Обратный маршрут проходил по невысоким холмам и был заранее продуман. Некоторое время командос двигались по дну ущелья между холмами, которые, наверное, были остатками древних гор, пострадавших от эрозии. Когда-то по обеим сторонам ледникового ущелья высились громады горного хребта, но время не пощадило их, оставив лишь небольшие холмы. Время не знает пощады.

Отойдя немного от «поселения» цлеков, разведчики зашагали увереннее, стараясь избегать троп, проложенных местными травоядными к водопою на ближайшей реке. По известным причинам эти тропы привлекали хищников, а командос не желали каких-либо эксцессов на обратном пути, когда дело уже сделано. Им хотелось поскорее убраться с негостеприимной планеты. Хорек старался изо всех сил, находя оптимальные маршруты. Под ногами был твердый, ровный грунт, а по сторонам – густая зелень, служащая прикрытием. Впрочем, изредка приходилось огибать разного рода препятствия. Особенно большую петлю Хорек сделал вокруг поваленного полусгнившего дерева. Никто не протестовал. Тирдал смотрел во все глаза, пытаясь понять, как это Хорьку удается выбирать наилучший путь. Дархел так не умел.

Следующей ночью дорогу отряду преградил бурный поток, выбравший себе русло в широкой и глубокой расселине.

– Придется идти вниз по течению, пока не найдем брод, – сказал Благовест. – Или будем строить мост? Как думаешь, Шива?

– Нет. Гораздо быстрее и безопаснее пойти в обход. Пять минут отдохнем и двинемся дальше.

Местность на краю потока была необычной. Здесь и там валялись обломки камней, росли мощные деревья с корявыми корнями. Почва была жирной и плодородной: дожди вымывали минералы из скалистой породы, а опадающие листья давали перегной. Идти было просто: дорога шла под уклон и всегда было за что ухватиться руками. Командос быстро преодолели три километра. Впереди трусили роботы.

– Уже скоро, – сообщил Горилла.

Действительно, минут через десять склон стал более пологим, а затем и вовсе перешел в равнину. А еще через десять минут разведчики отыскали место, очень похожее на брод.

– Ого! – воскликнул техник. – Это ж надо!

– Что такое? – нетерпеливо спросил Благовест. Разведчики, сгруппировавшись, заняли круговую оборону.

– К востоку от нас энергетическая аномалия, – сообщил Горилла. – Источник энергии слабый и неподвижный.

– Какой приятный сюрприз, – шутливым тоном провозгласил Благовест. – Горилла, отзови киборгов. Всем оставаться на местах. Тирдал, что-нибудь чувствуешь?

– Да. Теперь да. – Сенсат кивнул. – Очень слабая энергия. Это не цлеки. Там что-то есть, но, по-моему, даже неживое. Имеется… какая-то психическая составляющая… Это точно неодушевленный предмет. Конкретнее сказать не могу.

– Ладно. Хорек и Тирдал пойдут вперед, остальные за ними. Будьте начеку. Горилла, отправь киборгов. Пусть двигаются медленно. Безопасность прежде всего. Шива, продумай два пути отступления: один тихий и скрытный, другой – на случай если все полетит к чертям. Поняли? Тогда за дело.

Тирдал и Хорек сбросили рюкзаки и поползли, ориентируясь по изображению с камер дроидов. Почва стала топкой, болотистой. Костюмы промокали насквозь. Во влажном воздухе витал запах гнили, разложения. Густые кроны деревьев снова заслоняли небо. В этом лесу обитали только древесные насекомые и маленькие падальщики. Двигаясь вокруг очередной топи, Хорек наткнулся на оживленный муравейник. По размеру его обитатели были невелики – всего сантиметр длиной. Хорек смахнул с себя несколько тварей, вероятно принявших его за дохлое животное.

– У! Шрамы останутся. Эти не такие агрессивные, но все равно будь осторожен, Тирдал.

– Спасибо. Вижу их.

Сенсат достал из рюкзака недоеденный паек, помахал им перед муравейником и отбросил в сторону. Прожорливые насекомые, переключив свое внимание на сладкое печенье, оставили дархела в покое.

– Что там у роботов? – спросил Хорек.

В визоре появилась картинка. Прямо по курсу лежала почти открытая местность явно не природного происхождения. Было такое чувство, что давным-давно кто-то расчистил в лесу площадку для строительства.

