условном сигнале, отстранилась от Ориона и взяла Тайнана за руку.

– Спасибо, Орион, но Тайнану тоже следует показаться врачу, так что мы пойдем вместе.

– А я и не знал, что ты тоже получил ранения! – воскликнул Орион.

Тайнан не считал царапину на щеке достойной упоминания, но, радуясь, что появился предлог остаться с Амарой, молча кивнул.

Орион повернулся к помощникам, чем-то похожим на него:

– Отнесите их вещи в номера, а потом приходите туда, где будут проходить переговоры.

Отдав распоряжение, он жестом пригласил Тайнана и Амару следовать за ним.

– Лазарет расположен на соседнем уровне.

Он провел их в конец посадочного отсека, а оттуда по коридору к лифтам. Дверцы при их приближении раздвинулись, и Орион отступил в сторону, приглашая гостей войти.

– Впервые в лифте? – спросил Орион Тайнана. Тайнан молча кивнул.

– Я рад, что ты принял приглашение Аладо и согласился представлять нас. Надеюсь, ты получишь много разнообразных впечатлений, а мы воспользуемся твоим недюжинным талантом. – Орион подмигнул Амаре, однако она явно не заметила этого. Только тут он понял, что у нее очень плохо с глазами.

– Скажи, ты плохо видишь?

– Я вижу, – решительно начала Амара, – но не очень четко.

– Тогда мне придется немедленно снять тебя с полетов.

– Этого я и ожидала.

Дверцы лифта раздвинулись, и они вышли в широкий коридор, ведущий в лазарет. Орион назвал дежурной их имена. Услышав имя Тайнана, регистратор очень заинтересовался и уставился на философа.

– Удивительно, что он не попросил автографа, – пошутил Орион. – Я или один из моих помощников будем всегда и повсюду сопровождать тебя. Иначе ты устанешь от желающих побеседовать с тобой. Я понимаю, что это лестно, но весьма утомительно.

– Я достаточно вынослив, – возразил Тайнан. – Мне нужно только получить план станции, тогда мы с Амарой не заблудимся.

Орион самодовольно улыбнулся.

– Я предполагал, что вы друг другу понравитесь. Кстати, я предоставил вам соседние номера. Надеюсь, ты поправишься и сможешь воспользоваться своим номером, Амара. Будет очень обидно, если тебе придется задержаться в лазарете.

Амару ужаснула эта перспектива. Согласившись работать с Тайнаном, она боялась, что этому помешает состояние ее здоровья.

– Уверена, что все обойдется, – ответила она.

– Дай Бог. Кстати, силы Конфедерации арестовали Ристо Кортеса. Это было непросто, поскольку ты практически уничтожила его посадочные отсеки. Ристо полностью отрицает свою вину и клянется, будто его механики готовы подтвердить, что он предоставил вам помещение для ремонта, а вы учинили там Бог знает что. Он требует извинений и оплаты ремонта.

– Ну и ну! Вот так фантазер! Тайнан свидетель всего, что произошло. Надеюсь, ему поверят больше, чем «Штопорам», которых Кортес называет механиками. Если бы они не стреляли в нас, нам не пришлось бы останавливаться на астероиде Кортеса.

– Если дело дойдет до суда, – задумчиво заметил Орион, – могут возникнуть некоторые сложности. Не объяснишь ли Амаре, Тайнан, юридические взгляды Хранителей?

Тайнан отбросил капюшон. Он видел, что время мало изменило Ориона. Его золотистые волосы были по-прежнему густыми, а фигура на редкость стройной для мужчины тридцати девяти лет. Кроме того, он приобрел элегантность, видимо, необходимую для дипломатической работы. Но голубые глаза остались такими же холодными, и Тайнан подумал, что его прежний противник не изменился и внутренне. Двадцать лет назад Орион наслаждался, измываясь над ним. Похоже, и сейчас он был непрочь позабавиться. Но Тайнан не желал доставлять ему удовольствие.

– По традиции Хранители не принимают участия в спорах, происходящих за стенами Цитадели, – пояснил Тайнан Амаре. – Ни один из них не давал показаний в суде.

Амара вскинула голову:

– Эта традиция нерушима или ты сделаешь исключение, приняв столь активное участие в этой истории? Видишь, то, что ты задержал вылет до рассвета, не принесло нам удачи.

– Это зависит от точки зрения, – возразил Тайнан. – Я считаю, что нам везло.

– Ты не ответил, будешь ли давать показания в мою пользу.

Тайнан даже спиной чувствовал, что Орион самодовольно ухмыляется. То, что ему приходилось выбирать между традициями, которых он придерживался всю жизнь, и благополучием Амары, было крайне неприятно. Тайнан ощутил мучительное раздвоение, но внезапно понял, каким должен быть ответ.

– Ристо Кортес – опасный безумец, и я сделаю все, чтобы он больше никогда не угрожал жизни людей. Так что буду рад подтвердить твои показания.

Амара испытала огромное облегчение. Она обняла бы Тайнана, если бы в эту минуту в кабинет не вошел врач. Амара видела и раньше Солану Диас, и узнав ее звучный голос, представила ей Тайнана. Потом сказала:

– А я и не знала, что ты ушла из Командования флота.

– А я и не уходила, – ответила доктор Диас. – Орион вызвал меня, когда стало известно, что с тобой приключилось. Теперь садись и дай мне тебя осмотреть. Джентльмены, мы, право, обойдемся без зрителей.

Амаре очень хотелось попросить Тайнана остаться, но, опасаясь дурного диагноза, решила, что лучше ему этого не слышать.

Орион первым вышел в коридор. Как только они остались вдвоем, Тайнан шагнул к нему. Теперь он был гораздо выше прежнего противника и с удовольствием смотрел на Ориона сверху вниз.

– Я знаю, что вы с Амарой были любовниками, но не советую вам посягать на нее, возобновляя тем самым нашу прежнюю вражду.

Орион изобразил изумление:

– О чем это ты? Может, мне не следовало упоминать о том, что Хранители не принимают участия в судебных разбирательствах? Но это же правда, Тайнан! Неужели ты боишься правды?

Тайнан решительно схватил Ориона за отвороты мундира и рывком притянул к себе.

– Вам неведомо, что такое правда, – мрачно сказал он. – Держитесь подальше от меня, а главное, от Амары Грир!

Увидев удивленно-недоверчивый взгляд Ориона, Тайнан с отвращением оттолкнул его от себя.

Орион поправил костюм и поспешно огляделся в надежде, что никто их не видел.

– Ты, возможно, удивишься, узнав, что я с искренней гордостью следил за твоими успехами, – сказал он, убедившись, что они одни. – Именно я предложил пригласить тебя как представителя нашей корпорации, и Совет директоров Аладо поддержал меня. Я надеялся, что ты давным-давно забыл нашу детскую вражду. Очень жаль, что это не так. Аладо не может рисковать результатами мирных переговоров. Ты должен немедленно подтвердить, что так же предан делу мира, как пишешь об этом в своих работах, иначе тебя лишат делегатских полномочий и отправят обратно. Если ты по-прежнему полагаешь, что у нас с тобой есть счеты, мы сможем их свести перед твоим отъездом, но сейчас главное – переговоры. Они имеют жизненно важное значение.

Если бы Тайнан знал заранее, что Орион Шоде связан с мирными переговорами, то ни за что не согласился бы участвовать в них. Но теперь, прибыв на конференцию, Тайнан не мог отказаться от своих обязательств, а также и от Амары, которой, как понимал, не разрешат пилотировать корабль, если он решит улететь.

– Поскольку вы не участвуете в переговорах, – ответил философ, – я сделаю все, чего от меня ожидают.

Орион кивнул.

– Хорошо. Ревность – отвратительная черта, Тайнан. Поверь мне, ревновать к Амаре бессмысленно. Я не был ее первым любовником, а ты не будешь последним. Если тебе нравятся красивые женщины, готов познакомить тебя с ними. Видишь, у нас нет причин враждовать. Мы оба будем работать на Аладо.

Кипя от ярости, Тайнан хотел броситься на Ориона, но в эту минуту Амара приоткрыла дверь кабинета и позвала его.

– Мне ничего от вас не надо, – негромко бросил Торн своему противнику. – Ни советов, ни любезностей. Только держитесь от меня подальше.

Орион взглянул на Амару:

– После церемонии открытия будет банкет. Я послал тебе подобающую для этого одежду, надеясь, что ты придешь туда с Тайнаном. О твоем полете поговорим завтра с утра. У тебя и Тайнана номера 417 и 419. А я в 420 номере.

Как только Орион повернулся, Тайнан, едва сдерживая желание плюнуть ему вслед, направился в кабинет врача.

– Я совершенно здоров, – сказал он. Заметив, что глаза его пылают от ярости, Солана пощупала его пульс.

– Вряд ли вы правы, – заметила она. – Вас что-то взволновало? Если напряжение вызвано переговорами, я предложу вам легкое успокаивающее средство, которое не скажется на интеллектуальных способностях.

– Спасибо, я предпочту заняться медитацией. А что с Амарой? У нее скоро восстановится зрение?

– Думаю, да. Я рекомендовала ей постельный режим. – Солана сделала последнюю запись в карте Амары, подняла голову и улыбнулась. – И покой.

Тайнана душил гнев, но он дал себе клятву, что не будет изливать его на Амару. Попрощавшись с Соланой, Тайнан взял Амару за руку и вывел из лазарета.

– Нам надо поговорить, – сказал он, – и на этот раз ты не сможешь отказаться обсудить кое-что, касающееся твоего прежнего любовника.

Заметив его враждебность к Ориону, Амара поняла, что секретарь – тот самый человек, что унижал Тайнана в детстве. Она хотела возразить, но вдруг вспомнила, что он обещал дать показания в ее пользу. Если Торн ради нее готов нарушить традицию Хранителей, то и ей следует сделать что-то для него.

– Хорошо, – согласилась она, чувствуя необъяснимый страх. Да, она любит Тайнана, но ее карьера зависит от Ориона. Если эти двое ненавидят друг друга, она скорее всего погибнет и потеряет все, что ей дорого.

 

Глава 13

Тайнан пропустил Амару в лифт, вошел за ней и нажал кнопку четвертой палубы. Он повернулся к ней, собираясь сразу начать разговор, но лифт остановился и двери открылись прежде, чем он успел открыть рот. Их тут же приветливо окликнул клерк в черно-белом костюме служащего Конфедерации.

– Мистер Торн, лейтенант Грир – вы последние делегаты, прибывшие на переговоры. Вот код ваших номеров.

Тайнан взял у него карточки и вместе с Амарой направился в отведенные им апартаменты. Когда он набрал на цифровой панели код, дверь скользнула в сторону. За маленькой прихожей оказалась гостиная, выдержанная в бежево-кремовой гамме. На одной из стен висел гобелен, на другой абстрактное панно мягких тонов. Здесь все было гармонично, хотя и не слишком уютно.

Левая дверь вела в номер Амары, так же прекрасно обставленный, но в нем преобладали аквамариновые тона, а настенные украшения напоминали гребни волн. Мельком взглянув на ее апартаменты, Тайнан прошел через свою гостиную и открыл дверь направо. За ней оказалась просторная спальня и ванная комната. Его сумка стояла возле кровати. Он вернулся к Амаре в гостиную.

– Я не ожидал такой роскоши, – заметил он. – Кто за все это платит?

– Пять корпораций, входящих в Конфедерацию, делают свои взносы, но поскольку Аладо крупнее и богаче всех, наш взнос – самый большой. После трудностей космических перелетов эта роскошь считается вполне заслуженной. Надеюсь, это тебя не задевает.

– О, я действительно задет, но не этим. – Тайнан усадил ее на кушетку. – Что сказал Орион, назначая тебя моим пилотом? Почему ты говорила, что он подшутил над тобой?

Сидя на мягкой кушетке, Амара очень хотела уйти от этого неприятного разговора.

– Он сделал вид, что это обычное поручение. Меня смущала нехватка времени, но он не выказывал никаких сомнений в том, что я с этим справлюсь. Орион не сказал о том, что вы встречались, и скрыл от меня, что когда-то жил у Хранителей. Ведь это он обижал тебя в детстве, да?

Тайнан кивнул:

– Конечно, он. Так в чем заключалась его шутка?

– Жаль, что я упомянула об этом.

– Расскажи, – потребовал Тайнан. Помедлив, Амара объяснила:

– Замкнутое пространство во время полета невольно сближает людей, и я сочла, что он поступает неправильно, отправляя за тобой меня. Ведь я знала, что у тебя нет опыта общения с женщинами.

– Ты опасалась, что я начну просить тебя переспать со мной?

– Тайнан, пожалуйста!

– Не смущайся. Именно так и случилось, только Орион подшутил не над тобой. Он хотел, как прежде, поиздеваться надо мной – и ему это удалось. Ты совершенно околдовала меня.

– Согласна. Орион свел нас, чтобы помучить, но если это так, у него ничего не вышло. Ведь у нас было нечто большее, чем физическая близость. Во всяком случае, мне так казалось.

Амара очень неохотно говорила о своих чувствах к нему после столкновения с пиратами, и Тайнана удивило ее признание.

– И мне тоже.

– Так какое нам дело до побуждений Ориона? Вы не видели друг друга двадцать один год. Разве нельзя забыть о прежней вражде? Церемония открытия вот-вот начнется. Ты не можешь идти туда в таком раздраженном состоянии.

– Почему?

– Потому что это ниже твоего достоинства и ставит под угрозу дело, за которое ты отвечаешь.

Амара опустила голову и не прикасалась к Тайнану. Ее слова и поза тронули его, но даже это не избавило от ненависти к Ориону.

– Видишь ли, Орион Шоде – воплощение того, что мне ненавистно. Ему наплевать на всех, кроме собственных эгоистических желаний. Я не могу с ним работать. Мне дурно, когда я вижу его. Мне легче было бы подружиться с Маком Трамбо!

– Тайнан, ты видел его в последний раз, когда тебе было двенадцать лет. Допускаю, что он нещадно тебя мучил, но ведь теперь вы оба взрослые люди. Ты не считаешь, что он мог измениться?

– Нет! Он только научился еще лучше скрывать свои низкие побуждения под маской любезности. Все это сплошное притворство. Он беспринципен, подл и дьявольски изворотлив. Таким он был всегда, и иным быть не может.

– Ну, у тебя, конечно, есть основания для таких выводов, но…

– Выводы?! Это факт!

Амара видела Тайнана смутно и сейчас была даже рада, что не может разглядеть выражения его лица.

– Я уже не восхищаюсь им, – призналась она, – но в Аладо он сделал блестящую карьеру. Как глава дипломатического корпуса, он считается кандидатом на следующую вакансию в Совете директоров. Гнусный человек, каким ты его изображаешь, никогда не достиг бы такого положения и не добился бы всеобщего уважения. Успокойся, Тайнан. Ты должен прийти на церемонию с четким ощущением своей миссии и источать миролюбие и спокойствие. Сосредоточившись на обидах детства, ты просто сорвешь переговоры. Нам нельзя этого допустить.

Слова Амары внезапно открыли ему глаза, и Тайнан с необычайной ясностью понял цели Ориона. Тот уже пригрозил снять его с переговоров, что сильно повредило бы репутации Тайнана, известного сторонника мира. Но если он провалится как представитель Аладо, его заменят Орионом Шоде!

Такой гнусный ход мыслей был характерен для Ориона с детства. Тайнан не сказал о своих подозрениях Амаре, бывшей любовнице Ориона, но обратился к ней с просьбой:

– Поскольку мы не можем доказать, что Маку Трамбо кто-то поручил угнать Звездный крейсер, давай оставим эту гипотезу при себе. Когда Орион будет тебя расспрашивать, не говори ему подробно о словах Мака.

– Эта ошибка может нам дорого обойтись.

– У нас нет доказательств, Амара, а поскольку атмосфера и без того напряженная, нам не следует усугублять положение.

Таких разумных слов Амара не слышала от Тайнана с момента их прибытия на базу. Обрадовавшись, она охотно согласилась. Войдя в свой номер, она отыскала ванную. Там Амара ополоснула лицо холодной водой, пожалев, что не попросила у доктора Диас лекарства от головной боли. Правда, во время визита к Солане голова у Амары не болела, но сейчас просто раскалывалась.

Судя по всему, Орион Шоде никогда не совершал импульсивных поступков, так что наверняка знал, как отреагирует Тайнан на встречу с ним. Однако его предложение избрать Тайнана представителем их корпорации было таким блестящим, что Амаре казалась очевидной внутренняя трансформация Ориона. Конечно же, Орион поднялся выше их былого соперничества. Почему Тайнан не может проявить такого же великодушия?

Она вытерла лицо, распустила волосы и взмолилась, чтобы Тайнан поскорее успокоился. Ей не хотелось тратить отпущенный им срок на ссоры из-за Ориона. Все это испортит не только настоящее, но и те прекрасные воспоминания, которые она надеялась сохранить на всю жизнь. Мечтая избежать нового столкновения, Амара вернулась в номер Тайнана. Он все так же взволнованно ходил по комнате.

– Скажи, мы не могли бы пристойно поесть? Неужели никому не пришло в голову, что мы голодны?

– Прости, пожалуйста! Это моя вина. Я сейчас ничего не хочу, но мне следовало попросить прислать что-нибудь тебе. Проверим, сколько у нас времени?

– Наверняка слишком мало. Придется надеяться, что во время церемонии будет играть музыка, которая заглушит бурчание у меня в животе. Ты знаешь, куда мы должны явиться?

– Да, на верхнюю палубу. Зал заседаний находится под самым куполом. Оттуда открывается потрясающий вид – он должен вдохновить всех. И тогда каждый проявит себя с самой лучшей стороны. И да поможет нам Господь, если это не так.

Ее пылкие слова вернули Тайнана к действительности и успокоили. Признав правоту Амары, он взял ее за руку и вывел из номера. Когда они дошли до лифта, там их ждали два пилота. Летчики улыбались, словно Тайнан должен был их узнать. Он понял, что они действительно знакомы, когда прочел их имена, вышитые на нагрудном кармане летного костюма.

– Пайпер Джайлз и Глен Арчер! – воскликнул он. – Спасибо, что вы нам помогли.

Пайпер оказалась привлекательной брюнеткой с огромными, как у лани, влажными глазами, крупным ртом и приветливой улыбкой. Глен Арчер был подтянутым молодым человеком, серьезно ко всему относившимся.

– Нам следовало лететь с вами всю дорогу, – проговорил он.

– Но теперь вы здесь, – добавила Пайпер, – а нам выпала честь быть вашими помощниками.