Роботы, увидев необычную перемену в окружающем мире, остановились в ожидании команды техника.

– То, что мы ищем, здесь? – осведомился Хорек.

– Думаю, да. Но что это такое – без понятия.

На поляне высились загадочные бугры вроде курганов, оставшихся после какой-то исчезнувшей цивилизации. У этого места была странная энергетика, которую чувствовал не только сенсат, но и все остальные.

– Источник энергии где-то там. Видимой опасности нет. «Жуки» стоят у этого края поляны, а «стрекозы» сидят на деревьях по ту сторону. В окрестностях никого, кроме здешних животных, – проинформировал отряд техник.

– Горилла, – приказал Благовест, – пускай роботы начнут движение. Хорек и Тирдал, подберитесь вплотную к краю. Мы останемся сзади, а Шива с Тором пусть прикрывают наши задницы.

– Стоп! – раздался голос Гориллы. Все замерли в ожидании.

– Никакой опасности, – пояснил техник. – Просто я засек источник излучения. Он в районе центрального кургана. Очень слабый.

– Понял. Давайте приступим. Тирдал, Хорек, дождитесь Гориллу – он пойдет с вами. Мы с Куколкой займем позицию слева, а Шива и Кинжал – справа.

По мере приближения выяснилось, что открытая местность вовсе не поляна. Здесь повсюду росли деревья, только маленькие и чахлые. Почва была усыпана камнями. Животные, видимо, избегали этого участка леса – вокруг почти полная тишина.

– Уровень радиации? – осведомился Благовест.

– Чуть выше фонового, – сообщил Горилла, глядя на показания датчиков.

– Излучение слабое, но постоянное и на одной и той же частоте, – вмешался Кинжал. – Для нас опасности нет, хотя, я думаю, именно оно так изменило местность за долгие годы. В почве содержатся какие-то химикаты – сканер точно не определяет. И еще: не нравятся мне эти камни.

Отряд уже продвигался среди бугров. Куколка раздвигала ветви деревьев стволом пулемета. Тирдал нагнулся и поднял один из камней. Очистив его от грязи, сенсат замер в изумлении.

– Пласкрит, – только и сказал он. Разведчики молча окружили его.

– Не может быть.

– Пласкрит, – повторил Тирдал. – Видите эти следы? Они явно не природного происхождения. Такие следы оставляет пресс, которым материалу придавали форму. Его наверняка обрабатывали прямо здесь, не особенно заботясь о красоте и качестве. Посмотрите на структуру камня.

Куколка ощупала на нем трещины и выщерблины.

– Сколько нужно времени, чтобы пласкрит вот так разрушился?

– Полагаю, очень много, – задумчиво сказал сенсат. – И то же самое чувствую.

Десантники рассредоточились по территории, глядя себе под ноги, и вскоре осознали, что очутились на развалинах чего-то большого и древнего. Возможно, тысячи, а то и сотни тысяч лет назад здесь была укрепленная военная база. И все, что от нее осталось, – это несколько куч потрескавшегося пласкрита, на которых выросли бесформенные, генетически увечные деревья и спутанные лианы. Холодной ночью, в неверном лунном свете, эти руины наводили на людей ужас.

По приказу Гориллы робот начал осторожно внедряться в центральный курган. Своей буровой установкой он проделал дыры в грунте и пласкрите, потом пневматическим отбойным молотком расшатал и вынул породу. В образовавшемся углублении робот стал сверлить дальше. Хорек, Кинжал и Шива следили за округой. В постоянном ожидании опасности нервы были напряжены до предела. Остальные десантники расположились так, чтобы дать отпор тому, что может оказаться под завалами.

– Излучение все-таки есть, – произнес Тирдал.

– Какое? – спросил Благовест.

– Не знаю… Но Кинжал прав. Может, радиоволны, может, ультрафиолет… Просто чувствую слабое излучение. Оно даже не опасно.

– Слышишь, Горилла?

– Слышу-слышу, – подтвердил техник, приказав роботу расширить область раскопок, прежде чем углубляться. – Нам придется либо спрятать выброшенные дроидом камни, либо уложить их на место. Иначе они могут нас выдать.

– Конечно, – согласился Благовест. – Копать осталось недолго. Я прав?

– Есть, – только и сказал сенсат.

– Да. Робот видит эту штуковину. – Горилла поглядел на экран. – Приказываю ему очистить ее от почвы. Кажется, что-то вроде аккумулятора, заключенного в оболочку из пластистали.

Благовест настроил визор шлема и заглянул в дыру поверх лихорадочно работающих конечностей киборга.

– Ни фига себе, – тихо выругался он.

– Что такое? – спросила Куколка, которая была ближе всех к капитану, и тоже заглянула в яму. – Да, "ни фига себе" – подходящее выражение.

Загадочный предмет был достаточно очищен от грунта, чтобы можно было определить его принадлежность. Специфический внешний вид и показания приборов не оставляли никаких сомнений для тех, кто хотя бы немного разбирался в истории военного дела.

Это был алденатский артефакт. В рабочем состоянии.

Алденаты – представители исчезнувшей цивилизации. Именно они втянули послинов в боевые действия. Именно они создали дархелов, которые были способны на административную работу, но не могли сражаться и убивать. Еще они серьезно повлияли на развитие индови, чиптов и, возможно, даже людей. Помимо генетических изменений в цивилизациях этой части Галактики, алденаты оставили после себя несколько сооружений и приборов-артефактов – больше ничего. Никто не знает, какова их дальнейшая судьба. По крайней мере люди точно не знают. В межрасовых отношениях не принято затрагивать эту тему.

Загадочный объект напоминал по форме параллелепипед и был невелик, примерно полметра длиной. По бокам имелись две странного вида ручки, за которые киборг и вытащил артефакт, установив на ровную поверхность. Горилла и Куколка смахнули с коробки остатки грязи, внимательно ее осмотрели и обнаружили какие-то выгравированные символы.

– Это может быть все что угодно… или ничего, – пробормотала Куколка, доставая камеру и рулетку. – Надпись мы, конечно, расшифровать не сможем, но сделать снимки для отчета нужно.

– За эту штуку любое исследовательское бюро отвалит нам миллиард кредитов, – сказал Благовест.

Даже если они и не продадут артефакт сами, командование все равно выплатит им премии, которые позволят им уволиться и безбедно жить до конца своих дней.

– Так… десять процентов от миллиарда, поделенные на восьмерых… – подсчитывал Кинжал, стоя на краю раскопа и задумчиво глядя себе под ноги.

Он выяснял размер прибыли в случае, если продажей займется государство.

– Двенадцать с половиной миллионов. Кинжал, спустись с небес. Нам нужен снайпер, а не бухгалтер, – оборвал его Благовест.

– Да, – рассеянно сказал Кинжал, снова опустив взгляд.

– Капитан, можно, я сделаю пару снимков для наших исследователей? – заговорил Тирдал. – Опыта, связанного с оборудованием алденатов, у нас больше, чем у людей.

– Это потому, что вы ни с кем не делитесь информацией, – пробурчал Благовест, но, поймав себя на мысли о предвзятости, продолжил: – Фотографируй, конечно.

Тирдал, ничем не ответив на резкий выпад командира, молча принялся за работу.

Робот сделал еще несколько отверстий рядом с первым, однако его датчики ничего не фиксировали.

– Я тоже не чувствую ничего, кроме энергии этого прибора. – Сенсат махнул рукой в сторону артефакта. – Похоже, что он не работает, находясь в режиме ожидания.

У разведчиков здесь больше не было дел. Но если люди выиграют войну, на эту планету наверняка снарядят большую археологическую экспедицию.

– Ладно, пора замести следы и вернуться на маршрут, – напомнил Благовест.

Киборги Гориллы принялись закладывать яму вывороченными кусками пласкрита. А разведчики, как на тренировке, стали уничтожать следы раскопок – разравнивать рытвины на грунте, приводить в порядок примятые растения.

– С такого близкого расстояния я четко вижу следы нашего присутствия, – закончив работу, сказал сенсат. – Сторонний же наблюдатель, полагаю, ничего не заметит, если только не станет приглядываться.

– Я тоже вижу, – подтвердил Кинжал. – А это значит, что любой может заметить, если будет внимателен. Но, думаю, никаких наблюдателей здесь не окажется. По крайней мере в ближайшее время.

– Все равно давайте еще попотеем, – сказал Шива.

– Согласен, – отозвался Благовест, и десантники, вздохнув, вернулись к работе.