– Спасибо, но кроме Амары мне помощники не нужны.

Пайпер и Глен удивились.

– Разве у тебя уже восстановилось зрение? – спросила Пайпер.

– Нет, но скоро восстановится, – заверила ее Амара. – Вы сядете со мной на церемонии открытия?

– Разве ты будешь не со мной? – спросил Тайнан. В его вопросе было такое смятение, что Амара сжала ему руку.

– Боюсь, это невозможно. Всякий раз, когда собирается Конфедерация, вначале устраивают официальную церемонию. Такова традиция, – подчеркнула она. – Считается, что это способствует сотрудничеству всех пяти конкурирующих корпораций. Полагаю, что тебя посадят с другими важными персонами, и там не будет места для помощников делегата.

Раздосадованный Тайнан сделал отчаянное усилие, чтобы успокоиться, как и советовала ему Амара. В Цитадели он всегда испытывал умиротворение, но сейчас ему стоило огромного труда достичь его.

– Не пора ли нам? – спросил он у спутников. – После всех трудностей, которые мы преодолели, чтобы прилететь сюда вовремя, не хотелось бы опоздать.

Глен вызвал лифт, и все четверо вошли в него. Там уже были пассажиры. Один из них пристально вгляделся в Тайнана, и, словно узнав его, сказал:

– Тайнан, я – Деррел Симмонс, делегат корпорации Перегрин. Через несколько минут нас представят друг другу официально, но я бы предпочел познакомиться с вами сейчас.

Деррел был почти такого же роста, как Тайнан. Его темно-каштановые волосы были коротко подстрижены на макушке, но длинные пряди спускались на шею. Голубоглазый, красивый, с озорной улыбкой, он был одет, как и все представители Перегрина, в темно-серое с алой отделкой. Он протянул Тайнану руку и, казалось, был искренне рад, когда тот пожал ее.

– Я прочел кое-что из ваших трудов, вернее, попытался, – признался он, усмехнувшись. – Надеюсь, что при личном контакте мне будет легче понять вас.

Всегда стремясь к простоте изложения, Тайнан никогда не слышал, чтобы кто-то жаловался на сложность его работ. Поняв, что Деррел Симмонс их не читал, он сделал вывод, что его новый знакомый лжец. Амара предупреждала его, что Деррел ни к чему не относится серьезно, и ее суждение оказалось верным.

Тайнан постарался четко сформулировать ответ.

– Если даже мне придется пользоваться только односложными словами и говорить очень медленно, я на это пойду, но можете не сомневаться, Симмонс, мы друг друга поймем.

Двери лифта раскрылись, и, выйдя из него первым, Деррел обернулся к Тайнану:

– Мне нравится ваше одеяние. А ночью вы в него заворачиваетесь и повисаете вниз головой, как летучая мышь?

– Нет, я знаю лучший способ спать.

Увидев, что Амара взяла Тайнана под руку, Деррел вызывающе улыбнулся.

– Вижу, что знаете. – Он помахал им рукой и отвернулся. – Удачи!

– И вам того же.

Глен направился было за Деррелом, но Пайпер схватила его за локоть.

– Это мирные переговоры, – напомнила она. – В коридорах драки запрещены. Кроме того Тайнан уже доказал, что умеет за себя постоять.

Глен стряхнул ее руку:

– Ему не следовало допускать эту дерзкую шутку.

– Конечно, – согласился Тайнан. – Зато теперь я знаю, чего от него ожидать, и это пойдет мне на пользу.

Коридор быстро заполнялся людьми. Многие были в серых с алым формах, как у Перегрина, другие были в золотистых формах Аладо. Когда Тайнан и Амара подошли к двери, один из помощников Ориона, встречавший их по прилете, вышел вперед.

– Я – Росс Белдинг, – представился он Тайнану. – Я ждал вас. Делегаты встречаются перед началом церемонии. Пожалуйста, пройдите со мной.

Тайнан не привык быть среди незнакомых людей и испытывал тревогу. Спрятав кисти рук в рукава балахона, он пошел следом за Россом, стараясь не выказывать беспокойства.

Они шли медленно, и поначалу Тайнану казалось, что люди, встречающиеся им по пути, случайно прикасаются к нему. Однако скоро понял, что они специально протягивают руки, чтобы коснуться его одежды. Это делали не только служащие Аладо, но и те, кто прибыл из других корпораций. Испугавшись такого странного проявления почтительности, он испытал глубокое облегчение, когда они наконец попали в небольшую комнату, где собрались участники переговоров.

Все повернулись к Тайнану, и Росс представил ему делегатов. Философ знал их по фотографиям, предоставленным ему корпорацией Аладо. Представительница Омеги, Лиша Драче, миниатюрная африканка, была в ярком платье с оранжево-черным узором и в экзотическом тюрбане. Она о чем-то спорила с Тавой Майсенко, ведущей переговоры от лица Серемы. Увидев Тайнана, она остановилась на полуслове.

Тава направилась к Тайнану легкой походкой танцовщицы. На ней был строгий синий мундир, но распущенные рыжие волосы свободно ниспадали, достигая бедер. Как у многих рыжеволосых женщин, у нее была очень светлая кожа, зеленые глаза, сильно подведенные, и полные губы. Тайнану она показалась красавицей, но в ее правильных чертах было что-то странное, почти отталкивающее. Он пожал протянутую ею руку, неприятно холодную.

Гэлладжер Макграт, делегат Европы, остался позади, рядом с Лишей. Коренастый седовласый человек в блекло-зеленой форме своей корпорации, он засунул руки в карманы и слегка кивнул Тайнану.

Деррел, который вошел несколько минут назад, наливал себе что-то в рюмку. Он поднял ее, приветствуя Тайнана.

– Теперь, когда мы все в сборе, возможно, нам удастся преодолеть первую трудность. – Он взглянул на Лишу. – Кажется, возникли разногласия по поводу того, в каком порядке мы войдем в зал. Лиша почему-то хочет войти первой, а Тава и Гэлладжер считают, что эта честь принадлежит им. Предлагаю бросить жребий. Что вы скажете, Тайнан?

Повернувшись к Россу, Тайнан спросил:

– А как этот вопрос решали раньше?

Росс смущенно ответил:

– Мы всегда использовали компьютерные списки, где пять корпораций были представлены во всевозможных комбинациях, но поскольку жребий ни разу не выпадал Омеге, госпожа Драче отказалась сегодня от этого правила.

Тайнану не нравились эти мелочные споры.

– Нам следует сейчас же договориться не тратить на это время. Давайте выстроимся по росту. Тогда госпожа Драче окажется первой, за ней госпожа Майсенко, Гэлладжер Макграт, Деррел Симмонс. Я буду последним. Если мы изменим порядок, я пойду впереди.

Деррел рассмеялся и осушил рюмку.

– Это блестящая мысль или смешная, никак не пойму.

Тава подошла поближе к Тайнану и коснулась его балахона:

– Мне, пожалуй, нравится план Тайнана. Конечно, предложение немного странное, но он прав. Если мы будем тратить время на мелочные споры, то не сможем обсудить главное. Вы согласны, Гэлладжер?

Гэлладжер Макграт вытащил руки из карманов и выпрямился:

– Погодите-ка! Разве мы выбрали Тайнана Торна председателем конференции? Почему мы должны принять его предложение, не выслушав другие?

– Это важное замечание, – согласился Деррел. – Нам следует выбрать председателя, прежде чем обсуждать какие бы то ни было проблемы. Я предлагаю Тайнана Торна.

Он налил себе еще одну рюмку.

– Наше первое заседание начнется только завтра! – возразила Лиша.

– Ну и что? – отозвалась Тава. – В отличие от всех нас, Тайнан Торн – независимое лицо, он не связан ни с одной корпорацией, если не считать этих переговоров. Он известен своей мудростью. По-моему, это прекрасная кандидатура на должность председательствующего, и я поддерживаю предложение Деррела. Будем голосовать?

Деррел хлопнул в ладоши:

– Я голосую вместе с Тавой! Вы тоже проголосуете за себя, правда, Торн? Вот вам и большинство. Что скажут другие?

Лиша была крайне недовольна.

– Мы даже не договорились, будут ли решаться вопросы простым большинством, – заметила она.

Гэлладжер вскинул руки вверх:

– Хватит! Тайнан прав. Если мы будем тратить время на глупое препирательство, переговоры продлятся лет десять. Я голосую за Торна.

Деррел поставил пустую рюмку и, подойдя к Тайнану, хлопнул его по плечу:

– Поздравляю с первой победой! А теперь давайте построимся и войдем в зал. Лиша, вы все-таки оказались первой!

Казалось, Лишу ужасно раздосадовало, что она хоть и добилась своего, но не так, как хотелось. Тем не менее она двинулась к двери. Надетые на шею и запястья бусы мелодично позвякивали в такт ее шагам.

Тайнан отступил в сторону, чтобы остальные могли встать в ряд. Он вылетел из Цитадели всего десять дней назад, но ему казалось, что прошла уже целая вечность. Окруженный незнакомыми людьми и непривычной обстановкой, зрелищами, он испытывал сенсорную перегрузку, но не мог сейчас прибегнуть к медитации.

Процессия двинулась вперед. Не зная, что ждет его впереди, Тайнан пошел следом за Деррелом, который оглянулся и подмигнул ему.

– Это напоминает мне выпускную церемонию Академии Перегрина, – прошептал он. – Но у нас было гораздо больше хорошеньких девушек.

Тайнан бросил на Деррела такой суровый взгляд, что у того пропала охота смешить. Деррел отвернулся и, расправив плечи, гордо вступил в зал заседаний. При появлении представителей корпораций все приглашенные на церемонию открытия встали, и Деррел помахал рукой делегации Перегрина. Корпорация Перегрин явно пренебрегала приличиями, что точно соответствовало характеристике, которую дала ей Амара. Тайнан поискал Амару взглядом.

Хотя лейтенант Грир, как и все служащие Аладо, была в золотистом костюме, он легко нашел ее. Светлые кудри обрамляли ее лицо, но оно выражало тревогу. Справа от нее стояли Пайпер и Глен, а слева Орион Шоде. Тайнан понял, что Амара, различая лишь цветовые пятна, не знает, кто рядом с ней. Хотя Тайнан напомнил себе, что Орион по-прежнему остается начальником Амары, это не помогло успокоиться.

Поглощенный этими неприятными мыслями, он чуть было не прошел мимо предназначенного ему места, но вовремя спохватился и сел. Теперь он старался сосредоточиться на чем угодно, лишь бы не смотреть на ту, кого ему больше всего хотелось видеть.

Зал заседаний под прозрачным куполом был расположен амфитеатром: сцену окружали поднимающиеся вверх ряды кресел. Справа на сцене устроился небольшой оркестр, слева сидели официальные лица, обеспечивающие работу конференции. Пока зал заполнялся зрителями, оркестр исполнял попурри из различных мелодий, но теперь, когда все встали, заиграл гимн Конфедерации. У гимна не было слов, поскольку корпорации так и не договорились по поводу предложенных текстов.

Чувствуя себя неловко, Тайнан с нетерпением ждал конца этого затянувшегося спектакля. Он никогда не видел инструментов, изготовленных из металлических трубок в форме треугольника, на которых играли музыканты. Расположение струн напоминало кельтскую арфу, немного знакомую Тайнану. Кроме струн в них были и мундштуки, поэтому эти инструменты использовались и как духовые.

Заседание открыл Джадд Гриффит, представитель корпорации Европа. Совсем недавно он стал президентом Конфедерации. Вид у него был внушительный, и он звучным голосом зачитал короткое приветственное обращение и Статьи хартии, провозгласившей создание Конфедерации Заселенных Миров. После этого зазвучала музыка, а потом началось официальное представление делегатов корпораций, причем о каждом сказали немало лестных слов. По окончании очередной мелодии Гриффит объявил конференцию открытой: переговоры начнутся завтра в десять.

Собираясь уйти с Пайпер и Гленом, Амара поднялась, но Орион задержал ее, отослав остальных. Когда ближайшие к ним зрители покинули зал, он спросил:

– Понравилось ли тебе платье, которое я для тебя приготовил?

– Платье? О, извините, у меня не было времени его рассмотреть. Да я и увижу только его цвет. Впрочем, не сомневаюсь, что оно прелестно: у вас отличный вкус. Однако вам не следовало его покупать.

– Мне нравится делать тебе подарки, – сказал Орион. – Кроме того, я не дал тебе времени подготовиться к конференции, а значит, должен был купить хотя бы одежду.

Слова Ориона звучали искренне, но Амаре очень хотелось бы видеть его лицо. Он часто говорил серьезные вещи с насмешливой улыбкой.

– Я верну вам деньги, – проговорила она.

– Это необязательно.

– Напротив.

– Я не ожидал, что Тайнан окажется таким ревнивцем. Он запретит тебе надеть платье, которое я купил?

Амара разозлилась. Она надеялась, что Тайнан не станет ничего запрещать ей, но не желала обсуждать это с Орионом.

– Вам следовало предупредить меня о том, что вы были знакомы. Встреча с вами крайне раздосадовала его.

Орион вздохнул:

– Я искренне верил в то, что он вырос. Честное слово! Как и всех, меня очаровала его горячая приверженность делу мира. Мне и в голову не приходило, что он проявит такую враждебность. Надеюсь, его не придется удалять с переговоров.

Перепугавшись, Амара схватила его за плечо:

– Вы действительно думаете, что это возможно?

– Если завтра во время переговоров он поведет себя так же враждебно, как сегодня со мной – то да. Аладо не может рисковать из-за того, что мы совершили ошибку, пригласив мстительного человека. Это было бы катастрофой для всех нас. Думаю, ты способна благотворно повлиять на него. Попробуй убедить Торна в том, что его отвращение ко мне не должно сказаться на работе.

– Я уже пыталась это сделать, но он настроен не миролюбиво.

Большинство зрителей уже покинули зал. Оставшиеся стояли небольшими группами, о чем-то беседуя, так что Орион не боялся, что кто-то услышит их.

– Вероятно, мне следует заменить его немедленно, до начала первой встречи делегатов.

– Нет! Пожалуйста, подождите. Думаю, он сможет сделать то, чего от него ожидают.

Орион долго колебался:

– Хорошо. Но я буду проверять стенограммы каждого дня. Если мне покажется, что наша корпорация представлена плохо, я тут же заменю его. – Орион прикрыл ее руку своей ладонью. – Жаль, что мы плохо расстались. Я говорил насмешливо, хотя понимал, что твои чувства задеты. Ты сможешь меня простить?

В отличие от Тайнана, Амара не отличалась злопамятностью, а потому сразу ответила:

– Я тоже сожалею. А теперь мне надо идти. Мы с Тайнаном не успели условиться о встрече и…

– Он ждет у двери. Чтобы его не раздражать, я попрощаюсь с тобой здесь. И сегодня на приеме постараюсь не попадаться ему на глаза. Он будет в зале А, в том же коридоре, что и ваши номера.

Орион помог Амаре спуститься по ступенькам, но, как и обещал, прошел в другой выход, чтобы не встречаться с Тайнаном. Хранителя сопровождали Росс Белдинг и Пайпер с Гленом.

При ее приближении Пайпер объявила:

– Представители корпораций избрали Тайнана председателем. Хорошо, правда? Переговоры только начались, а он уже начал ими руководить.

– Очень рада, – отозвалась Амара.

– Говоря по правде, это не слишком большая честь. А теперь нельзя ли нам где-нибудь перекусить?

Тайнан взял Амару за руку, показывая, что его приглашение относится только к ней.

Последовав за ним, Амара помахала оставшимся:

– Увидимся на приеме.

Пайпер и Глен пошли в другую сторону, но Росс предложил:

– Я провожу вас до апартаментов.

– В этом нет необходимости, – заметила Амара. Росс понизил голос:

– Все, кто прибыл на конференцию, проверены службой безопасности, но тем не менее нежелательно, чтобы мистер Торн ходил по базе один.

– Он не один, – возразила Амара. – Я с ним.

Не желая, чтобы его сопровождал человек Ориона, Тайнан отделался от Росса как только они оказались на четвертой палубе и сразу спросил у клерка, можно ли заказать еду в номер.

– Мы уже много дней толком не ели, – объяснил он. – У вас не найдется настоящего мяса?

Клерк улыбнулся:

– Конечно! В Конфедерации меню не ограничено. Что бы вы ни заказали, вам доставят все через несколько минут.

– Мне нужен самый большой бифштекс, какой только у вас найдется и гарнир из овощей. А что ты хочешь, Амара?

– На приеме будет угощение. Я могу подождать.

– По-моему, ты слишком мало ешь.

– Тайнан, я не хочу обсуждать с тобой мой рацион. У меня очень болит голова и мне хотелось бы лечь и отдохнуть перед приемом.

Тайнан набрал код и дверь открылась.

– Может, вызвать врача?

– Нет, мне просто необходимо отдохнуть.

Амара повернулась к своей двери, но Тайнан подхватил ее на руки:

– Куда же ты направилась? Моя постель здесь.

– Я не намерена пользоваться твоей постелью.

Тайнан не хотел говорить о том, что видел, как она беседовала с Орионом, но тут не сдержался:

– Что сказал тебе Орион? Он запретил спать со мной, если я буду плохо себя вести?

– Мы обсуждали дела Аладо, а не то, с кем я сплю. Я не хотела тебя обижать, но мне действительно надо отдохнуть. Пожалуйста, отпусти меня.

Не слушая ее возражений, Тайнан внес Амару в свою спальню и положил на кровать.

– Вот твое место, – уверенно сказал он. – Спи, сколько захочешь.

Выходя из спальни, он закрыл дверь. Амаре было досадно и приятно. Ничто так не радовало ее, как общение с Тайнаном, но если бы Амара чувствовала себя немного лучше, то непременно сказала бы, что ее питание, как и выбор любовников, – не его дело. Но сейчас ей было так плохо, что она, свернувшись на кровати и закрыв глаза, поклялась себе изложить все это Тайнану, как только проснется.

 

Глава 14

Как и было обещано, бифштекс Тайнану доставили очень быстро. Официант поставил поднос на стол и снял крышку, демонстрируя аппетитное блюдо. У Тайнана просто слюнки потекли, но он все же заметил бледно-желтую розу в маленькой вазочке, источавшую дивный аромат.

– Вы подбираете цветок к обстановке каждого номера? – спросил он.

– Конечно, сэр. Поскольку вы не заказали напиток, я принес вам минеральную воду. Надеюсь, это то, что нужно. Хотите ли что-нибудь еще?

– Мира и покоя, – чуть слышно пробормотал Тайнан.

Решив, что так Тайнан изъявил желание остаться в одиночестве, официант поклонился и ушел. Отрезав кусочек бифштекса, Тайнан убедился, что он превосходен. Наконец-то он утолил голод! Привыкнув к обществу Амары, он вдруг ощутил тоску и одиночество. Тайнан отложил нож и вилку, поддавшись этим болезненным ощущениям, как сделал это на Звездном крейсере, когда испытал чувство потери.

Тогда Тайнану казалось, что его надежды на любовь напрасны, но спустя всего несколько минут Амара оказалась в его объятиях. Сейчас она просто спала, но ему ужасно ее недоставало. Тайнан встал, заглянул в спальню и, убедившись, что она мирно спит, успокоился и съел все до последнего кусочка.

Чуть погодя Тайнан устроился на полу и предался медитации, изгнав из сознания все, кроме мыслей о мире, гармонии и любви. Только когда Росс заглянул к нему в номер узнать, не нужно ли им чего-нибудь перед приемом, Тайнан понял, что Амара очень заспалась. Сказав, что им не нужен сопровождающий, Тайнан отпустил молодого дипломата.

После ухода Росса, Тайнан вынул розу из вазочки и начал щекотать ею Амару, пока она не проснулась.

– Откуда она у тебя? – удивилась Амара, наслаждаясь ароматом цветка.

– Его принесли с бифштексом. Не знаю, чего я ожидал – возможно, андроида или появления волшебного столика с яствами, – но меня очень удивило, что еду принес человек, и к тому же необычайно услужливый.

Рассмеявшись, Амара села и поцеловала Тайнана.

– Судя по твоим словам – это и был андроид. А с чего ты взял, что это человек?

– Ну… вообще-то просто так подумал.

– В следующий раз, когда что-нибудь закажешь, спроси у него. Андроиды не умеют лгать.

– Может, и так, но, если это человек, мне не хотелось бы оскорбить его таким вопросом. Боюсь, мне надо было разбудить тебя раньше. Росс уже заходил проверить, готовы ли мы отправиться на прием. Мне надо там что-то делать, или только присутствовать?

– Вполне достаточно просто показаться там. Все хотят с тобой познакомиться, но этот прием устроен для служащих корпорации Аладо. Нам не придется там задерживаться, если ты не захочешь.

Тайнан взял ее за руки, помогая подняться:

– Меня пригласили на мирные переговоры, чтобы предотвратить опасность войны. Разве не разумнее устроить вечер после подписания соглашения – если, конечно, мы сможем добиться единодушия?

– Тогда тоже будут приемы, – заверила его Амара. – Я понимаю, что такие развлечения кажутся пустыми, но тебя хотят принять должным образом. Надеюсь, ты будешь любезен? Понравился тебе бифштекс?

Тайнана позабавило, что Амара сочла необходимым попросить быть любезным, а потом вдруг резко изменила тему разговора.

– Превосходный.

– Хорошо. А теперь пойдем: интересно, по вкусу ли тебе платье, которое я должна надеть. Мне придется положиться на твое мнение.

Открыв шкаф в спальне, Тайнан обнаружил в нем несколько золотистых костюмов, сандалии и белое платье с вышитым кружевным лифом и очень глубоким вырезом, смутившим его.

– Я не знаю, что носят здесь женщины…

– А что они носят в других местах, знаешь? – спросила Амара.

– Не знаю, но, по-моему, это не вполне прилично. Наверное, это безвкусная шутка Ориона.

Амара пощупала шелковистую ткань длинной юбки:

– Ощущение приятное. А в чем дело?

Тайнан вздохнул:

– Оно неприличное.

Сомневаясь в этом, Амара сказала:

– Я попрошу Пайпер взглянуть на это платье.

– Ты мне не веришь?

– Конечно, верю, но боюсь, ты не слишком разбираешься в моде.

– Даже профану понятно, что платье с таким прозрачным лифом надевать неприлично.

– А, так вот в чем дело! Но ведь это сейчас модно, Тайнан. Сквозь него видна татуировка, и многим это нравится.

Мысль о том, что Орион ласкал грудь Амары и разглядывал ее татуировку, привела Тайнана в бешенство. Ему захотелось изорвать платье и швырнуть его в лицо Ориону. К счастью, недавние занятия медитацией помогли ему успокоиться и овладеть собой.

Тайнан повесил платье в шкаф:

– Позови Пайпер, пусть будет так, как она скажет.

– Хорошо. Где пульт связи?

– На стене между нашими номерами. – Дождавшись, когда Амара поговорила с подругой, Тайнан спросил:

– А что, татуировки бывают только у женщин?

– Нет, и у мужчин тоже.

– Скажи, а какая татуировка у Ориона?

Амара неохотно ответила:.

– Дракон, похожий на того, что изображен на знаменах в Цитадели. Поскольку дракон символизирует не только силу, но и красоту, такую татуировку делают многие мужчины.

– Ты специально занималась этим вопросом или говоришь о том, что видела?

– Не угадал! – возмутилась Амара. – О таких вещах знают все – особенно пилоты.

– Орион не пилот.

Обиженная его резким тоном, Амара достала платье из шкафа:

– Я не намерена ссориться с тобой из-за Ориона. Сейчас приму душ и оденусь. Когда придет Пайпер, пожалуйста, попроси ее подождать.

– Полагаю, ты все же не наденешь это платье?

Амара остановилась у двери ванной комнаты.

– Если Пайпер согласится с тобой, что оно неприличное, – тогда не надену. Но для этого я должна ей показаться в нем. А теперь извини, мне надо торопиться.

Тайнан тоже пошел принять душ в свою ванную. Он побрился, надел чистое белье, а затем облачился в балахон, хотя на базе с ее искусственным климатом в нем было слишком жарко.

Войдя в гостиную, Тайнан увидел, что Пайпер беседует с Амарой.

Тайнан посмотрел на Амару. Убедившись, что вышивка закрывает грудь, он с облегчением вздохнул. Как ни странно, кружево не обнажало ее формы, но подчеркивало ее женственность. Амара отвела локоны с лица и с одной стороны заколола их шпилькой, воткнув в волосы бледно-желтую розу. Сейчас Амара казалась Тайнану потрясающе красивой.

Заметив благоговейный восторг Тайнана, Пайпер поняла, что настало время высказаться по поводу платья.

– Видишь, оно ему нравится. Я очень рада. По-моему, платье просто великолепное. Не позволишь ли мне когда-нибудь надеть его?

– А ты мне вернула синее? – осведомилась Амара. Пайпер смутилась:

– Извини, я забыла, что оно твое.

– Ладно, можешь оставить его себе, но это я тебе не дам. – Амара медленно повернулась к Тайнану: – Оно правда понравилось тебе, Тай?

Хотя платье подарил Орион, Тайнан был восхищен.

– Да. Но не пора ли нам идти?

Подойдя к Амаре, он взял ее за руку, и следом за Пайпер они прошли по коридору в зал, где уже начался прием. Дверь была открыта, и они услышали веселую музыку и смех.

– Я все же считаю, что это платье неприличное, – шепнул он Амаре.

Амара погладила его по щеке:

– Считай, что это просто средство ослабить напряжение и способствовать эффективному началу переговоров.

– Нелегко, но попробую.

У двери Амара остановилась.

– Это прием в твою честь, – подчеркнула она. – Я буду рядом, но, пожалуйста, позволь мне держаться в тени. Так будет лучше для нас обоих.

Амара вошла в зал следом за Пайпер, и Тайнан не успел ей ответить. Он улыбался, помня о том, что Амара обещала не бросать его. Тайнан был уверен, что она сдержит слово.

Апартаменты, отведенные для приема, оказались очень просторными. Они были выдержаны в золотых и белых тонах и повсюду стояли хрустальные вазы с белыми орхидеями. Амара говорила о роскошном угощении, но Тайнан не ожидал увидеть столы, заставленные разнообразными дарами моря, сырами, тонко нарезанным мясом и великолепно разложенными свежими овощами и фруктами. Вино лилось рекой. Здесь было около пятидесяти гостей, и при их появлении все повернулись к ним и подняли бокалы в знак приветствия. Пайпер покинула друзей и присоединилась к другим гостям.

Орион официально приветствовал Тайнана, а потом указал ему на гостей.

– Я хотел убедиться в том, что сегодня все смогут с тобой познакомиться, – сказал он, – так что потом, если тебе понадобится помощь, ты будешь знать, к кому обратиться.

– И что еще лучше, – отозвался Тайнан так тихо, что его слышали только Орион и Амара, – я буду знать, к кому не обращаться.

Опасаясь, что при ней мужчины начнут оскорблять друг друга, Амара поспешила отойти.

– Я уже со всеми знакома, – заметила она с улыбкой. – Пожалуйста, извините меня. Я очень проголодалась и хочу присоединиться к Пайпер.

Поняв причину ее ухода, Тайнан с трудом преодолел досаду.

Орион начал знакомить его с присутствующими. В дипломатическом корпусе Аладо были специалисты из самых разных областей науки, и секретарь старался отдать должное каждому.

Обходя зал, Тайнан ни на минуту не терял из вида Амару. Сославшись на голод, она тем не менее лишь время от времени брала дольку цуккини. Она часто улыбалась философу, но, казалось, получала большое удовольствие, общаясь с друзьями. Тайнана не удивило, что многие из них были молодыми мужчинами, но вызвало в нем жгучее раздражение. Его ревность усугублялась, когда он представлял себе, как на их мускулистых телах извиваются искусно вытатуированные драконы.

Когда мужчина, представленный ему как консультант по юридическим вопросам, спросил его, почему он решил посвятить себя философии, Тайнан рассеянно ответил:

– Сама философия настояла на этом.

– О, конечно, – отозвался его собеседник, – это и есть призвание.

– Совершенно верно.

Никто из присутствующих не встречался прежде с Хранителями, но Тайнана удивляло, как простодушно они удовлетворяют свое любопытство. Многие протягивали руки, чтобы прикоснуться к нему, почтительно поглаживая его балахон. Теснота сковывала Тайнана: он не мог избежать слишком пристального внимания людей к своей особе. Кое-кто хвалил его работы, что было очень лестно, но Тайнан понимал, что большинству этих людей его книги известны только понаслышке.

Официанты часто наливали искристое вино, и разговоры становились все громче. Чувствуя себя очень неловко, Тайнан устал от шума и духоты. Он мечтал уйти сразу после того, как пожмет руку последнему из гостей. Он не прикоснулся ни к одному из блюд, но когда процедура знакомства наконец закончилась, Орион принялся его угощать.

– Я знаю, что Хранители любят вино. Может, ты все же отведаешь нашего? Его готовят из особых сортов винограда, растущего на многих колонизированных нами планетах. Даже самые строгие ценители считают, что оно превосходит лучшие сорта шампанских вин Земли.

– Нет, спасибо. – Надеясь, что Орион уже покончил со своими официальными обязанностями, Тайнан поспешил от него избавиться. – Мне не хотелось бы отвлекать ваше внимание от других гостей.

Неожиданно к ним подошла Солана Диас и взяла Ориона под руку. На ней было ярко-красное платье. На открытом плече красовалась яркая татуировка в виде роя бабочек. Тайнан понял, что татуировка переходит и на грудь. Это была не единственная татуировка, которую он увидел сегодня, но, безусловно, одна из самых красивых.

– Прекрасный вечер! – восхитилась Солана. – Жаль, что задержалась, но, когда я собираюсь развлечься, обязательно приходит с глупыми жалобами какой-нибудь мнительный субъект.

Орион ласково похлопал ее по руке:

– Ты почти не опоздала, Солана. Мы только начинаем. И поскольку Тайнан предпочтет моему обществу любое другое, уверен, что он не обидится, если мы оставим его.

Радуясь, что Орион занялся прекрасной Соланой Диас, Тайнан кивнул. Ему очень хотелось остаться одному. Поискав взглядом Амару, он увидел, что она внимательно слушает какого-то молодого человека. Решив не подходить к ней, Тайнан выскользнул за дверь. По дороге в апартаменты он узнал, что на пятой палубе есть часовня, и направился туда.

Войдя в часовню, он услышал, как женский голос, такой же металлический, как и Стива, приветствует его.

– Добро пожаловать. Чем могу служить вам?

– Я хочу побыть один, – ответил Хранитель.

В помещении было сумрачно, но сделав шаг вперед, Тайнан увидел теплый золотистый свет. Зазвенело несколько колокольчиков, и он ощутил легкое дуновение ветра.

Круг света, в котором он стоял, стал шире, и Тайнан увидел длинную комнату, в которой оказалось двенадцать рядов мягких церковных скамей. Часовня обслуживала приверженцев всех конфессий. По серо-голубоватым стенам часовни вдруг заскользили легкие облака. Они поднимались к потолку, а потом снова опускались вниз, давая ощущение небесного покоя.

– Вам здесь приятно? – спросил голос.

– Спасибо, да.

Надеясь, что в столь поздний час сюда никто не войдет, Тайнан снял балахон и сел на последнюю скамью.

– Вы любите музыку? Мы можем исполнить все, что вы пожелаете, включая церковные песнопения и современные инструментальные пьесы.

– Песнопения, пожалуйста.

Часовню наполнил знакомый Тайнану напев. Чувствуя неземной покой, Тайнан устроился поудобнее. Откинув со лба волосы, он грустно вздохнул. Звуки и изображения на стенах умиротворяли его, но трудно было избавиться от ощущения отчужденности, которое мучило, пока он находился на приеме. Тайнан знал, что ему не следовало туда идти, и теперь сердился на себя за то, что не прислушался к интуиции. Он не привык быть центром внимания и теперь понял, что совершил досадную ошибку, которую не следует повторять.

Сегодня днем Тайнан убедился, что добиться согласия на переговорах, имея дело с такими разными людьми, будет очень нелегко. Это потребует от него огромных усилий. И зачем только он согласился пойти на этот утомительный и глупый прием? Ведь он даже не приступил еще к выполнению возложенной на него задачи. Поняв, что он сделал это ради Амары, Тайнан огорчился. Может, члены дипломатического корпуса и привыкли сочетать серьезную работу с развлечениями, но он не дипломат, и никогда им не станет.

Глубоко вздохнув, Торн почувствовал легкий аромат цветов и вспомнил, какой спокойной была жизнь, пока корпорация Аладо не вырвала его из Цитадели. Ему страстно захотелось домой.

Амара смеялась, слушая, как пилот Джефри Харт, ее давний приятель, рассказывает об одном трудном полете. Джефри она не видела уже давно, и очень обрадовалась встрече с ним. О своих недавних приключениях она предпочла умолчать. При одной мысли об отчете, который ей придется сделать утром, начинала болеть голова. Прижав пальцы к виску, она принялась растирать его, надеясь избавиться от боли.

Даже не видя лиц, Амара легко узнавала тех, кто приближался к ней. Но, попытавшись разглядеть темно-лиловый балахон Тайнана и не обнаружив его, она стиснула руку Джефри.

– Я что-то не вижу Тайнана Торна, а ты?

Досадуя, что не сумел обворожить Амару, которую так встревожило исчезновение Хранителя, Джефри небрежно огляделся:

– Я тоже не вижу его.

– А Орион все еще здесь? – спросила Амара.

– Да, он наполняет бокал доктора Диас.

Амара поблагодарила Джефри Харта и, простившись с ним, пошла к Ориону и Солане. Совсем недавно Амара разговаривала с ней, а потому легко отыскала ее ярко-красное платье.

– Простите, что прерываю вас, – начала она, – но я не могу найти Тайнана. Не знаете ли, где он?

Орион оглядел гостей:

– Я отошел от него несколько минут тому назад. Он не мог уйти далеко. Может, он отправился к себе в номер. Пойдем, посмотрим. – Оставив Солану, Орион взял Амару за руку и повел по коридору. Он негромко постучал в дверь, но никто ему не ответил. – Какой тут код? Может, он спит и не слышит нас?

– Не знаю, какой у него код, да и у меня тоже.

– Подожди здесь, я выясню у клерка.

Клерк обрадовался возможности услужить такому высокопоставленному лицу, как Орион Шоде.

– Совсем недавно я видел господина Торна. Он спросил, как пройти в часовню. Мне вызвать его?

– Нет, не стоит его тревожить, но лейтенант Грир не знает кода своего номера.

Клерк тотчас назвал его Ориону.

Утаив от Амары, что выяснил, где Тайнан, Орион открыл дверь ее номера и вошел туда вслед за ней. Оглядев соседний номер, сделал вид, будто его, как и Амару, озадачило отсутствие Тайнана.

– Не понимаю, куда он делся! – беспокоилась Амара. – Это я виновата. Мне не следовало от него отходить!

Орион успокаивающе похлопал ее по плечу:

– Не обвиняй себя – он сам исчез.

– Ну, конечно… Но…

Орион прервал ее поцелуем, но так как Амара на него не ответила, сразу же отстранился.

– Не убеждай меня, что привязалась к Тайнану! Ах, как трогательно!

– Конечно, привязалась. Он удивительный человек.

– Да. И полностью поглощенный своей работой. Не забывай, Амара: Тайнан – Хранитель: все, кроме творчества, он считает досадной помехой. Он не скрыл этого и от тех, с кем беседовал на приеме. Он разобьет тебе сердце.

– Так, как это сделал ты?

Орион притянул ее к себе.

– Наши отношения не закончены. Может, это ты разобьешь мне сердце. – Он снова поцеловал ее, но очень легко, словно намекая на то, что они все еще не чужие друг другу, но Амара вновь отстранилась. Орион взглянул на нее: – Платье превзошло все мои ожидания. Надеюсь, Тайнан не возражал, что ты надела его.

Не желая говорить с ним о Тайнане, Амара покачала головой:

– Это очень красивое платье. Зачем ему возражать?

– Потому что оно от меня.

– Похоже, вы очень плохо обошлись с ним, Орион.

– Мы были очень молоды, а Тайнан так остро реагировал на шутки… Он сам во всем виноват. Конечно, сейчас я жалею, что мы не были более терпимыми. Но спустя двадцать лет смешно таить обиду. В своих работах он проповедует великодушие.

– Да. Меня удивило, что он так вспыльчив.

– Ты хочешь сказать, что испытала на себе его трудный характер?

Казалось, Орион искренне возмущен, и Амару это удивило.

– Не думала, что для вас это важно.

Орион снова привлек ее к себе:

– Ты очень о многом не думала. Тайнан пробудет здесь недолго, а когда улетит, я хотел бы, чтобы мы снова попробовали быть вместе.