Чтобы хорошо замаскировать следы, важно не переусердствовать, иначе территория превратится в «сад» – станет ухоженной и аккуратной среди буйства окружающего леса. А ограничиться самым необходимым совсем не просто. Но разведчики были профессионалами, и к тому моменту, как начало светать, местность была приведена в порядок. Организованное прочесывание леса, может, и дало бы еще что-нибудь, но беглый осмотр точно не увенчался бы успехом. Если все сделано правильно, то начавшийся дождь вскоре смоет последние оставленные командос следы. Между тем дождем может размыть грунт и тогда, не исключено, проявятся ошибки, допущенные при закапывании ямы. Поэтому стоило уйти побыстрее – на всякий случай.

Благовест поднял громоздкий артефакт и прикрепил его к своему рюкзаку, закрыв защитным экраном-"хамелеоном". По ворчанию капитана было понятно, что прибор хотя и не очень большой, однако довольно тяжелый.

Шлепанье по грязи – какая-то военная традиция у людей. А воевал человек с незапамятных времен. Грязь – это то, к чему любой военный должен вроде бы привыкнуть, но так никогда (кроме шуток!) и не привыкает. Грязь мешает идти, пристает к ботинкам, просачивается под одежду – холодная, мокрая, липкая. Песок натирает кожу, брызги взметаются до самого лица, независимо от того, на какой оно высоте. Каждое новое поколение дизайнеров утверждает, что оно разработало «грязенепроницаемый» костюм, и каждое новое поколение командос истерически хохочет, когда грязь вновь и вновь просачивается сквозь застежки и швы.

Разведчики хлюпали по берегу реки, лавируя среди луж и ручьев. Промозглый туман обступал отряд со всех сторон, и склоняющиеся к воде растения то и дело хватали собровцев своими ветками. В таком месте разведчиков почти невозможно было засечь сенсорами. Даже тепловизор вряд ли различит их сквозь слой холодной грязи, туман и деревья.

Сами они все искали брод. Хотя разведчики и могли плыть даже с грузом, не хотелось понапрасну тратить силы. Но было желание разбить лагерь как можно дальше от цлеков. А если еще они успеют перейти поток до светлого времени суток, то шансы врага подобраться незамеченным значительно уменьшатся.

Первый брод, который был найден, оказался совсем не таким удобным, как надеялся Благовест. Река здесь обмелела, тем не менее дно усеивали острые камни и течение было сильным – поток устремлялся вниз по склону. Так что перейти брод было непросто.

– Пригнитесь, – шепотом посоветовал Благовест.

Разведчики закивали в ответ. Капитан прав. Их силуэты станут не так заметны, да и противостоять течению станет легче. Бойцы уже настолько вымокли, что им было безразлично.

– Хорек, ты первый.

– Ненавижу воду! – выругался тот, держась за корягу и выходя с отмели на стремнину.

Через несколько шагов пенящийся поток, прежде доходивший разведчику до лодыжек, скрыл его колени. Далее Хорек шел уже по пояс в воде, которая была такой холодной, что он перестал наблюдать ее в инфракрасном свете и переключил визор на видимый диапазон. Изредка то тут, то там на воде появлялись блики. Шатаясь, раскинув руки, чтобы удержать равновесие, он продвигался вперед и вскоре уцепился за торчащий из воды камень, укрылся за ним от течения и перевел дух. Теперь вода шумела на уровне его груди, и брызги то и дело обдавали лицо. Под ногами предательски скользила покрытая тиной галька. С трудом передвигаясь от камня к камню, Хорек преодолел примерно две трети пути, но перед глубоким, мощным потоком шириной два метра остановился. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять: сам он не переберется на другую сторону.

Хорек на пару секунд застыл перед бурлящей черной водой, а затем поспешил отойти и укрыться за большим обломком известняка. Из-за шума кричать было бесполезно, даже если бы обстановка это позволяла, и Хорек включил трансмиттер.

– Слишком быстрое течение. Горилла, наверное, переберется. По-видимому, придется-таки наводить мост.

– Вот черт, – услышал Хорек голос командира. – Ясно.

Спустя пару мгновений Горилла начал переходить реку. Большая масса позволяла ему держаться прямо даже под напором воды, и через небольшой промежуток времени он был уже рядом с Хорьком.

– Подержи мой рюкзак и опиши обстановку, – сказал техник, освобождая руки от ремней рюкзака.