Легко проведя пальцем по щеке Амары, он приподнял ее подбородок и поцеловал. Как опытный любовник, Орион сумел доставить удовольствие Амаре, но в эту минуту в дверь вошел Тайнан.

Увидев, что они целуются, он застыл на пороге.

– Извините, – сказал он. – Кажется, я зашел не в ту комнату.

Отпрянув от Ориона, Амара бросилась к нему:

– Где ты был? Когда я обнаружила, что ты ушел с приема, я не могла понять, куда ты делся.

Тайнан бросил угрожающий взгляд на Ориона. Торну казалось, что они снова в Цитадели, где никто не распознавал за очаровательной внешностью Ориона злобного, хитрого зверя. От ненависти к нему у Тайнана перехватило дыхание. Он шагнул к Ориону, но Амара преградила ему путь.

– Выйдете через мой номер, – сказала она Ориону.

– Я не намерен бежать, – ответил Орион. – Тайнан знает, что мы были любовниками, и признаюсь, ты мне по-прежнему дорога. Взгляды, которых он придерживается, давно устарели, мужчины уже не относятся к женщине как к своей собственности. Так что не удивляйтесь, что я буду пользоваться каждой возможностью увидеть тебя.

– Я уже ничему не удивляюсь, – скептически заметил Тайнан.

– Орион, тебя ждут на приеме. Уходи, пожалуйста! – попросила Амара.

Орион беспечно пожал плечами:

– Да, кажется, я забыл о гостях. Увидимся завтра.

Он улыбнулся и вышел, стараясь держаться подальше от Тайнана.

– Прости, – сказала Амара Тайнану. – Я волновалась за тебя, и…

Не желая слушать объяснений и уверенный в том, что Амара вовсе не искала его, Тайнан взял ее за руку и заставил сесть на кушетку. Встав перед ней на колени, он снял с нее сандалии. Подняв юбку, провел руками по ее ногам и раздвинул их.

– Я не должен был позволять тебе сегодня днем спать одной, – тихо сказал он, прижимаясь губами к ее колену.

Наслаждаясь прикосновениями Тайнана, но напуганная его ревностью, Амара снова попыталась объясниться с ним:

– Тайнан, между мной и Орионом теперь ничего нет.

Тайнан продолжал осыпать поцелуями ее прохладную и нежную кожу. Почувствовав, как она затрепетала, стянул с нее трусики.

Амара понимала, что Тайнан прибег к сексу, чтобы утвердить свои права на нее. Конечно, ей следовало решительно воспротивиться. Ведь он обращался с ней сейчас властно и холодно. Но когда он коснулся ее нежной плоти языком, Амара, прижала к себе его голову.

Вскоре Амара испытала такое наслаждение, что забыла о том, что привело их к близости. Откинувшись назад, она раздвинула бедра и устремилась навстречу ему. Но Тайнан вдруг отстранился. Амара застонала от горького разочарования.

– Ты знаешь, кто я? – спросил Тайнан. – Да и вообще, интересно ли это тебе?

Не дожидаясь ответа, он стремительно сбросил с себя балахон и белье и резким движением ворвался в нее.

– Ну что, у меня это получается не хуже, чем у Ориона? А может, у тебя было столько мужчин, что ты уже не помнишь его?

Говоря это, Тайнан продолжал двигаться в ней. Испытывая блаженство, она обвила его шею руками и содрогнулась от экстаза. Хотя Тайнан желал преподать ей урок, страсть захватила и его, и очень скоро он оказался во власти ее чар.

Амара мечтала остаться в его объятиях, но Тайнан быстро сел, надел балахон и отвернулся от нее.

– Иди спать к себе, иначе ты огорчишь Ориона, опоздав к нему завтра утром.

За этот день Амара сильно разочаровалась в Тайнане. Расправив измятое платье, она решила последовать его совету. Видимо, он был слишком прямодушен и не мог понять, что поцелуй Ориона значил гораздо меньше, чем те, которые она дарила Торну.

«Не позволяй ему разбить твое сердце», – сказал ей Орион, но Амара с грустью подумала, что сама разбила сердце Тайнану, а такой гордый человек, как он, не умеет прощать.

 

Глава 15

На следующее утро Амара надела форму служащих дипломатического корпуса Аладо – просторную куртку с брюками, собрала волосы в пучок и за несколько минут до назначенного срока вошла в номер Ориона. Его гостиная, выдержанная в терракотовых тонах и обставленная изумрудно-зеленой мебелью, свидетельствовала о богатстве и почитании традиций. Орион предложил ей фрукты и йогурт. Взяв йогурт, Амара старалась не вспоминать о том утре, когда Тайнан пытался приготовить для нее завтрак. Зрение постепенно восстанавливалось, и это утешало ее. Когда Орион подал ей стакан сока, она улыбнулась.

Его рука непринужденно легла ей на плечо – скорее сочувственно, чем нежно. Потом он устроился напротив нее.

– Как Торн вел себя вчера? – спросил он.

Амара отпила сока и откровенно ответила:

– Отвратительно. А вы чего ожидали?

– Прости, думал, ты сумеешь успокоить Тайнана, когда я уйду.

Амара не призналась ему, как неудачна была ее попытка сделать это. Умолчала она и об эротической сцене. Не желая обсуждать с ним свои отношения с Тайнаном, напомнила Ориону о цели своего визита:

– Я полагала, вы хотите поговорить о перелете.

Орион поднял голову и внимательно посмотрел на нее. Поняв, что Амара очень встревожена, он кивнул.

– Да, ты права. Я изучил твой вахтенный журнал, но так и не понял твоих действий. Ты получила приказ защищать Тайнана любыми средствами – но не справилась с этим. По Звездному крейсеру стреляли, и он получил повреждения, из-за которых вы чуть не стали пленниками Ристо Кортеса. При неработающих сканерах правого борта тебе следовало проявлять особую бдительность, но совершенно ясно, что ты не предприняла ничего, чтобы помешать Маку Трамбо догнать корабль и взять на абордаж. Ты – наш лучший пилот, Амара, но если уж твой перелет оказался так плох, значит, в случае провала переговоров Аладо ждут серьезные неприятности.

Амара отодвинула чашку с йогуртом.

– Согласна, я действовала крайне необдуманно, и это чуть не стоило нам с Тайнаном жизни.

Сбитый с толку ее признанием, Орион заметил:

– Это на тебя не похоже. Мне не нужны извинения, но прошу тебя объяснить все, что произошло.

Амара смущенно ерзала на стуле.

– Моя первая ошибка была в том, что я не решилась воспользоваться лазерной пушкой, когда к нам приблизились неопознанные корабли. Зная пацифизм Тайнана, не хотела оскорблять его чувства. Я боялась, что если прибегу к насильственным действиям, он откажется от участия в мирных переговорах.

– Однако позже это не помешало тебе разнести базу доктора Кортеса.

– Да, но в тот момент Тайнан уже осознал опасность и не возражал против этого. Он был в ужасе, узнав, что наш корабль вооружен лазерными пушками, но подавил свои чувства.

– Хорошо. Предположим, я понял, почему ты не прибегла к боевым действиям, но все это не объясняет, как ты могла допустить, чтобы Мак Трамбо взял Звездный крейсер на абордаж. Что произошло тогда?

Покраснев, Амара уклончиво ответила:

– Я была невнимательна.

– Невнимательна? – саркастически повторил Орион. – Может, небрежна?

Амара отвела взгляд:

– Да, я допустила небрежность.

– Ты ставишь меня в очень неловкое положение, Амара. Какими бы ни были наши личные отношения – а я искренне надеюсь, что они станут прежними, – не могу мириться с профессиональными просчетами. Мне придется занести порицание в твое личное дело. Опасаюсь, что Совет директоров пожелает рассмотреть твое поведение. Если это произойдет, я ничем не смогу тебе помочь. Несмотря на твой безупречный послужной список, в лучшем случае тебя переведут на грузовые полеты к самым далеким колониям, а в худшем – уволят.

– Да, если не будет войны.

Орион разразился проклятиями.

– Если будет война, ты сможешь хвалиться тем, что уничтожила корабль класса «Томагавк» с экипажем из пятидесяти человек, но из-за странных обстоятельств этого происшествия тебя скорее всего сочтут слишком ненадежной и пилотирования тебе не доверят. Но, воспользовавшись своими связями, я постараюсь устроить тебя на завод по производству оружия.

Амара и раньше сознавала, насколько мрачные перспективы открываются перед ней, но возмущение Ориона вывело ее из себя. Теперь она посмотрела прямо ему в глаза:

– Если Совет начнет расследование, мне придется рассказать обо всем откровенно. Я не знала о том, что вы с Тайнаном – заклятые враги. Когда вы поручили мне доставить его, я возражала, понимая, как может оскорбить Хранителя то, что за ним прислали пилота-женщину. Вы пренебрегли моими возражениями, но выяснив, что Тайнан никогда не видел женщин, я решила, что вы сыграли над нами злую шутку. Ведь вы нарочно решили отправить за Тайнаном женщину, которую он найдет привлекательной? Вместе с тем вы поручили мне пассажира, который, по вашему мнению, должен был понравиться мне. Однако вы полагали, что я не смогу с ним сблизиться. Вероятно, я вела себя неподобающим образом, но здесь есть доля и вашей вины: вы пытались манипулировать нашими чувствами.

Орион холодно ответил:

– Твои слова просто нелепы. Ни женщины, ни мужчины не бывают так безвольны, чтобы поддаться сексуальному влечению, рискуя при этом жизнью. Уже несколько поколений пилотов-женщин перевозят пассажиров-мужчин, так что твое увлечение Тайнаном, заставившее тебя забыть о профессиональном долге, не вызовет ни малейшего сочувствия. Это значит, что у тебя не хватило профессионализма. Даже не намекай на это, когда тебя будут спрашивать, иначе тебе не видать и грузовых рейсов. На них часто бывают пассажиры, и многие из них – мужчины, так что тебе постоянно пришлось бы бороться с соблазном.

Разгневанный мотивировками Амары, Орион откинулся на спинку стула.

– Даже не верится, что ты пытаешься переложить на меня вину за твои ошибки. И это после всего, что мы друг для друга значили!

– Почему вы не рассказывали мне, что воспитывались у Хранителей? – спросила она.

– Никогда не считал это особо важным. Но это занесено в мое личное дело: я никогда не делал из этого секрета.

– Почему вы оттуда ушли?

– Я вырос.

– После того, как переломали ребра Тайнану?

Орион расхохотался:

– А я и забыл о той драке! Тайнан решил, что я ушел из-за нее? Может, он думает, что меня выгнали? Если так, то он ошибается. Я мог бы остаться – но не пожелал. Вскоре после этого поступил в Академию Аладо – и вот я здесь! Если я в чем-то виноват, то лишь в том, что хотел выслать за Тайнаном надежную сопровождающую. Как и ты, я удивился, увидев, что Тайнан не затворник. Я знал, что ты о нем позаботишься, но не ожидал, что вы так страстно привяжетесь друг к другу. Разве я мог предвидеть такое?

Это показалось Амаре убедительным. Она размышляла, не сообщить ли Ориону о том, что Мак Трамбо собирался продать Звездный крейсер, но, вспомнив, что обещала Тайнану не делать этого, промолчала.

– Из обычного задания этот полет превратился в катастрофу, – мрачно сказала Амара, – но я все-таки благополучно доставила Тайнана на базу. Если Совет выразит недовольство тем, как это сделано – это его право, но никто не может утверждать, что я не справилась с заданием.

– Согласен, и буду настаивать на этом. Я хотел бы, чтобы ты осталась со мной, Амара. Перед тем как улететь ты угрожала, что потребуешь перевода. Надеюсь, что ты передумала.

Чувствуя себя совершенно измученной, Амара отказалась обсуждать свои перспективы.

– Пока я не получу от врачей разрешение вернуться к полетам, об этом незачем говорить.

– Верно, но у тебя должно быть мнение на этот счет.

– Никакого – кроме того, что я очень надеюсь на успех переговоров. Но пока мы не знаем, чем они завершатся, незачем строить планы.

– Конечно, но мне нужна твоя помощь. Я намерен держаться подальше от Тайнана, но совершенно ясно, что ему нужно твое общество. Своим благотворным воздействием на него ты окажешь Аладо огромную услугу. Я понимаю, что ты и сама хочешь помогать ему, но, если начнется расследование происшествий, случившихся во время полета, ты должна доказать, что немало содействовала успеху Тайнана. Совет директоров не сможет наказать тебя, если поможешь Тайнану достичь согласия на условиях Аладо. Не забывай: от твоего влияния на Тайнана зависит твоя собственная карьера.

Амара поняла, что Орион советует ей при любых обстоятельствах думать прежде всего о себе. Именно так он и сам всегда поступал. Может, эгоцентризм Ориона и способствовал его успехам, но Амара не желала ни в чем подражать ему.

– Боюсь, после вчерашнего я утратила влияние на Тайнана.

– Мирные переговоры – слишком важный вопрос, он не может зависеть от отношений влюбленных. Посиди сегодня на галерее для зрителей. Устав от целого дня переговоров, Тайнан, конечно, обрадуется твоему обществу. Пригласи его пообедать, закажи его любимые блюда и постарайся очаровать его. Это тебе прекрасно удается.

Орион нежно прикоснулся губами к ее щеке:

– Соблазни его, Амара. Я знаю, что это не составит для тебя труда, как было со мной.

Амара помнила, что ее связь с Орионом началась совсем иначе. Он интерпретировал это так, как ему удобно. Решив не напоминать, как упорно он добивался ее расположения, Амара ушла.

Переговоры проходили все в том же зале заседаний, но теперь на сцене стоял стол из черного дерева и такие же кресла. Присутствовали на переговорах только представители корпораций со своими делегациями, которые сидели в амфитеатре.

Делегация Омеги в таких же ярких одеждах, как и Лиша Драче, была самой колоритной. Все лица выражали собранность и решимость. Помощники Гэлладжера Макграта в костюмах мягких тонов казались крайне неприветливыми. Делегаты корпорации Серема проявляли ту же уверенность и спокойствие, что и их лидер, Тава Майсенко. Делегаты корпорации Перегрин небрежно развалились в креслах.

Подойдя к двери, Амара с облегчением убедилась в том, что ее имя внесли в список тех, кому корпорация Аладо поручила присутствовать на переговорах. Первым в списке значился Орион. Амара заняла место в одном ряду с Россом Белдингом. После разговора с Орионом она не вернулась в свой номер, чтобы избежать встречи с Тайнаном. Сейчас он сидел во главе стола.

Они с Тайнаном подробно говорили о каждом делегате и анализировали их намерения, и сейчас Амара поняла, что все они отстаивают лишь интересы своей корпорации, как она и предвидела. Девушка предупреждала об этом Тайнана и теперь радовалась тому, как умело он направлял переговоры к их главной цели: обеспечению взаимного согласия и надежного мира.

Во время перерыва Тайнан вернулся в свой номер, чтобы собраться с мыслями, и вскоре почувствовал себя отдохнувшим. На вечернем заседании Тайнан внимательно наблюдал за работой делегатов. Лиша Драче проявляла жесткость и властность. Омега вошла в Конфедерацию последней из всех корпораций и ревностно стремилась повысить статус своей корпорации. Гэлладжер Макграт пытался перекричать ее, заявляя о позиции Европы. Тава Майсенко сохраняла хладнокровие, неуклонно подчеркивая необходимость консолидации и совместного использования всех технологий.

Деррел Симмонс высокомерно откликался на предложения делегатов, но сам не выдвигал конструктивных идей. Глядя на него, Тайнан почему-то вспоминал Мака Трамбо и размышлял о том, что могло связывать пирата с корпорацией Перегрин. Было очевидно, что Деррел мешает работать всем: насмехаясь над коллегами, он препятствовал рассмотрению интересных идей.

Наконец Тайнан не выдержал и, воспользовавшись правом председателя, произнес:

– Перспектива войны для меня неприемлема, но я не желаю тратить время на тот отвратительный фарс, который сегодня разыгрался здесь. Корпорация Аладо искренне привержена идее мирного освоения галактики, но если другие делегаты не согласны с необходимостью этого, я готов покинуть зал переговоров и больше сюда не возвращаться!

Пораженные делегаты не нашлись, что ответить, но по рядам зрителей пронесся тревожный ропот. Даже Амара испугалась, не зашел ли Тайнан слишком далеко, произнеся эти обличительные слова в самом начале переговоров. Она подалась вперед, желая услышать, что скажут по этому поводу представители других корпораций. Первым отреагировал Деррел Симмонс, начав хохотать.

– Этим Перегрин не запугаешь! – хвастливо заявил он. – Нас привели сюда столкновения с кораблями Аладо. Мы в состоянии защищать те территории, на которые заявляем свои права, и если для этого нужна война, мы готовы начать ее немедленно.

– Нет! – вскрикнула Лиша Драче, желая защитить интересы своей маленькой корпорации. – Война недопустима!

– Согласна, – поддержала ее Тава. – А что скажете вы, Гэлладжер? Вы с нами или с Перегрином?

Застигнутый врасплох этим серьезным вопросом, Гэлладжер взглянул сначала на наглого Деррела, потом на встревоженного Тайнана. Консервативная корпорация Европа была обязана своими успехами умелому управлению, и Гэлладжер твердо знал, что Совет директоров не одобрит союза с беспринципным правительством Перегрина.

– Европа присоединится к большинству, – сказал он. Тайнан ожидал, что Деррел поймет опасность своей позиции, но так как тот молчал, обратился к нему.

– Вы хотели войны, – напомнил он. – Но Перегрину никогда не выиграть ее, если четыре корпорации выступят вместе. Вам следует либо уйти с переговоров и предоставить нам разработать план кампании против вашей корпорации, либо остаться и предложить что-то позитивное.

Деррел бросил на Тайнана мрачный взгляд, но тотчас заметил, с каким ужасом смотрят на него делегаты Перегрина. Только тут он понял, что его бравада зашла слишком далеко. Корпорация Перегрин была не многим меньше Аладо, и Деррел полагал, что они могли бы помериться силами. Однако союз трех корпораций с Аладо существенно менял дело. Поэтому Деррел только пожал плечами:

– Мы не стремимся к войне. Я остаюсь.

Услышав это, Тайнан сказал:

– Итак, решено: переговоры будут продолжаться, и мы сосредоточим все усилия на том, чтобы добиться согласия.