– Глубоко, холодно. Если сможешь перебраться, то протянешь веревку. Без этого кого-нибудь точно унесет потоком.

– Понимаю. – И Горилла решительно кивнул, а Хорек не пожалел, что обратился за помощью.

Двухметровый гигант погрузился в воду по самый подбородок. Хорек протянул руку Горилле, который, казалось, был дезориентирован. Тот крепко ухватился за нее, но уже через несколько мгновений плыл, борясь изо всех сил с течением. Его немного унесло в сторону, но он перебрался-таки через стремнину и уцепился за камень. Однако течение не оставляло попыток унести его, и понадобилось еще несколько минут, чтобы выбраться на берег. Сидя у камня, Горилла отдыхал, тяжело и шумно дыша. Потом обмотал веревку вокруг небольшого обломка скалы.

– С моей стороны веревку негде закрепить! – крикнул Хорек.

– Сейчас что-нибудь придумаю! – отозвался Горилла, стараясь перекричать шум потока.

Он нащупал в воде плоский камень размером со свою ладонь и крепко обвязал его веревкой крест-накрест.

– Лови!.. Готов?

Хорек кивнул, и через мгновение камень шлепнулся в воду у его ног. Хорек быстро поднял булыжник. Теперь предстояло переправить рюкзаки. Амуниция, разумеется, вымокнет, но другого пути нет. Хорек связал два рюкзака свободным концом веревки, и Горилла вытянул их на свой берег. Затем Хорек снова поймал веревку и бесстыдно дал Горилле протащить себя через поток, не помогая ни рукой, ни ногой. Выбравшись на отмель, разведчик отряхнулся и укрылся за камнем.

– Мы перебрались, – доложил он. – Все чисто. Можете идти.

По кивку Шивы движение начал Тирдал. Плотное телосложение помогало ему, и он довольно быстро добрался до опасного места. Горилла бросил ему веревку и вытащил рюкзак. Потом и сам Тирдал, ухватившись за веревку, скользнул в поток. Вода скрыла его, так что видна была только одна рука. Вскоре показалась и другая. Движения Тирдала были резкие и порывистые. Не рассчитав сил, он ударился о большой камень. Горилла попытался вытянуть дархела на поверхность. Потребовалось немало усилий гиганта, чтобы голова Тирдала показалась над водой. Сенсат, тяжело дыша, еле выбрался на берег.

– Черт возьми, Тирдал… Сколько ты весишь? – спросил Горилла, разминая онемевшие руки.

– Скелет и мышечная масса у дархелов значительно плотнее, чем у людей, – произнес Тирдал, не отвечая на вопрос, и пополз на четвереньках, заняв позицию рядом с Хорьком.

С каждым следующим разведчиком процедура повторялась. Один Хорек оказался достаточно легким, чтобы не снимать оружия. Куколке пришлось переправлять свой штурмовой пулемет отдельно. Она весила меньше, чем можно было подумать, и долго, но безуспешно боролась с течением у берега, пока Горилла не подал ей руку. Выбравшись, она заняла позицию таким образом, чтобы прикрывать Тирдала и Хорька, которые высматривали опасность впереди. Хорек привык к своей позиции первого в цепочке и относился к ней философски. Еще пара миссий, и он получит повышение. Может, тогда его станут больше беречь.

Кинжал долго не соглашался переправляться раздельно со своей снайперской винтовкой. Он, само собой, боялся не воды, а того, что от ударов о камни может сбиться точнейшая настройка. Но его удалось убедить. Да и реально с винтовкой ничего бы не случилось, снайпер просто перестраховывался. Горилла тянул ее медленно и осторожно, как об этом просил Кинжал, хотя от долгих пауз немели руки. Горилла развлекал себя представлениями о том, как Кинжал будет носиться со своей винтовкой после переправы, как будет сушить ее, вытирать…

Перебрались и Благовест, и Шива. Последним был Тор. Мокрые, липкие от ила и грязи, покрытые царапинами и синяками, все наконец собрались вместе. Вид у разведчиков был не самый лучший. Они продрогли до костей и не могли согреться даже в теплом предутреннем воздухе. Сделав костюмы непроницаемыми, чтобы удержать тепло, они стали разминаться. Согревшись, разведчики снова включили теплопроводность и вскоре обсохли.

– Горилла, надо бы сориентироваться на местности, – попросил Благовест.