Делегаты кивнули, а Гэлладжер Макграт, пораженный происшедшим, предложил на сегодня закончить работу. Согласившись с ним, Тайнан закрыл заседание. Ему не терпелось обсудить все с Амарой, поэтому он был разочарован, когда Росс Белдинг подошел к нему один. Взглянув туда, где сидела Амара, Тайнан увидел, что там никого нет.

После того, как Росс проводил его в номер, Тайнан быстро разделся и встал под душ. Прислонившись к стене, он ждал, пока теплая вода смягчит напряжение после трудного дня. Он еще не успел успокоиться, когда в ванную вошла Амара и начала делать ему массаж легкими, но уверенными движениями. В сочетании с теплой водой он удивительно хорошо успокаивал, но обнаженное тело Амары было таким соблазнительным, что Тайнан с трудом подавлял желание сжать ее в объятиях.

Он закрыл глаза, но от этого наслаждение усилилось. Накануне ревность заставила Тайнана прогнать возлюбленную, но, проведя бессонную ночь, он понял, как это было глупо. Амара поклялась, что Орион больше ее не интересует, и сейчас Тайнан верил этому.

Уступив непреодолимому желанию, он взял Амару за руку и повел к своей кровати. Вода с ее мокрых локонов капала ей на грудь и стекала ручейками ему на живот, но он наслаждался ощущением ее влажной кожи.

Хотя Орион и предлагал Амаре соблазнить Тайнана, сейчас она делала это по своей воле. Она так сильно жаждала Тайнана, что не могла находиться вдали от него. Радуясь, что он откликнулся на ее ласки, девушка прижала колени к его бедрам, начав ритмично двигаться. Когда Торн тихо застонал от страсти, она ощутила его в своем теле и отдалась наслаждению.

Тайнан хотел бы обнимать Амару целую вечность, и прижимал ее к себе, пока та не отстранилась. Философ смотрел на нее, и в глазах его светилась радость. От вчерашнего гнева не осталось и следа.

– Не заказать ли нам что-нибудь поесть? – предложил Торн.

– Нет. Для нас забронировали кабинет. Там будет гораздо приятнее, чем здесь.

Тайнан удивленно посмотрел на нее:

– Не может быть.

– Подожди – увидишь. Кабинеты предназначены для романтических встреч, и кухня там превосходная.

– Я и так уже настроен романтически, – пошутил Тайнан. – А с тобой даже корка хлеба становится лакомством.

– Возможно, но уверена, что ты предпочел бы бифштекс.

– Правда.

Амара поднялась с кровати.

– Одевайся и пойдем.

– А ты не можешь достать для меня какую-нибудь другую одежду? Вряд ли меня узнают, если я не надену балахон. А мне почему-то очень хочется стать незаметным.

Амара остановилась в дверях:

– Ты примерно одного роста с Гленом Арчером. Я свяжусь с ним и узнаю, что он может одолжить тебе на сегодня. А завтра позабочусь о том, чтобы корпорация Аладо выдала тебе новую одежду.

– Это возможно?

Амара поцеловала его:

– Конечно. Аладо хочет, чтобы ты был счастлив.

Тайнан поймал ее за руку:

– Только Аладо?

Амара взъерошила ему волосы.

– По-моему ясно, что я тоже хочу этого.

Когда она пошла к двери, Тайнан невольно подумал о том, что случится, если вдруг не совпадут интересы Аладо и Амары.

Глен Арчер принес золотистую форму, в которой Тайнан почувствовал себя вполне хорошо. Глен захватил и сапоги. Одевшись, Тайнан посмотрел в зеркало и, удивившись, что так непринужденно чувствует себя в чужой одежде, спросил Амару:

– Как ты считаешь, меня узнают?

– Нет. Все привыкли видеть тебя в балахоне, так что никто не обратит внимания. Разве что заметят, как ты красив.

На Амаре была свободная длинная блуза и брюки. Рассыпавшиеся по плечам кудри придавали девушке особую прелесть, так что, увидев ее, Тайнан обомлел.

Они прошли по коридору, поднялись в лифте и вскоре оказались возле кабинетов. Клерк приветливо поздоровался с ними, а потом вручил Тайнану брошюру, в которой было описание не только различных мест на Земле, но и космических колоний. Он увидел фотографии тропических пляжей, подводных садов, покрытых снегом горных вершин, очаровательных избушек в лесу, великолепных замков и таинственных пещер. Клерк сказал, что они готовы выполнить любую причуду клиента.

Заинтересовавшись, Тайнан прочел список.

– Домик на дереве? – изумился он. – Неужели у вас есть домик на дереве?

– Конечно. Это одна из самых распространенных фантазий. Хотите попробовать?

Тайнан повернулся к Амаре:

– Предоставляю выбор тебе.

– Да, домик на дереве – это прекрасно.

Клерк ввел их заказ в компьютер, а потом вручил им карточку с кодом кабинета:

– Одиннадцатая комната. Желаю приятно провести время. Если вы захотите остаться здесь на ночь – милости просим. Утром вас накормят.

– Спасибо.

Амара попросила Тайнана найти их кабинет и набрать код. За отодвинувшейся в сторону дверью оказался дощатый пол домика, который, казалось, примостился в ветвях гигантского дуба. Из домика открывался великолепный вид на поросший лесом склон холма. Под ним бежал быстрый ручей, и они слышали его журчание. Домик на дереве был такой прекрасной имитацией, что Тайнан изумленно остановился у двери.

– Как это сделано? – спросил он.

– Если я объясню тебе, волшебство исчезнет. Давай считать, что мы в домике на дереве, вот и все.

Тайнан сознавал, что это иллюзия, но ощущал запахи листвы и лесной почвы, слышал мелодичную песню пересмешника.

– Мне всегда хотелось построить домик на дереве, – тихо пробормотал он.

– Да, такого удовольствия не знают очень многие. Вот почему мы решили сделать это здесь. – Амара похлопала по зеленой подушке, которая могла служить и стулом, и постелью. – Проходи и садись. Мы можем любоваться видом из окна, а пока решим, что нам заказать.

Тайнан уселся рядом с Амарой по-турецки:

– А какую еду берут дети в такие домики?

– Смотря откуда эти дети. У некоторых может быть жареный цыпленок и хлеб, у других – какое-нибудь лакомство, оставшееся от обеда, или даже рыба, пойманная вон в том ручье.

Амара указала на пульт, спрятанный в одной из ветвей.

– А вот то самое магическое устройство, о котором ты говорил. Мы делаем заказ – и получаем его. Нас не потревожат официанты.

Тайнан быстро проговорил:

– Я хочу заказать барбекю, какие раньше бывали на Земле: с жареным цыпленком, мясом, приготовленном на угольях, початками кукурузы и шоколадным мороженым.

– Превосходно! А что ты будешь пить?

– Апельсиновый сок. Он здесь есть?

– Тут есть все. – Амара нажала кнопку на замаскированном пульте и на ее вызов откликнулся тот же голос, который Тайнан слышал в часовне:

– Чем можем вам служить?

Амара назвала все, перечисленное Тайнаном, прибавила салат – и почти сразу же начала появляться еда, а вместе с ней яркие тарелки, стаканы, лед, приборы и пачка салфеток.

– Похоже, считают, что мы перемажемся, – засмеялась Амара.

– Так в этом половина удовольствия. – Тайнан взял кусок курицы. Мясо оказалось горячим, с хрустящей корочкой и вкусной приправой.

– В Цитадели курицу никогда так не готовили, а мне всегда хотелось это попробовать.

Амара обычно не ела птицы, но сейчас решила сделать исключение, и блюдо понравилось ей не меньше, чем Тайнану.

– До чего же вкусно!

Отдавшись чудесной игре, Тайнан забыл о переговорах и был совершенно счастлив. Но когда они покончили с мороженым, он вдруг понял, что волшебство таится не в домике на дереве, а в его милой спутнице. Он помог ей убрать посуду, а потом вышел на балкон, чтобы насладиться пейзажем. Вид и звуки постепенно менялись, создавая иллюзию наступления заката.

– Кажется, сегодня я вел себя несколько своевольно, – заметил он. – Но я не мог сидеть и слушать, как все они ходят кругами, повторяя одно и то же – и даже не пытаются приблизиться к цели. Это было дурно с моей стороны, как ты считаешь?

Слова Тайнана заставили ее задуматься. После дневного заседания Орион не вызывал ее к себе, но Амара не сомневалась, что он прочтет стенограмму и узнает обо всем, что произошло. И тогда, несомненно, сделает ей выговор.

– Бросить вызов Деррелу было скорее рискованно, чем дурно, Тайнан, но ты добился своего, а это главное.

– Главное ли?

– Возможно, некоторые дипломаты Аладо сегодня не смогут заснуть, опасаясь того, что ты сделаешь завтра. Но тебя пригласили выполнить работу – и ты ее выполняешь. Полагайся на интуицию – и не ошибешься.

– Иди сюда. – Тайнан протянул к Амаре руку, и она села рядом с ним, положив голову ему на плечо. – Давай на сегодня забудем о переговорах и просто насладимся домиком на дереве. Здесь очень спокойно, правда?

Пока они наблюдали, как вечерние тени ложатся на холмы, ее переполняло желание сделать все это реальным – таким, что останется с нею навсегда.

 

Глава 16

Амара едва успела занять свое место, когда Орион коснулся ее плеча. Он сделал знак следовать за ним.

Огорченная, что пропустит начало утреннего заседания, Амара вышла за секретарем из зала.

– Что случилось? – спросила она.

– Обсудим это в другом месте, Амара.

Надеясь, что Орион не поведет ее в свой номер, Амара все же заметила, что он держится очень официально.

– Если вы о вчерашнем заседании…

– Я же сказал – потом!

Оскорбленная его грубым тоном, Амара молчала, пока они не добрались до палубы, где находились официальные помещения всех корпораций. Она прошла за Орионом по лабиринту коридоров до личного кабинета секретаря дипломатического корпуса.

– Присаживайся, – сказал Орион.

– Я постою.

Орион придвинул к ней кресло из черного дерева. Едва Амара села, он раздраженно начал:

– Прочитав вчерашнюю стенограмму, я испытал… пожалуй… отвращение. Это точнее всего передает мою реакцию на выходку Тайнана. Он избран представителем Аладо потому, что мы ожидали от него блестящего и тонкого подхода. Мы все гордились, что его выбрали председателем. Мы полагали, что он поднимет уровень переговоров, вдохновит других на то, чтобы они решали проблемы так же мудро, как он решил их в своих книгах.

Орион сгреб со стола бумаги, потом отшвырнул их:

– Но вместо этого мы увидели дипломатию столь же неуклюжую, как у пирата далекой колонии!

Амара уже видела Ориона настолько отчетливо, что не сомневалась в искренности его негодования. Когда он замолчал, она попыталась смягчить его гнев:

– Ваша оценка вполне справедлива. Тайнан действовал очень примитивно, однако добился желаемого результата. Разве человеку, ведущему переговоры, не следует проявлять гибкость? После вчерашнего никто не сочтет его робким и не посмеет возражать ему.

– Нас не должно волновать то, как отнесутся к Тайнану. На карту поставлено будущее Аладо!

Поняв, что не сможет успокоить его, Амара заметила:

– По-моему, не следует вести этот разговор без Тайнана. Давайте продолжим, когда он освободится.

Она хотела встать, но Орион схватил ее за плечо и усадил на место.

– Я еще и не начал разговора! Совершив один полет на Звездном крейсере, ты, полагаю, оценила его возможности.

Удивленная таким внезапным поворотом, Амара встревожилась:

– Ну… Да, наверное.

– Тогда ты должна знать, что в экстремальной ситуации срабатывает аппаратура записи полета. Мы знаем теперь обо всем, что происходило на борту твоего корабля, когда там находились пираты. У меня нет необходимости расспрашивать Тайнана о его действиях, поскольку я располагаю документальными свидетельствами обо всех его поступках. То, что он хладнокровно убил двух человек – еще самое невинное в сравнении с другими его делами.

И с этими словами Орион нажал на кнопку пульта, и с потолка спустился экран. Нажав на другую кнопку, он показал Амаре сцену, разыгравшуюся в пассажирской каюте Звездного крейсера после того, как Тайнан прикончил Мака Трамбо. Амара увидела балахон Тайнана и свое обнаженное тело. Пораженная тем, что это попало в руки Ориона, Амара отвернулась.

– Отключите это, пожалуйста.

– Хорошо, но при условии, что ты поручишься за Тайнана. На переговорах он должен вести себя ответственно. Иначе я позабочусь о том, чтобы копии этих записей увидели все. Думаю, ты понимаешь, что угрожает репутации Тайнана, если станет известно, что крупнейший миротворец галактики – убийца и насильник.

– Это ложь! Пираты заслуживали смерти, а Тайнан меня не насиловал!

– Вот как? – Орион снова просмотрел запись. – У меня создалось другое впечатление. А если это хорошо смонтировать, то каждый увидит, как избитую женщину насилует Хранитель, даже не потрудившийся снять балахон. Удивительно, что ты не задохнулась. Скажи, неужели тебе действительно это грубое обращение нравится больше, чем моя ласка и нежность.

Разъяренная Амара взорвалась:

– Если бы вы показали эту запись Тайнану, он оторвал бы вам голову!

Орион расхохотался:

– Боже, какая страшная угроза! Но ты, сама того не желая, подтвердила мое мнение: этот человек так несдержан, что представляет опасность для всех, кто осмеливается возражать ему. Я знаю, что он накинется на меня, если покажу ему эту запись, но едва ли ему удастся справиться со мной. Однако у меня нет ни малейшего желания испытывать на себе насилие, которое, похоже, очень нравится тебе.

– Тайнан не прибегает к насилию!

– Ну, это вопрос спорный. А теперь пообещай мне, что употребишь свое влияние для того, чтобы помешать Тайнану вступить в новую конфронтацию. Иначе, как я уже сказал, ты вынудишь меня показать эту интереснейшую запись всем желающим.

– Распространение конфиденциального материала среди персонала, не имеющего к нему допуска, является основанием для увольнения. Уверена, вы не станете рисковать карьерой из-за детской вражды, поэтому перестаньте угрожать мне. Вы никогда не осмелитесь это сделать.

– Ты недооцениваешь меня, – злобно сказал он. – Мне достаточно вручить эту запись Службе безопасности Конфедерации. А это я обязан делать всегда, когда речь идет о гибели людей. Пока я на это не пошел – и не пойду, если Тайнан подчинится моим требованиям. Но в противном случае запись попадет в Службу безопасности. Ручаюсь, ее сочтут столь интересным документом, что размножат и начнут распространять немедленно. Тогда репутация Тайнана погибнет не по моей вине. В конце концов, передав этот материал, я только выполню правила Конфедерации.

– Отпустите меня! – потребовала Амара.

– Я предоставляю тебе выбор, милочка. Можешь сотрудничать со мной на благо Аладо и ради собственной карьеры. Но, отказавшись от этого, увидишь, как твой блестящий любовник будет опозорен. Такого скандала, какой произойдет, никогда еще не знали чопорные Хранители. Конечно, они примут его обратно, но и в Цитадели будут шептаться за его спиной.

Помолчав, он с ненавистью сказал:

– Убийца!

Амара отвернулась, и Орион решил изменить тактику.

– А он рассказывал тебе, что в младенчестве его бросили родители? Готов поклясться, что смогу выяснить, кто они такие. Как ты думаешь, ему интересно будет узнать, почему они отказались от своего сына? Возможно, они еще живы, и если так, устрою им встречу. Представляю себе эту трогательную сцену! Конечно, они могут оказаться людьми с дурной репутацией, и тогда ему будет стыдно увидеться с ними.

Амара вскочила так стремительно, что у нее потемнело в глазах. Чтобы не упасть, она ухватилась за спинку кресла.

– Прекратите угрожать! Терзать этим Тайнана просто чудовищно! Неужели вы способны на подобную низость? Неужели вы готовы на все, чтобы повредить Тайнану? Почему вы так ненавидите его?

Ей показалось, что Орион вот-вот объяснит причину вражды, но он отвел взгляд.

– Можешь идти, – сказал он. – Тайнан, наверное, уже ищет тебя. Если он спросит, где ты была, скажи, что мы обсуждали работу Звездного крейсера.

– Я не стану ему лгать.

– Прекрасно! Тогда сообщи, что у меня есть документальный материал, с помощью которого я могу его уничтожить. Результат легко предсказуем. Он накинется на меня, и все подтвердят, что нападение не было мною спровоцировано. Это погубит его окончательно.

Опасаясь, что Орион прав, Амара направилась к двери.

– Откуда мне знать: возможно, после подписания мирного договора вы все равно воспользуетесь этой записью, чтобы навредить ему?

Орион облокотился на письменный стол:

– Я уже объяснял свои соображения. Я намерен извлечь для себя пользу из его успеха, поскольку сам рекомендовал его. Как только договор будет подписан и он вернется в Цитадель, ему незачем меня опасаться.

Зная, что Орион всегда и во всем ищет выгоды, Амара сомневалась.

– Почему-то я вам не верю.

Орион пожал плечами:

– Тайнан повлиял на твое отношение ко мне, рассказав о событиях двадцатилетней давности. Доверяй тому, что ты обо мне знаешь, Амара. Аладо не нужен истеричный представитель. Позаботься о том, чтобы он хранил спокойствие, которым так славится, хотя бы для этого тебе и пришлось ежечасно удовлетворять его пробудившийся сексуальный голод. Нам обоим это принесет пользу.

– И к тому же это предотвратит войну?

– Дипломатам редко воздают должное за то, что они предотвратили катастрофу, но, поверь мне, я буду счастлив разделить с тобой свои лавры. Как только твое зрение восстановится и Тайнан улетит, мы возобновим наши отношения. Теперешняя смута – дело временное, и наш союз ее выдержит.

Амара не могла представить себе, что могло бы заставить ее вернуться к Ориону, но не сказала ему об этом.

– А какое место в ваших планах занимает Солана Диас?

Радуясь, что она проявила интерес к его новой приятельнице, Орион шагнул к ней:

– Она всего лишь мимолетное увлечение – как Тайнан для тебя.

Он нагнулся к Амаре, собираясь поцеловать ее, но девушка выскользнула за дверь.

Амара решила не возвращаться в зал заседаний. Подлые притязания Ориона привели ее в бешенство. Как помочь Тайнану успокоиться, если она сама так далека от этого. Возвращаться в номер тоже не хотелось, но тут она вспомнила о спортивном комплексе. Полагая, что именно это сейчас и нужно, Амара отправилась туда. Просторный гимнастический зал был оборудован разнообразными тренажерами. В специальных группах можно было заниматься физическими упражнениями под музыку.

Опасаясь головокружения, Амара предпочла бассейн. Заказав купальник и полотенце, она прыгнула в воду. После длительного плавания тревога сменилась отупением, и Амара улеглась рядом с бассейном, чтобы немного отдохнуть перед возвращением в зал. Зевнув и потянувшись, она неожиданно заснула.

Увидев, что Амара ушла с Орионом, Тайнан задумался о том, что они будут обсуждать на этот раз. Он, конечно, знал, что Амара работает под началом Ориона, но теперь, когда она не может летать, едва ли они обсуждают планы полетов. Орион уже задавал ей вопросы насчет их перелета, так что к этому он не вернется. Тайнан предполагал, что у них есть какие-то общие дела, о которых он не знает, но больше всего его тревожили их личные отношения.

Ему было невыносимо больно, что первая женщина, с которой он сблизился, прежде принадлежала Ориону. Однако не будь Амара пилотом Ориона, они никогда бы не встретились. Тайнан подумал, что Орион, сам того не желая, оказал ему услугу, но это не успокоило его. Зная Ориона, Тайнан не сомневался, что он использует Амару в каких-то неблаговидных целях.

Тайнан понимал, что Амара не разделяет его мнения об Орионе, и это еще больше тревожило его. Скорее всего она поверит словам секретаря и не задумается о том, каковы его истинные цели. Как же ему отдалить Амару от Ориона, – размышлял Тайнан. Уговаривая лейтенанта просить о переводе, он только насторожит ее, и Амара разгадает его цели.

Глубоко задумавшись, Тайнан вздрогнул, когда Тава Майсенко дотронулась до его плеча.

– Повторите, пожалуйста, я не слышал, что вы сказали, – попросил он.

Изумленная Тава обвела взглядом делегатов.

– Может быть, кто-то еще не проследил за ходом моих мыслей? – спросила она.

– Нам все ясно, – заверила ее Лиша. – Ваша оценка абсолютно верна. Именно размер корпораций вызывает трения. Если часть владений Аладо и Перегрина перераспределить между Омегой, Серемой и Европой, это обеспечит мир.

Тайнана крайне смутила собственная рассеянность, и он счел нужным извиниться.

– Простите, что не понял вас, – начал он, – но когда-то все корпорации были одного размера. В хартии Конфедерации не сказано о том, что равенство – одно из условий совместной деятельности. Какой смысл корпорациям активно осваивать новые территории и обустраивать колонии, если их владения периодически будут перераспределяться для обеспечения такого равенства?

Таву не смутило возражение Тайнана.

– Тем-то и хороша моя идея, – объяснила она. – Если владения будут перераспределяться через регулярные интервалы времени, равно как и доходы, то исчезнет необходимость в спорах, подобных тем, которые привели нас сюда. Не будет иметь значения, какая именно корпорация основала колонию, если в дальнейшем эта колония перейдет к кому-то другому. Агрессивная конкуренция по захвату новых территорий прекратится.

– Но это очень важно для колонистов! – воскликнул Деррел. – Вы предлагаете полную структурную перестройку Конфедерации, а это не входит в наши полномочия. Если бы Серема имела лучших руководителей, вы не оказались бы в числе малых корпораций. Предлагаю перейти к нашему основному делу: нам следует обеспечить мирное освоение галактики.

Удивленный тем, что высказывание Деррела не вызвало у него возражений, Тайнан сказал:

– Спасибо вам, мистер Симмонс. Думаю, нам надо сосредоточиться на таких конструктивных предложениях по обеспечению мира, которые не требуют полной реорганизации корпораций. Вы хотели что-то сказать, мистер Макграт?

Получив слово, Гэлладжер начал оспаривать предложение Тавы:

– Коммунизм в двадцатом веке потерпел в вашей стране полный крах, Тава. Не пытайтесь навязать его нам сейчас. Как представитель Европы, могу уверить вас, что незначительные размеры наших территорий не являются недостатком. Мы стремимся к высокому качеству и не посягаем на малоценные владения. Дело не в количестве колоний, – заключил он, – а в перспективности каждой из них!

– Но малым корпорациям трудно конкурировать с большими при освоении новых планет! – возразила Лиша.

Пока Гэлладжер спорил с Лишей, Тайнан посмотрел на Деррела и представитель Перегрина подмигнул ему. Прежде Тайнана раздражало бы легкомыслие этого человека, но теперь он начал склоняться к тому, что у корпораций, которые они представляют, много общего – гораздо больше, чем у других. Вспомнив тактику Ориона, он решил сблизиться с Деррелом и попытаться разузнать о связи Перегрина с Маком Трамбо. Когда объявили перерыв, он направился к двери следом за Деррелом.

– Нельзя ли мне перекинуться с вами парой слов? – спросил он.

Деррел удивился.

– Мы не можем возбуждать ревность в коллегах, – ответил он.

– Это не касается переговоров.

– А как они об этом узнают?

– Никак.

На Деррела явно произвел впечатление вчерашний выпад Тайнана, и он указал на дверь:

– Пойдемте вместе на ленч. Если нас увидят многие, никому не придет в голову, что мы вступили в тайный заговор.

В людном кафе их сразу узнали и встретили с приветливой почтительностью. Тайнана обрадовало, что Деррел, как и он, любит настоящее мясо. По его рекомендации Тайнан заказал себе сандвич с ростбифом, оказавшийся необыкновенно вкусным. Подождав, пока Деррел утолит голод, Тайнан словно невзначай заговорил о пиратах.

По его сведениям, официального сообщения о том, что их корабль был взят на абордаж, не было, и он не стал рассказывать об этом Деррелу.

– Как я понимаю, пираты в основном нападают на транспортные корабли, – начал он.

– Так оно и есть. И признаюсь, что Служба безопасности не достигла больших успехов, пытаясь вернуть украденные товары. Видимо, стоит включить этот пункт в повестку переговоров. Впрочем, вы, кажется, не собирались говорить о конференции.

Деррел говорил о пиратах вполне спокойно. Между тем Тайнан надеялся увидеть хоть тень смущения в том случае, если корпорация Перегрин действительно поручила Маку Трамбо захватить Звездный крейсер.

– Вы верно заметили, – продолжал Тайнан, – вопрос о пиратах не включен в повестку переговоров. Скажите, они охотятся только за грузами, или иногда угоняют корабли, интересные с точки зрения новых технологий?

Деррел, подумав, ответил:

– У большинства пиратов инженеры и техники не хуже тех, что работают на корпорации. Как только кто-то из нас создает новый корабль, они модифицируют свои старые так, что оказываются на одном с нами уровне. Поэтому с ними так трудно справиться. Они весьма осведомлены по части научных открытий. Если бы только мы могли заставить этих подонков работать на нас… Впрочем, преступность зародилась почти одновременно с цивилизацией, и, вероятно, никогда не исчезнет.

Тайнан всегда знал, когда лжет Орион. В такие минуты в нем появлялся какой-то азарт, но другие этого никогда не замечали. Слушая Деррела, Тайнан пристально наблюдал за ним. Деррел держался свободно и без обычного для него позерства. Казалось, он искренне хотел бы освободить галактику от пиратов.

– Вы слышали когда-нибудь о Маке Трамбо? – спросил Тайнан.

Деррел покачал головой:

– Нет. Кто это такой?

– Пират, которому кто-то поручил угнать Звездный крейсер.

– Вы шутите!

– Нет, не шучу.

– Но это невозможно. С тем же успехом можно было нанять его искать Священный Грааль. Звездный крейсер слишком хорошо экипирован и у него такая скорость, что это почти невозможно. Пираты, конечно, попытаются продублировать этот корабль, но не станут пытаться взять его на абордаж. Конечно, если они смогут создать корабль, подобный этому, то отпадет и необходимость в захвате Звездного крейсера.

– Вы специалист по Звездным крейсерам?

Деррел пожал плечами:

– Конечно. А если вы хотите узнать что-то о Перегрине, спросите вашу очаровательную помощницу. Уверен, ей известно про наши корабли больше, чем нам. Любовь пилотов к хвастовству общеизвестна: через них утекает большое количество информации.

Деррел замолчал, проверяя, не прислушивается ли кто-нибудь к их разговору.

– Ведь именно так и начались наши теперешние неприятности, верно? Наши корабли-разведчики – «Банши» Аладо и «Дротик» Перегрина – очень похожи. Когда наши экспедиционные силы входят в один и тот же сектор, начинаются споры по поводу того, чей корабль первым достиг новой территории и заявил на нее права.

– У других трех корпораций тоже есть экспедиционные силы, – заметил Тайнан.

– Да, но крупных тактических и первопроходческих кораблей, с которых запускаются малые разведчики, у них гораздо меньше, поэтому с ними у нас редко бывают конфликты.

– Но мне хотелось бы узнать о пиратах побольше. Предположим, кому-то понадобилось нанять пирата для угона Звездного крейсера: куда с этим обращаются?

Пораженный таким вопросом, Деррел посмотрел на Тайнана, как на безумного.

– Никто не ищет пиратов, – воскликнул он, – никто! Как можно вести переговоры с ворами и убийцами? Вы что, хотите взять интервью у пирата? Обратитесь в тюрьму и побеседуйте с теми, кто уже пойман и осужден. Искать других было бы просто глупостью – самоубийством. Но никто никогда не убедит меня в том, что знаменитый Тайнан Торн – глупец.

Слово «знаменитый» заставило Тайнана поморщиться.

– Пожалуйста, зовите меня просто Тайнаном.

– Хорошо, только пообещайте мне, что не станете разыскивать пиратов. Вам может казаться, что роль председательствующего на переговорах – трудная и неблагодарная повинность, но, по крайней мере, она не опасна.

– А вы сталкивались с пиратами?

– Только один раз, но мне удалось от них уйти. И такого я вам не пожелаю. Я играл в «Банши Квест» – и для большинства такого развлечения вполне достаточно. Вы, наверное, не играете?

– Несколько раз пробовал.

– Доедайте сэндвич, и я научу вас некоторым тонкостям этой игры.

В глазах Деррела загорелся знакомый Тайнану озорной огонек. Убедившись в том, что он не имеет никакого отношения к пиратам, Тайнан согласился.

Амара спала довольно долго. Наконец она проснулась и очень рассердилась на себя за то, что впустую потратила половину дня. Вспомнив об обещании пополнить гардероб Тайнана, она заказала для него золотистую форму члена дипломатического корпуса Аладо, сапоги и большой запас нижнего белья. Потом, решив, что Тайнану может понадобиться и другая одежда, выбрала повседневный костюм вроде тех, что пилоты надевали в свободное время. Попросив, чтобы эти вещи доставили Тайнану в номер, она направилась в зал заседаний.

Тайнан так часто смотрел туда, где должна была бы сидеть Амара, что увидев ее, с трудом скрыл удивление. Весь день он старался выявить цели каждой корпорации и связать их с общими интересами. Казалось, метод принес желаемые результаты. Когда вечернее заседание закончилось, Тайнан решил, что наконец наметился некоторый прогресс в ходе переговоров. Он дождался Амару у двери, взял за руку и, не спрашивая, чем они с Орионом занимались большую часть дня, провел ее в номер.

На столе в его гостиной стояли холодные напитки и легкие закуски. Налив в бокал сока, Тайнан протянул его Амаре:

– Я скучал о тебе днем и ходил на ленч с Деррелом Симмонсом.

Амара хотела объяснить, почему ее не было, но Тайнан покачал головой, давая понять, что в этом нет необходимости.

– Он никогда не слышал о Маке Трамбо и даже считает невозможным взять Звездный крейсер на абордаж. Если бы в заговоре участвовала корпорация Перегрин, он, наверное, знал бы об этом.

Удивившись, что Тайнан обсуждал этот вопрос с Деррелом, Амара не сразу ответила:

– Да. Он знал бы, но если Деррел изобразил неведение, значит он лжет. А ты ждал, что он признается?

– Нет, но я заметил, если бы он лгал.

– Откуда такая уверенность?

– Даже самые отпетые лжецы неуловимо меняются, когда лгут. Орион всегда лгал так нахально, что ему верили, но именно самоуверенность и выдает его. Может, ты уже сама это заметила.

Не желая говорить об Орионе, Амара избегала взгляда Тайнана.

– А вот ты не умеешь лгать и прячешь от меня глаза, если хочешь что-то скрыть, – вот как сейчас.

– Я не лгу тебе! – воскликнула Амара, заставив себя посмотреть ему в лицо.

– Конечно, но о многом умалчиваешь. Например, не хочешь открыть мне свои чувства.

– По-моему, мы говорили о пиратах.

– Видишь: я смутил тебя, заговорив о чувствах – и ты сразу перевела разговор на другую тему.

– Мне казалось, что я, напротив, вернулась к теме нашего разговора, то есть к пиратам!

Ее нежелание облечь в слова те чувства, которые она столь непосредственно выражала в постели, забавляло Тайнана. Он поцеловал ей руку:

– Кстати, мы договорились не откровенничать с Орионом. Ты не рассказала ему, как Мак болтал, что его наняли угнать Звездный крейсер?

Амара покачала головой. Ужаснувшись при мысли, что именно ей придется все объяснить Тайнану, начала говорить о сложности систем Звездного крейсера:

– Я забыла, совершенно забыла о том, что в Звездном крейсере записывается все происходящее не только в кабине, но и на всем корабле, когда включается режим чрезвычайной ситуации. Именно об этом Орион и говорил со мной сегодня. Он просмотрел запись… И хотя он не упоминал о хвастливой болтовне Мака, вероятно, это слышал.

Тайнан, видя, как волнуется Амара, вдруг понял, что было в той записи. Теперь ему стало все ясно.

– А что Орион намерен делать с этими записями? Будет развлекать ими своих приятелей? Если, конечно, у него вообще есть приятели.

– Нет, конечно, не будет. Ты не понимаешь его, Тай. Он занят только своей карьерой, и ты играешь важную роль в его планах. Если ты оправдаешь надежды Аладо, престиж Ориона очень повысится. Ведь это Орион предложил директорам пригласить тебя, а значит, он разделит твой успех.

– Как разделил со мной тебя.

Оскорбленная Амара воскликнула:

– Я же говорила тебе, что порвала с Орионом еще до нашей встречи!

Однако Тайнан не мог избавиться от сомнений. Амара была пилотом Ориона. Может, она и уверена в том, что порвала с ним отношения, но считает ли так Орион? А если он рассчитывает, что девушка скоро вернется к нему? А вдруг Орион послал Амару в Цитадель, поручив завоевать его доверие, соблазнить, взять под контроль? Орион достаточно хитер и умен, чтобы составить подобный план. Вопрос в том, способна ли на это Амара.

– Прости за бестактность, – сказал он. – Вероятно, Орион зол на меня за вчерашнее? Недоволен, что я не оправдываю его ожиданий, не проявляю терпимости и хладнокровия?

– Он вне себя от злости.

– Почему он сообщил об этом тебе, а не мне?

– Неужели ты не понимаешь? Он уверен, что из-за вражды к нему ты никогда ни в чем с ним не согласишься.

– Он прав, – подтвердил Тайнан. – И Орион решил воспользоваться услугами прелестной женщины, которая будет держать меня под контролем.

Тайнан поднялся с дивана и принялся расхаживать по комнате. Амара в сущности призналась, что Орион дал ей задание. Может, поэтому она и не хотела говорить о своих чувствах? Не исключено, что у нее и нет никаких чувств, кроме физического влечения. Тайнан остановился и пристально посмотрел на нее. Внешне Амара была так же хороша, как и Орион. Сейчас она казалась воплощенной невинностью. Долго ли она училась так мило и печально улыбаться – месяцы? Или, под руководством умелого Ориона, всего несколько дней?

– Если Орион надеется получить место в Совете директоров, то ему необходимо сыграть заметную роль в переговорах. Но что все это даст тебе? Что станет с твоей карьерой, если Орион добьется своего?

Огорчившись, что Тайнан считает, будто ее будущее связано с Орионом, а не с ним, Амара покачала головой:

– Слишком рано об этом говорить. Надо, чтобы переговоры закончились успешно. Кроме того, в Совете директоров должна появиться вакансия, чтобы Орион мог занять ее. Во всем этом много неопределенного и я не могу сказать, где буду через несколько месяцев. Если зрение не восстановится, я не смогу вести даже каталог горных пород для моих родителей.

Амара все же уклонилась от ответа, что лишь усилило подозрения Тайнана.

– Позволь задать тебе один вопрос, но прошу тебя, ответь на него честно. Ты можешь мне это пообещать?

– Что за вопрос?

Опять уклончивость, отметил про себя Тайнан.

– Сначала дай мне слово.

Амаре было неприятно, что Тайнан давит на нее, но она чувствовала, что для него это почему-то очень важно.

– Хорошо. Обещаю.

– Спасибо. Орион просил тебя, чтобы ты спала со мной?

– Да… Но…

Ее ответ поразил Тайнана, но теперь он понял все. Амара выполняла поручение Ориона, и надо отдать ей должное: она предупреждала, чтобы он не говорил о любви. Он должен был бы поблагодарить ее за это, но ему казалось, что она предала его. «Мне следовало знать, что все, к чему прикасаются грязные руки Ориона, оскверняется», – подумал Тайнан.

– Спасибо за честность. А теперь я попросил бы тебя уйти.

– Куда?

– Мне безразлично. Куда угодно, хоть к Ориону, с которым ты провела сегодняшний день. Я просто хочу, чтобы ты ушла отсюда – и из моей жизни! – Тайнан подошел к двери и открыл ее. – Иди!

Дрожащими руками Амара поставила бокал и с трудом поднялась на ноги.

– Не понимаю, что с тобой случилось, – с отчаянием сказала она. – Не все ли равно, чего хочет Орион? Я следовала велению моего сердца, когда была с тобой!

– Не надо ничего объяснять. Просто уходи.

– Не уйду! Ты пытаешься истолковать мои слова так, чтобы они подтверждали твои глупые домыслы! Уверена, что ты вообще не видишь во мне человека, даже не слышишь, что я говорю! Вы с Орионом сделали меня пешкой в своей нелепой игре. Вы ведете себя как мальчишки и скорее умрете, чем помиритесь. В Орионе меня это не слишком удивляет, но от тебя этого не ждала.

Открыв дверь в свой номер, Амара бросила через плечо:

– Не опасайся, что снова сюда приду! Тебе придется умолять меня на коленях, чтобы я согласилась терпеть твое общество!