– Сейчас пошлю робота. Второй, видимо, получил пробоину в корпусе и не заработает, пока не просохнет. Выслать "стрекоз"?

Пару секунд Благовест раздумывал. Несомненно, часть «стрекоз» уничтожат хищники. Но отряд отступал в неизвестности, и нужна была информация. Риск быть обнаруженными пренебрежимо мал, и все же данные могут оказаться очень ценными.

– Хорошо. Посылай, двинемся следом за ними. Нечего тут рассиживаться. Приняли ванну, и за дело.

– Да уж. Скорее в проруби искупались, – сказал Хорек.

Разведчик был доволен собой. Как-никак он прошел через все кошмары этой планеты: гигантские тараканы, болота, муравьи, цлеки, артефакт и чертова река. А до того были еще две планеты.

– Надо где-то переждать светлое время дня, – напомнил Шива. – Хорошо бы найти естественное укрытие – на всякий случай. Будьте начеку.

Разведчики двинулись за «подопечными» Гориллы.

Несмотря на то что на задании обошлось без бойни, оно оказалось чертовски трудным, думали все. Измученные непривычной гравитацией и длительностью дня, странным воздухом и вообще окружающей средой, уставшие от неослабевающего напряжения и ожидания опасности, от постоянного ощущения собственного одиночества – в экстренном случае никто не сможет помочь, – разведчики возвращались к шлюпке. Только обыкновенные вещи вроде пайков в герметичных упаковках напоминали им о существовании других представителей человеческой расы где-то далеко, на расстоянии нескольких световых лет.

По крайней мере так чувствовали себя люди. Дархел не делился своими переживаниями со спутниками. Он шел размеренно и тихо, просто выполняя порученную работу. Эта неразговорчивость да еще возможность читать мысли людей, как открытую книгу, не позволяли Тирдалу до конца влиться в команду. Ни с кем он не наладил теплых, дружеских отношений, но, надо сказать, не очень-то и стремился. Если после задания он останется в отряде, ситуация, может быть, изменится. Может быть.

Долгое время разведчики шли молча, пока наконец Хорек не сказал:

– Как думаете, вот это подойдет? – И он выделил курсором область на изображении местности.

Место, предложенное Хорьком, представляло собой большое скопление камней в гуще деревьев на пологом склоне холма. Там было где укрыться от посторонних взглядов и сенсоров.

– Пока стой на месте, – ответил Шива. – Капитан, ваше мнение?

– Вроде ничего. Сейчас посмотрю поближе.

Благовест подобрался к Хорьку.

– Порядок, сержант, – заключил он. – Разбиваем лагерь.

– Вас понял, – отреагировал Шива. – Хорек, Горилла, осмотритесь вокруг. Остальные могут укладываться.

Куколка сняла свой пулемет и поставила его на сошку, облегченно вздохнув. Гироскопический стабилизатор удерживал пулемет даже на неровной поверхности, и оружие всегда было готово к внезапному бою. Потом Куколка сняла шлем и попыталась рукой расчесать спутанные волосы.

– Да. Слиплись намертво, – пробормотала она себе под нос.

Долгие дни она не снимала шлема. Такая тяжесть на голове, пусть даже с мягкой пенистой подкладкой, – это, конечно, раздражает. С головы посыпалась перхоть, но Куколка не обращала на нее внимания – дома она хорошенько отмоется.

Горилла выпустил еще роботов. Теперь не имело значения, сколько их останется. Киборги – расходный материал, люди – нет. «Стрекозы» расселись на высоких камнях, три маленьких дроида несли вахту у подножия холма, а единственный уцелевший «жук» – чуть выше лагеря.

Шива указал каждому свое место, где боец, находясь под прикрытием камней, мог в то же время видеть местность вокруг и при необходимости вести заградительный огонь. Все сняли рюкзаки и улеглись. Траншею для отхожего места Кинжал вырыл невдалеке.

– Глубже не могу, – сообщил он. – Полметра, а дальше сплошной камень.

– Ладно, сойдет, – сказал Шива.

Пока сержант занимался устройством стоянки, Благовест изучал артефакт. Он водил пальцами по поверхности в поисках каких-либо швов или рабочих кнопок, ничего не обнаруживая при слабом освещении. Пожав плечами, он запустил руку в рюкзак и достал прибор для создания молекулярной метки-маяка. Хотя в этом и не было нужды, капитан решил перестраховаться. В любом случае вреда не будет. Он приложил «печать» к одному из углов, и пленка толщиной в несколько молекул сплавилась с пластиста-левым корпусом, став неотъемлемой и невидимой его частью.