 

Глава 17

Через пять минут после того как покинула Тайнана, Амара собрала вещи и явилась в лазарет. Вызвав Солану Диас, Амара сказала ей:

– Мое состояние хуже, чем я полагала, а потому хотела бы лечь в лазарет на несколько дней.

Как было принято в Аладо, Солана пригласила Амару в кабинет и обследовала ее, отметив при этом, что зрение у нее несколько улучшилось. Не укрылась от нее и подавленность Амары. Девушка взяла с собой туго набитую дорожную сумку, и это указывало на то, что она явно не собиралась вернуться к себе в номер. Решив, что Амару могли привести в лазарет не только проблемы, связанные со зрением, Солана принялась расспрашивать ее:

– А вы неплохо выглядите, лейтенант. Я знаю, что вы не выполнили моей рекомендации придерживаться постельного режима, а поэтому склонна положить вас в лазарет. Но скажите, не беспокоит ли вас что-то еще.

– Ничего, что имело бы отношение к моему здоровью.

– Вот тут-то вы и ошибаетесь. Настроение очень влияет на самочувствие. Забудьте о том, что я знакома с Орионом и расскажите мне о проблемах, связанных с его поручениями.

Амара мрачно подумала, что это было бы нелегко, и, сомневаясь в возможности сформулировать свои ощущения, не стала и пытаться делать это.

– Меня беспокоят мои дальнейшие перспективы, если зрение не улучшится.

– Улучшится, – успокоила ее Солана. – А как насчет Тайнана Торна? Не слишком ли вам трудно оказывать ему гостеприимство?

– Гостеприимство… – глухо откликнулась Амара, думая, как странно звучит этот эвфемизм применительно к ее отношениям с Тайнаном. Уклонившись от прямого ответа, она покачала головой: – Он прекрасно обойдется без меня. Так вы разрешите мне остаться?

Ответ Амары заставил Солану заподозрить, что та утаивает от нее что-то важное, но все же решила положить ее в лазарет. Встревоженная тем, что не разузнала толком о состоянии Амары, Солана надеялась выяснить это в ближайшие дни.

– У меня нет причин отказать вам, но, пожалуйста, не стесняйтесь признаться мне, если что-то вас беспокоит.

– Меня беспокоит только зрение, – ответила она.

– Оно уже улучшилось. Потерпите немного. У нас есть свободные отдельные палаты. Какое оформление комнаты вы предпочитаете?

Используя ту же технологию проецирования, что и в часовне, лазарет предоставлял больным на выбор успокаивающие звуки и виды: океанский прибой, мирные сельские сцены, красивые пейзажи. Желая отделаться от воспоминаний о Тайнане, Амара заказала изображение песчаной пустыни на одной из недавно открытых планет. Однако когда Амара легла, от вида песчаных дюн ее охватило отчаяние, и она разочаровалась в своем выборе. Не успела она протянуть руку к пульту связи, как в палату вошли Орион и Солана Диас.

– Неужели ты думала, что спрятавшись здесь, сможешь увильнуть от выполнения задания? Если это так, то ты ошиблась. Сейчас же вставай и отправляйся в номер Тайнана.

Солана, сообщившая Ориону о том, где Амара, была поражена его требованием.

– Я рекомендовала лейтенанту Грир постельный режим, как только она прилетела. Я не даю советов, связанных с твоей работой, но не позволю и тебе вмешиваться в мои профессиональные дела.

Амара очень обрадовалась тому, что Солана стоит на своем. Ей хотелось от души поблагодарить Солану, когда та велела Ориону уйти и не возвращаться до тех пор, пока он не научится вежливо разговаривать. Однако Амара решила не вмешиваться, а, напротив, притворилась спящей.

– Ты дала ей снотворное? – резко спросил Орион и, взяв руку Амары, встряхнул ее.

Амара открыла глаза и вырвала у него руку.

– Нет, мне не давали снотворного. Если позволите, доктор, мне хотелось бы поговорить с Орионом с глазу на глаз.

– Вы уверены, что это необходимо? – спросила Солана.

– Да.

Орион кивнул, и Солана вышла из палаты.

– Вам незачем на меня кричать, – начала Амара, как только они остались одни. – Поскольку я ваша подчиненная, Тайнан, оказывается, полагает, что, опекая его, я выполняю ваши распоряжения. Он больше не доверяет мне. Если даже вернусь в его номер, он снова прогонит меня, а я не хочу терпеть унижение.

– Он тебя выгнал?

– Если вы спрашиваете о том, применил ли он насилие, то нет. Но он потребовал, чтобы я ушла, а это, в сущности, то же самое.

– Он, наверное, уже раскаивается и разыскивает тебя.

– Возможно. Попрошу Солану, чтобы она сообщила ему, где я.

Озадаченный ее тоном, Орион присел на край кровати и нежно сжал ей пальцы.

– Я не допущу, чтобы твои отношения с Тайнаном закончились из-за какого-то недоразумения. Ваш союз слишком важен для меня.

– Поистине дипломатическое замечание, – устало вздохнула Амара. – Я делала, что могла и, уверена, Тайнан тоже, но, принимая во внимание обстоятельства, он, наверное, правильно поступил, порвав со мной. Я хочу последовать его примеру. Мы с вами тоже уже не можем работать вместе, и я попрошу, чтобы меня перевели в Экспедиционный корпус.

Орион склонился над ней:

– Ответом на эту нелепую просьбу будет решительный и бесповоротный отказ! Ты поняла меня? Ты будешь моим личным пилотом, пока я не захочу тебя отпустить. Вот тогда и решу, куда тебя перевести. Однако твой последний полет был так неудачен, что мне вряд ли удастся найти подразделение Аладо, которое согласится тебя принять. Отдохни сегодня как следует, потому что завтра ты должна быть в форме. Тебе придется – чего бы это ни стоило – удовлетворить все желания Тайнана. Когда переговоры закончатся, ты доставишь его в Цитадель. Я уверен, что Солана Диас сделает все, чтобы восстановить твое зрение к тому времени. Ты поняла меня? Пока Тайнан Торн здесь, ты будешь проявлять к нему любовь и внимание. Если что-то ему не по душе, постарайся угодить, но я не сомневаюсь, ты добьешься своего и он снова захочет тебя. В зале заседаний веди себя скромно, но у него в номере прояви максимум изобретательности. Дразни его, терзай, но сделай так, чтобы он нуждался в твоих ласках и работал на конференции с полной отдачей.

Дав Амаре эти указания, Орион поцеловал ее в щеку и ушел, не дожидаясь ответа. Амара, зажатая в угол настойчивым начальником и удрученная отвергшим ее возлюбленным, лихорадочно думала, как отделаться от обоих. В конце концов решила убедить Ориона в том, что лучший способ снова завоевать сердце Тайнана – это оставаться в лазарете и ждать, когда Хранитель соскучится и отправится ее искать. Тогда, если он станет умолять вернуться к нему, она сможет согласиться, выдвинув свои условия. Орион никогда не узнает, что ее условия полностью отличаются от его требований.

Когда Солана вошла к ней, Амара осторожно заговорила:

– Я хотела бы изменить оформление комнаты. Пусть здесь будет марсианская пустыня.

Солана кивнула.

– Орион всегда разговаривает с вами так резко? – спросила она.

Амара не видела причин лгать.

– Нет. Когда он хотел, чтобы я с ним спала, он разговаривал совсем иначе.

Заинтригованная Солана закрыла за собой дверь:

– Он говорил мне, что у вас была недолгая связь, и это уже в прошлом. Это правда?

– Если вы готовы заменить меня, не о чем беспокоиться. Я не хочу больше даже работать с Орионом, а уж тем более спать с ним. Он способен только использовать людей, и я на это теперь не пойду.

– Может, обида затмила вам глаза?

– Конечно, нет, – убежденно ответила Амара. – Орион – прекрасный любовник, но он не знает, что такое настоящее чувство, поэтому даже его комплименты часто звучат неискренне. А теперь простите, но я хотела бы заснуть.

Удрученная отзывом Амары, Солана нахмурилась и ушла.

Когда Росс Белдинг зашел к Тайнану и предложил пойти пообедать, Хранитель едва сдержал раздражение. Однако вспомнив, что Росс выполняет приказ Ориона, он взял себя в руки.

– Это очень любезно с вашей стороны, но почему вы решили, что я собирался обедать один?

Росс смущенно пожал плечами:

– Секретарь сказал мне, что сегодня вечером вы не встретитесь с лейтенантом Грир, сэр.

Тайнана не удивило, что Амара рассказала обо всем Ориону, но ему было больно услышать это. Неужели все, что она говорила, ложь?

– Спасибо за приглашение, Росс, но сегодня я занят. Пожалуйста, передайте секретарю, что я справляюсь со всем без его помощи.

Тайнан закрыл дверь, не дав Россу ответить. На самом деле у Тайнана не было никаких планов, хотя ему хотелось ежеминутно проклинать очаровательную молодую женщину, которая так ненадолго озарила радостью его жизнь. Он испытывал не голод, а что-то вроде тошноты. Скинув балахон, он вытянулся на кушетке. Зная, что ему следовало бы подумать о переговорах, он попытался составить план на завтрашний день, но мешали мысли об Амаре. Она очень умело и непринужденно сыграла свою роль. Жаль, что лейтенант Грир стала пилотом, а не актрисой. С таким выдающимся талантом она могла бы претендовать на глазные роли.

– Будь она проклята! – вскричал Тайнан. Опустившись на кушетку, сжал голову руками. Тайнан убеждал себя в том, что у него впереди целая жизнь, и он может не раз еще вспомнить о том, как глупо вел себя с Амарой. Однако на переговоры отпущено лишь несколько дней, и ему предстоит добиться наилучших условий. Помимо всего прочего, он до сих пор не выяснил, кто нанял пиратов. Поняв, что решение этой проблемы отвлечет его, Тайнан достал записную книжку и принялся строить диаграммы, отражающие все гипотезы.

– Если не Перегрин, то кто же? – спросил он себя. Может, это вовсе не конкурирующая корпорация. Если Деррел Симмонс сказал ему правду, то на это мог бы пойти кто-то вроде доктора Ристо Кортеса. Не видя возможности проанализировать бесконечное количество вариантов, Тайнан с отчаянием уставился на свои диаграммы. Постепенно его охватило странное убеждение, что он проглядел в своих расчетах какую-то важную деталь.

– Чего же я не заметил?

Ожидая ответа, он поднял взгляд – и тут вдруг вспомнил, что Амара ушла. Он закрыл глаза, но перед ним неотвязно стояла ее печальная улыбка. Стараясь не думать о ней, снова вернулся к столкновению с пиратами. Потрогав след на щеке, оставленный ножом Мака Трамбо, Тайнан понял, что тот пытался лишь запугать его. Возможно, он с самого начала хотел потребовать за них с Амарой выкуп, а потому и не причинил им серьезного вреда?

С другой стороны, Мак едва ли был способен контролировать себя. Нет, пират был глуп и хвастлив, да и другие члены его экипажа не лучше.

«Мир невыгоден», – сказал Мак. А что если он повторял слова тех, кто хотел купить Звездный крейсер? Кто так жесток, что подсчитывает возможную прибыль от войны? Тайнана вдруг охватила дрожь: он мог назвать имя такого человека – Орион Шоде.

Ошеломленный этим прозрением, Тайнан в изнеможении откинулся на спинку дивана. А что если целью пиратов был не Звездный крейсер, а он сам? Что если Орион натравил на него пиратов для того, чтобы получить возможность вести переговоры об его освобождении?

– Боже! – прошептал Хранитель. Амара призналась ему, что Орион собирается использовать в своих целях его успех на переговорах, но он набил бы себе цену еще больше, добившись освобождения Тайнана из рук пиратов?

Тайнан встал и начал расхаживать по комнате. На горьком опыте он убедился в том, что Орион способен на самое гнусное предательство. Хотя Орион уверял его в том, что перерос свою детскую вражду к нему, Тайнан знал, что тот лжет. Если Орион и в самом деле задумал похитить Тайнана, то события могли бы развиваться по-разному: Тайнан мог остаться в живых или погибнуть. Однако в любом случае Орион извлек бы из этого пользу.

Но как же тогда Амара? Тайнан мучительно пытался понять, какое место отведено во всем этом ей. Скорее всего она была пешкой в этой игре. Ведь если бы Тайнан не освободился, убив Пальчика, Мак не только зверски избил бы ее, но и изнасиловал. Он явно не получал приказа не трогать Амару. Орион просто пожертвовал ею, отдав пиратам. Поняв это, Тайнан ужаснулся, что отправил Амару к тому, кто ни во что не ставит ее жизнь. Надев балахон, он бросился к двери Амары. Громко постучав, философ позвал ее, но ответа не было.

Открыв дверь, Тайнан увидел, что Амары в номере нет. Он прошел в спальню и, заметив, что стенной шкаф приоткрыт, заглянул в него. Тут Торн понял, что Амара ушла насовсем. Не сомневаясь, что Амара у Ориона, направился к его номеру и постучал. Орион открыл ему дверь и фальшиво улыбнулся.

– Тебе что-то нужно? – спросил он. Тайнан оттолкнул Ориона и вошел.

– Мне нужно поговорить с Амарой. Где она? Амара!

– Мне хотелось бы, чтобы ты держался в рамках приличия, как делаешь это с посторонними людьми.

– Но мы не посторонние, Орион, мы заклятые враги. Так где же Амара?

Орион прикинулся удивленным:

– Я думал, она тебе сказала, где искать ее.

– Как видите, не сказала.

– Да. Она переутомилась и легла в лазарет, чтобы немного отдохнуть. Тебе не следовало так мучить ее, Тайнан. Мужчины терпят твою грубость, но женщинам она претит.

Тайнан шагнул к Ориону и почувствовал удовольствие, увидев, что тот попятился.

– Трус! – презрительно бросил он. – Не бойтесь, я завершу свою работу, но как только договор будет подписан, сразу займусь вами.

– Буду ждать с нетерпением, – вызывающе ухмыльнулся Орион. – А теперь, поторопись, тогда успеешь навестить ее в лазарете. Кстати, Амара любит розы, жаль, что ты не успеешь купить их.

Не удостоив его ответом, Тайнан ушел. Он попал в лазарет за несколько минут до окончания приема посетителей.

– Я хочу навестить лейтенанта Грир! – сказал Торн.

– Она в двадцать восьмой палате, мистер Торн. Но через несколько минут вам придется уйти.

Тайнан решил, что не уйдет прежде, чем убедит Амару в том, насколько опасен Орион. Он стремительно прошел по коридору и почти вбежал в палату Амары. Увидев, что она крепко спит, он остановился и вдруг почувствовал себя очень неловко.

Приблизившись к постели, Тайнан заметил, что на стенах появились странные виды красной пустыни.

– Амара? – тихо сказал он, – пожалуйста, проснись!

Амара потянулась и открыла глаза. Она надеялась, что Тайнан придет ее навестить, но не ожидала, что это будет так скоро. Не зная, как вести себя с ним, села на постели.

– Мне очень жаль, что ты решила остаться здесь, – начал Тайнан. – Надеюсь, это не из-за меня.

– Ты уже знаешь, что я не умею лгать, так что лучше не заставляй меня давать уклончивые ответы.

– Хорошо, значит, ты здесь из-за меня. Впрочем, ты в безопасности – а это самое важное.

– В безопасности? О чем ты говоришь? На этой базе мне не угрожает опасность.

Тайнан в возбуждении ходил по палате.

– Нет, угрожают! Молчи и слушай. Я думал о пиратах.

– Вот как?

Амара была очень разочарована. Она не могла думать ни о чем, кроме Тайнана – а его мысли занимали пираты!

– Думаю, тебе лучше уйти.

– Пожалуйста, выслушай меня! Ристо Кортес поручил «Штопорам» найти для него любой Звездный крейсер, но не исключено, что Мака Трамбо послали именно за нами.

– То есть за тобой, да?

– Я летел не один.

– Конечно, но пилот их не интересовал.

– Но ты должна согласиться с тем, что нас взяли на абордаж, желая сделать меня заложником.

Не желая даже обсуждать этого, Амара приготовилась было возразить, но, подумав, сказала:

– Да, это возможно. У корпорации Перегрин весьма смутные представления о морали, поэтому они могли прибегнуть к такой уловке.

– Это не Перегрин, – решительно заявил Тайнан.

– А кто?

– Однажды я читал, что следователи, расследуя преступление, первым делом задают вопрос: «Кому это выгодно?» Так кому же было выгодно, чтобы меня захватили в плен? Кто освободил бы меня и стяжал после этого славу избавителя? А если бы меня убили, кто занял бы мое место на переговорах и добивался мира на условиях, выгодных для Аладо? Кто мог использовать мое похищение ради своих амбиций? Я знаю лишь одного такого человека. Ты можешь назвать других?

Амара не верила своим ушам, хотя доводы Тайнана звучали очень убедительно. Однако это еще не означало того, что они соответствуют реальности.

– На моих глазах Орион не раз создавал сложные ситуации, чтобы продемонстрировать свой профессионализм. Но того, о чем говоришь ты, я даже представить себе не могу.

– Но это не значит, что этого не было.

– Конечно, но ведь и у тебя нет доказательств. Кстати, если ты считаешь меня марионеткой Ориона, зачем говоришь мне об этом? Неужели не боишься, что я передам ему?

Тайнан не успел ответить: посетителей попросили покинуть лазарет.

– Я сделаю вид, что не слышал, – сказал он. – И говорю тебе об этом потому, что если он отправил за нами Мака Трамбо, значит, готов был пожертвовать нами обоими. Согласна ли ты и дальше работать на человека, который ни во что не ставит твою жизнь?

Ошеломленная этим, Амара откинулась на подушку. Она знала, что Орион использует людей в своих интересах, но опуститься до сговора с пиратами – в такое невозможно было поверить. Поэтому она решила, что враждебность Тайнана к Ориону значит для него больше, чем отношения с ней.

Амара не сразу нашлась, что ответить Тайнану.

– Твои выкладки – всего-навсего гипотеза, Тайнан, доказательств у тебя нет. Ты не располагаешь фактами о связи Ориона с Маком Трамбо. По-моему, ненависть затмила твой разум, и это уже причинило мне достаточно горя. Ты очень умен, но кроме домыслов я от тебя ничего не слышала.

Разочарованный тем, что Амара не желает смириться с истиной, Тайнан тихо сказал:

– Не изображай все так, будто у меня галлюцинации. Мы оба прекрасно знаем, что такое Орион. Как его пилот ты в последние месяцы доставляла секретаря в такие места, где он мог связаться с пиратами без твоего ведома?

Солана Диас негромко постучала в дверь:

– Извините, мистер Торн, но я должна попросить вас уйти.

Тайнан даже не ответил ей.

– Не летала ли ты с ним в последнее время в какое-нибудь подозрительное место?

– Орион много летает, – сказала Амара. – Мы посетили много колоний и несколько космических станций. Едва ли он был занят чем-то, кроме обычных дел.

Тайнан с трудом сохранял спокойствие.

– Может, позже ты вспомнишь что-нибудь, подтверждающее мои подозрения. Если же этого не было, и ты предпочитаешь мне Ориона, решать тебе. Я не мог не поделиться с тобой своими подозрениями, ибо это может стоить тебе жизни.

– Спасибо. Я ценю твою заботливость.

– И это все, что ты хочешь мне сказать? Как заставить тебя серьезно отнестись к моим словам?

Солана открыла дверь в палату Амары.

– Не заставляйте меня вызывать Службу безопасности, – попросила она.

– Можете вызвать хоть всех служащих Конфедерации! – гневно воскликнул Тайнан. – Я не уйду, пока не закончу разговор!

– Тайнан, ты поделился со мной своей гипотезой, – сказала Амара. – Остальное решать мне. А теперь уходи и не ставь нас в неловкое положение.

– Мне следует сделать только одно – вытащить тебя из постели и отнести к себе в номер.

– Нет! – воскликнула Амара. – Попрощайся и уходи.

Внезапно Тайнан заключил ее в объятия и крепко поцеловал. Он почувствовал, как она с готовностью ответила.

– Пожалуйста, вернись ко мне, – прошептал он Амаре.

Амаре отчаянно хотелось этого, но пока ненависть к Ориону занимала все его мысли, это было невозможно.

– Нет. Я не могу.

Ее поцелуй сказал Тайнану совсем другое.

– Ты лжешь. Почему?

Солана настаивала на своем.

– Я вызову Службу безопасности, мистер Торн. Пожалуйста, примите во внимание, что правила касаются всех.

По-прежнему не замечая врача, Тайнан смотрел на Амару. У девушки был очень несчастный вид, и Тайнан не сомневался, что она переживает так же сильно, как и он. Поскольку она молчала, Торн понял, что пора уходить.

– Я знал, что ты упряма, но никогда не считал тебя глупой. Я буду молиться за тебя.

Тайнан ушел так же стремительно, как и появился, и Амара с трудом сдержала слезы. Солана Диас подошла к ней и, взяв Амару за руку, сосчитала ее пульс.

– Вы – удивительная женщина, лейтенант. Как вам удалось заинтересовать двух самых необычных мужчин?

– Может, мне просто не везет?

– Да нет, я серьезно!

– И я тоже.

Поняв, что от Амары больше ничего не добиться, Солана направилась к двери.

– Вам скоро принесут ужин.

– Передайте, что я не хочу есть.

– Отдыха мало для восстановления сил. Вам необходимо и здоровое питание.

Амара натянула одеяло до самого подбородка и закрыла глаза. Все учили, как надо себя вести, но девушке хотелось, чтобы ее оставили в покое. Когда в палату принесли ужин, Амара к нему не притронулась.

Тайнан вернулся в номер, принял душ и переоделся в брюки, заказанные для него Амарой. Она уверяла, что в брюках и рубашке он сойдет за служащего Аладо и не будет привлекать к себе внимания. Намереваясь осмотреть базу, он почувствовал досаду, когда кто-то постучал в дверь.

Несмотря на мрачный вид Тайнана, Тава Майсенко улыбнулась ему:

– Можно мне поговорить с вами? Надеюсь, я вам не помешала?

– Это связано с переговорами?

– Конечно.

Тайнану не хотелось оставаться с этой женщиной у себя в номере, но, ожидая конфиденциальных сообщений, пригласил ее войти. Проходя мимо Тайнана, она как бы случайно коснулась его, потом, с удовольствием оглядев гостиную, села на кушетку так, чтобы через боковой разрез платья были видны стройные ноги. Она встряхнула головой, и длинные каштановые волосы изящно рассыпались по плечам. Почему-то Тайнану она напоминала кобру. Он сел на стул возле кушетки.

– Так в чем же дело? – нетерпеливо спросил он.

– Видно, вы не привыкли к женскому обществу, – заметила Тава, засмеявшись. – Вам следовало бы предложить мне что-нибудь выпить.

– Хотите воды?

Изумившись, что он не понял ее намека и не предложил вина, Тава покачала головой:

– Нет, спасибо. Я должна поговорить с вами наедине. Поскольку представлены все пять корпораций, мы неизбежно втягиваемся в мелочные споры, которые и прежде мешали нам действовать совместно.

Тайнан кивнул.

– Да, это верно, – согласился он. – Но хотя мне хотелось бы достичь консолидации, я не могу поддержать ваше предложение о равномерном распределении прибыли между корпорациями.

Тава чуть пожала плечами, отчего сильнее обнажилась ее грудь.

– Мое предложение имеет в Сереме много сторонников, поэтому я сочла необходимым его выдвинуть, хотя и понимала, что оно не будет принято.

– Очень жаль, что вы заставили нас напрасно тратить время.

– Право, Тайнан, вам следует лучше понять, на каких принципах основана работа дипломатов. Все мы, кроме вас, пришли на переговоры со своими предложениями и будем выдвигать их, даже не надеясь добиться их одобрения. Этого требует искусство компромисса.

– Знаете, Тава, меня не нужно учить, как вести переговоры. Так что же вы хотели мне сказать?

Тава посмотрела на дверь номера Амары.

– Извините. Вас ждут?

– Нет. Продолжайте, пожалуйста.

– По-моему, мы с вами могли бы договориться, а потом убедить других разделить нашу точку зрения. Это гораздо легче, чем уговаривать каждого из участников конференции.

– Разделяй и властвуй – таков ваш метод?

– Совершенно верно, – согласилась Тава, обольстительно улыбнувшись.

– Я всегда четко формулировал точку зрения Аладо. Мирное освоения космоса зависит не от того, примем ли мы новые правила, а от последовательного проведения в жизнь первоначальной хартии Конфедерации. Серема поддержит нас?

– Я готова сотрудничать с вами, если мы придем к взаимному согласию.

Тайнан ждал не такого ответа.

– А как вы представляете себе наше сотрудничество?

Тава поднялась и подошла к нему. Встав между его коленями, она облизнула губы, а потом, уперевшись руками в его бедра, опустилась на колени.

– Мы смогли бы сотрудничать более тесно, став близкими друзьями.

– А потом по очереди привели бы в наши постели остальных?

– О, какая соблазнительная мысль!

Тава провела руками по бедрам Тайнана к паху, но он тут же сжал ее запястья и заставил подняться на ноги.

– Чего вы добиваетесь? – спросил он. – Мирного договора или меня?

Тава подалась к нему, и Тайнан ощутил ее дыхание.

– А можно получить и то, и другое?

Испытывая глубочайшее отвращение, Тайнан подвел Таву к двери и оставил бы ее в коридоре, если бы в эту минуту Орион не вышел из своего номера.

– Добрый вечер, – поздоровался Тайнан с наигранной любезностью. – Предложения Тавы мне не по вкусу, но, полагаю, вам они понравятся.

С этими словами он подтолкнул Таву к Ориону и, оставив их, пошел прочь.

 

Глава 18

Остановившись у столика в конце коридора, Тайнан сказал:

– Мне нужен план базы. У вас он есть?

– Я с удовольствием объясню вам все, что нужно, – ответил клерк. – Куда вы хотите попасть?

Тайнан заметил необычный блеск в глазах клерка.

– Здесь есть андроиды? – спросил он.

– Только в отделении обслуживания. Вы хотите увидеть андроида?

Тайнан знал, что разговаривает с андроидом, но решил ему этого не показывать.

– Нет, это пустое любопытство. Мне нужен только план. Если у вас его нет, к кому мне обратиться?

Клерк открыл ящик стола и достал оттуда лист бумаги.

– Я могу дать вам вот этот, но многие говорят, что план только сбивает с толку.

Поблагодарив, Тайнан взял план, но это оказалась не обычная схема каждой палубы, а диаграмма, изображающая сложнейшую структуру базы. Он вошел в лифт, так и не поняв толком, куда направляется. Решив, что это не так уж важно, он вышел на первой же палубе, где остановился лифт. Здесь находились офисы. Посетителей в кафетерии сейчас было меньше, чем днем. Взяв сандвич, Тайнан принялся изучать план палубы с офисами и старался не вспоминать прошлый вечер, когда они с Амарой устроили пикник в доме на дереве.

Он знал, что домик на дереве был всего лишь иллюзией, но не мог понять, искренно ли вела себя его спутница. Как часто она советовала ему доверять своей интуиции! По отношению к ней так оно и было – и вот чем это кончилось!

Когда Тайнан вышел из кафе, его внимание привлекла стрелка, указывающая, где располагаются офисы Аладо, и он повернул туда. На некоторых дверях висели таблички с именами, но имени Ориона среди них не было. Догадавшись, что дверь с оранжевой полосой в конце коридора ведет в туннели для ремонтных работ, Тайнан нажал на кнопку и очень обрадовался, когда дверь отъехала в сторону. Убедившись, что его никто не видит, вошел в узкий коридорчик. Дверь за его спиной закрылась и, подавив страх, Тайнан вынул из кармана план базы.

Вскоре он оказался у входа в гигантский лабиринт, где сразу же ощутил тихую вибрацию вентиляционной системы. Глядя вниз, Тайнан видел тени на нижних палубах, а наверху – уходящие к куполу верхние уровни. Ему действительно придется как-то отмечать свой путь, если он решит предпринять серьезные поиски. Но сейчас достаточно понять, как передвигаться по базе.

В этих узких переходах, на крутых металлических лестницах среди леса балок Тайнан чувствовал себя очень необычно. Все здесь отличалось от того, что он видел прежде. Удивленный увиденным, Тайнан ухватился за поручень: ему сейчас крайне не хватало надежной опоры вроде утоптанной земли.

– Любой реальности, – пробормотал Тайнан. Заметив, что воздух здесь прохладный, Тайнан закрыл глаза и представил себе, что он в Цитадели. Это немного успокоило, и он сделал несколько шагов вперед.

Торн осторожно двигался по узкому проходу и вдруг заметил, что в вентиляционных каналах есть раздвижные панели, расположенные примерно через каждые десять метров. Отодвинув одну из них и заглянув внутрь, он услышал, как где-то разговаривают. Снова заглянув в карту, он понял, где каждая из комнат соединяется с вентиляционной системой. Если проползти по каналам, можно услышать разговоры, ведущиеся в любой из комнат базы. Конечно, это очень примитивная форма слежки, но, подумав об Орионе, решил, что она не лишена привлекательности.

Конечно, у него не было времени ползать целый день, но, воспользовавшись вспомогательными коридорами, чтобы пробраться из своего номера в номер к Ориону, он сможет найти ту запись, о которой рассказала Амара. Вдруг, почувствовав, что очень по ней соскучился, Тайнан повернул обратно. Послушав у наружной двери и убедившись, что в коридоре никого нет, он вышел.

С помощью все той же карты Тайнан обнаружил грузовые лифты и поднялся на палубу, где располагался лазарет. С этой стороны столика с клерком-регистратором не было. Он увидел кладовки, где хранилось белье и другие вещи, необходимые для лазарета. Из кухни доносились аппетитные запахи.

Коридоры были слабо освещены, и Тайнан, одетый в темное, не был никем замечен. Он нашел палату Амары, бесшумно проскользнул в дверь и запер ее. Здесь горела лишь крошечная лампочка на пульте связи, в ее теплом свете мягко золотились локоны спящей Амары.

Тайнану страстно хотелось лечь рядом с ней на узенькую кровать, но Амара так резко вела себя, когда он пришел навестить ее, что Торн не решился на это. Он только положил руку ей на плечо и чуть потряс. Амара не проснулась, пока он не наклонился к ней.

Тут девушка села, оглядела темную комнату и не сразу заметила Тайнана. Разглядев его темный силуэт, она узнала философа. Однако Амара пришла в лазарет для того, чтобы поскорее забыть о нем, а поэтому недовольно сказала:

– Что это ты придумал? Я пришла сюда отдыхать, но стоит мне заснуть, как ты меня будишь! Что с тобой происходит? Сегодня днем ты требовал, чтобы я оставила тебя, а теперь являешься ко мне!

– Пожалуйста, говори потише, – попросил ее шепотом Тайнан. – Я разузнал, как пользоваться ремонтными туннелями, чтобы незаметно передвигаться по базе. Куда Орион мог положить запись со Звездного крейсера? Он держит ее в офисе или в своем номере?

Амара отбросила с лица волосы:

– Ты собираешься украсть ее?

– «Кража» не совсем подходящее слово, ведь на ней запечатлены мы с тобой. Я просто хочу знать, где она. Возможно, что вместе с ней Орион хранит и что-то еще, свидетельствующее о его виновности.

– Прошу тебя немедленно уйти из палаты, Тайнан. И не смей появляться здесь, пока не сможешь говорить о чем-то, кроме Ориона Шоде. Это очень мне надоело. Скорее всего, Орион сделал копии с этой записи и спрятал их в разных местах на базе. Что касается улик, подтверждающих его связь с пиратами, он слишком хитер, чтобы хранить их. Перестань тратить время попусту и уходи отсюда!

Тайнан глубоко вздохнул:

– Извини. Мне трудно думать о нас с тобой порознь.

– Да, мы были вместе, – напомнила ему Амара, – но ты сам положил этому конец. А теперь уходи, иначе я сама вызову Службу безопасности.

– Нет, не вызовешь.

– Вызову!

Амара потянулась к пульту связи, но Тайнан поймал ее руку и поднес к губам.

– Только сегодня днем ты приказал мне уйти из твоей жизни! – напомнила она, зарыдав.

Тайнан понял, как сильно ранил ее. Выпустив ее руку, он присел на край постели и притянул Амару к себе. Она положила голову ему на плечо, и он стал массировать ей спину.

Понимая, чем вызван ее гнев, Тайнан молчал. Он может расспросить о секретаре Аладо кого-то другого, решил он, и тут же пообещал себе найти источник информации.

– Мне не следовало тебя беспокоить, – сказал философ. – Но дело в том, что нас преследует злое начало, а я не хочу, чтобы мы с тобой подвергались риску.

Осторожно уложив Амару, он убрал с ее лба сбившиеся волосы и нежно поцеловал.

– Засыпай.

Амара со вздохом откинулась на подушку и проводила Тайнана взглядом. Ее преследовали такие же опасения. Дурное предчувствие возникло у нее с той самой минуты, когда Орион встретил их, и они с Тайнаном впервые обменялись неприязненными словами. Однако Тайнан обвинял во всем Ориона, а Амаре казалось, что вина отчасти лежит на нем самом. Было вполне очевидно, что Тайнан получает странное удовольствие, бросая вызов своему давнему врагу.

Смятенная и испуганная, Амара закрыла глаза, надеясь, что утром сможет оценить все это более трезво.

* * *

Утром, прежде чем отправиться на переговоры, Тайная остановился у столика дежурного клерка.

– Мне бы хотелось послать в лазарет, в палату Амары Грир розы. Вы не могли бы мне в этом помочь?

– Конечно. Я позабочусь о том, чтобы это было сделано сейчас же. Что следует написать на карточке?

Тайнан никому еще не посылал цветов, а поэтому не знал, что принято писать в таких случаях. Чтобы сочинить стихи, понадобится несколько часов, а просто написать свое имя неинтересно. Наконец он спросил клерка:

– Что вы посоветуете?

Минуту поразмыслив, клерк с энтузиазмом воскликнул:

– Самые лучшие розы выращивают здесь, на гидропонных установках. У них нет шипов. Может, это и следует обыграть, написав об отношениях без конфликтов?

Тайнан рассмеялся:

– Нет, думаю, в данном случае это не подходит. Лучше просто написать мое имя… Однако постойте! Пусть на карточке будет написано: «С любовью, Тай».

– Как угодно, сэр.

Тайнан надеялся, что Амара обрадуется розам. Теперь он мог сосредоточиться на предстоящем заседании. В течение дня он пытался укротить Лишу Драче, жалующуюся на несправедливую конкуренцию, не поступаясь при этом интересами Аладо. Тава Майсенко упорно избегала его, а Гэлладжер Макграт и Деррел Симмонс дважды чуть не подрались. День прошел малопродуктивно, и Тайнан серьезно опасался, что если так пойдет и дальше, то переговоры затянутся на несколько месяцев. Во время дневного перерыва ему очень хотелось навестить Амару, но Тайнан справился со своим порывом, напомнив себе, что должен уважать ее желания. Заметив, что у выхода из конференц-зала его дожидается Росс Белдинг, Тайнан приветливо улыбнулся ему.

– Я хотел бы связать в пачки кое-какие бумаги, – соврал Тайнан. – Вы не могли бы найти для меня моток бечевки?

– Моток бечевки, сэр? – Казалось, Росс совершенно растерялся.

– Да. Это тонкая веревка.

– Я знаю, что это такое. Просто… Ну, это немного странная просьба, и я не уверен, удастся ли мне выполнить ее.

– Может, она есть в прачечной?

Молодой дипломат улыбнулся.

– Конечно! Я сейчас же туда пойду.

Сказав Россу, что будет ждать его у себя в номере, Тайнан спустился на четвертую палубу и снова переоделся в темные брюки и рубашку. Вскоре явился Росс с огромным мотком бечевки. Тайнан надеялся, что ему не придется забираться так далеко в поисках улик.

– Спасибо. Я просто отрежу часть бечевки, а остальное верну вам завтра. Может, зайдете ко мне на минуту, Росс?

– Вам нужно что-нибудь еще, сэр? – спросил тот, явно озадаченный любезностью Тайнана.

– Нет, просто я хотел задать вам пару вопросов. Давно ли вы работаете помощником секретаря?

– Меньше года, сэр.

– Могу ли я рассчитывать на конфиденциальность нашего разговора?

– Конечно, сэр, я не скажу никому ни слова.

Снедаемый любопытством, молодой человек подался к Тайнану.

– Я знаком с Орионом Шоде довольно давно, – с напускным равнодушием сказал Тайнан. – Вам приятно с ним работать?

– Да, очень. Его считают одним из лучших дипломатов за всю историю Аладо. Состоять в его штате – большая честь. За последний год я узнал больше, чем узнают за пять лет работы с кем-нибудь другим.

Тайнан натянуто улыбнулся.