Кинжал бесшумно подошел сзади. Благовест немного испугался, но виду не подал. Он терпеть не мог эту манеру снайпера, но ничего не говорил, понимая, что таким образом Кинжал подкрадывается и к врагам.

– Судя по выражению твоего лица, ты опять недоволен капитаном, – шутливо начал Благовест.

– Нет, просто хочу ознакомиться с артефактом, сэр. Я не особенно к нему приглядывался, – сказал Кинжал, придвигаясь поближе.

Теперь они сидели плечом к плечу, и подобная близость была не по душе командиру. Уж лучше бы рядом оказался Тирдал. Сенсат просто загадка, а Кинжал – еще и проблема.

– Кинжал, это артефакт. Артефакт, это Кинжал, – попытался разрядить обстановку Благовест.

– Очень приятно, – поддержал шутку снайпер. "А он не такой уж плохой, – подумал Благовест. – Просто закомплексован. Еще лет пять, и все будет нормально. Когда он только пришел в СОБР, его поведение было почти жизненной позицией. Теперь это всего лишь красивая поза, не более, – решил капитан. – Если он сумеет преодолеть себя, то будет отличным разведчиком. Пока же достаточно поощрять его, когда он ведет себя как взрослый, рассудительный человек".

Кинжал сосредоточенно изучал коробку. Его пальцы скользили по выпуклым надписям, вероятно составлявшим когда-то панель управления.

– Что это за штука и почему она здесь? – задумчиво произнес стрелок.

– Возможно, мы никогда и не узнаем, – сказал Благовест. – Одни открываются только в стазисном поле. Другие настроены на самоуничтожение. Третьи просто выведены из строя. Но то обстоятельство, что этот прибор подает признаки жизни, обнадеживает.

– Как вы думаете, что бы это могло быть? – спросил Кинжал, не отрывая пристального взгляда от артефакта.

– Не знаю. Может, фрагмент системы управления звездолетом? Хотя вряд ли. Компьютер базы? Тогда его забрали бы с собой, покидая планету. Или он был бы захвачен врагами. У меня нет ни одной стоящей идеи. Я же не эксперт-археолог. – И Благовест снова пожал плечами.

– Вот это точно место соединения двух частей. – Снайпер показал на забитое грязью углубление. – Но как заставить его открыться, я без понятия. Мы будем нести эту бандуру по очереди?

– Нет, Кинжал, – возразил с улыбкой Благовест. – В таких случаях всю ответственность за груз берет на себя командир, освобождая подчиненных от лишних, не входивших в план переживаний. И если мы потеряем эту штуку, то виноват буду только я.

– Ага. Представляю себе: "Знаете, мы там нашли одну алденатскую штуковину, но уронили ее в озеро. Какая жалость! И все же это было здорово". Могу себе вообразить, как отвиснут челюсти у начальства.

– Ясное дело. Ладно, упакую ее хорошенько. А разговоры на сегодня закончены. Спокойного сна!

– Спасибо, сэр. Нынче я дежурю первым? Включить на всякий случай дополнительные сенсоры?

– Да, конечно.

Снайпер ползком отправился на свое место. Капитан заметил, что Кинжал становится славным малым, когда затронуты его интересы. А вот скука делает его невыносимым.

Пришло время перекусить – один из самых приятных моментов на задании. Облака на востоке заалели, предупреждая о скором восходе; разведчики вскрыли пакеты с едой.

Голод, так же как долгие тренировки, помогал забывать о сне.

– Опять тунец, – выругалась Куколка. – Кто-нибудь ест эту дрянь?

– Извини, но на сегодня у меня блинчики с мясом, и я не меняюсь, – сказал Тор.

– А-а, ладно. – Куколка обреченно вздохнула. – Как-нибудь съем.

– Пойду отолью, – сказал Кинжал, направляясь к большому камню.

– Надо было помочиться в реку, как мы, – хихикнул Тор, и тут увидел, что Кинжал отходит все дальше, а за спиной у него винтовка. – Эй! Твоя траншея в другой…

Зайдя за камень, Кинжал вынул из кармана костюма нейронную гранату и бросил в товарищей по отряду.